Осколки серебра

Староста Гриффиндора. Почётная обязанность, которая для любого гриффиндорца звучит как триумф, для тебя обернулась персональным кругом ада.

— Вы будете делить общую гостиную и координировать патрули, — спокойно произнёс профессор Дамблдор, глядя на вас поверх своих очков-половинок. — Надеюсь на ваше благоразумие. Вы должны стать примером для остальных.

Когда за вашей спиной закрылась дверь директорского кабинета, тишина длилась ровно три секунды. До тех пор, пока вы не свернули в пустой коридор, где Драко резко развернулся к тебе, едва не задев тебя своим значком.

— Делить гостиную с гриффиндорской выскочкой? — он выплюнул эти слова с такой неприкрытой ненавистью, что его лицо побелело. В серых глазах закипала ярость. — Дамблдор окончательно выжил из ума. Я не собираюсь дышать с тобой одним воздухом, Т/И. Только попробуй занять общие зоны своими вещами — я всё выброшу в окно башни.

— Только рискни, Малфой, и я скормлю твои шёлковые рубашки гремучей иве, — ты шагнула вперёд, сокращая расстояние, и с силой ткнула его пальцем в грудь. Твой гриффиндорский галстук казался сейчас удушающе горячим от подступающего гнева. — Думаешь, я в восторге? Мне тошно от одной мысли, что придётся круглосуточно видеть твою высокомерную физиономию. Заткнись и держись от меня как можно дальше, если не хочешь провести этот год в больничном крыле.

— Посмотрим, кто из нас туда загремит, — процедил он.

Драко резко перехватил твою руку, сильно сжав пальцы, а затем с силой оттолкнул тебя, проходя мимо. Он задел тебя плечом так мощно, что ты едва удержалась на ногах, устояв на каменных плитах.

Заселение прошло в обстановке настоящей войны. Башня старост была роскошной: уютный камин, мягкие кресла, две отдельные спальни по бокам и общая зона для работы. Но атмосфера внутри искрила так, словно кто-то разлил взрывоопасное зелье. Драко с грохотом швырнул свои чемоданы и так яростно захлопнул дверь своей комнаты, что со стены чуть не упал старинный натюрморт. Ты ответила тем же, со всей силы пнув дверь своей спальни.

------------------------------

Прошла неделя. Вы общались исключительно сухими, ядовитыми записками, швыряя их на общий стол, и умудрялись устраивать скандалы из-за каждого дежурства. Но долго это взаимное бешенство копиться не могло.

В один из вечеров ты возвращалась со сложных отработок по Трансфигурации. Сил не было вообще, голова раскалывалась от усталости, а злость на весь мир требовала выхода. На автопилоте ты свернула за угол тёмного коридора на третьем этаже и на полной скорости врезалась в кого-то, кто шёл навстречу.

Тяжёлые книги из твоих рук с оглушительным стуком полетели на каменный пол.

— Смотри, куда прешь, Гриффиндорка! — раздался надо мной до боли знакомый, злой, сорванный голос.

Ты подняла глаза. Драко стоял, тяжело дыша, и в полумраке его лицо казалось почти мертвенно-бледным. На нём не было школьной мантии — только чёрная брючная пара и рубашка, верхние пуговицы которой были небрежно разорваны у ворота. Он выглядел измотанным, под глазами залегли жуткие тёмные тени, а сам он как-то странно, судорожно прижимал правую ладонь к левому предплечью, словно пытался разорвать собственную кожу сквозь ткань рукава.

— Это ты врезался в меня, Малфой! — ярость, копившаяся всю неделю, мгновенно взорвалась внутри. Ты даже не подумала поднимать учебники. Вместо этого ты сделала яростный шаг вперёд и с силой толкнула его в грудь обеими руками. — Что с тобой вообще происходит? Ты целыми днями ведешь себя как безумный, швыряешься вещами, огрызаешься на всех! Обязанности старосты для тебя слишком тяжелы, ничтожество? Или твоя трусливая семейка наконец-то получила то, что заслужила?

Это был самый грязный удар, и ты знала это.

Лицо Драко перекосило от бешеного гнева. В его глазах полыхнуло что-то дикое, смертоносное и совершенно неуправляемое. С его губ сорвался глухой рык.

— Заткни свой рот, — прошипел он, хватая тебя за воротник мантии.

— И не подумаю! — выкрикнула ты ему прямо в лицо, пытаясь ударить его по рукам, чтобы он отпустил тебя. Вы тяжело дышали, ненависть между вами буквально физически давила на стены. — Ты трус, Драко! Высокомерный, жалкий, избалованный трус, который умеет только прятаться за имя своего папочки и...

Ты не успела договорить.

Драко резко, с безумной, пугающей силой рванул тебя на себя и швырнул назад. Твоя спина с глухим, болезненным стуком встретилась с холодной каменной стеной коридора. Твой выдох потонул в темноте, когда он навалился на тебя всем своим весом, намертво блокируя любые движения и вдавливая тебя в камень. От него пахло горьким алкоголем, дорогим парфюмом и чистым, первобытным страхом, смешанным с агрессией.

— Я сказал тебе — замолчи! — рявкнул он, его дыхание обжигало твои губы. Его буквально трясло, а взгляд лихорадочно метался по твоему лицу, задерживаясь на губах с какой-то голодной, злой одержимостью. В этой близости не было ни капли нежности — это была чистая, опасная война.

— Пусти меня, придурок! — выдохнула ты, со всей силы ударив его кулаком в плечо, а затем попыталась упереться ладонями в его грудь, чтобы оттолкнуть. Но его тело было словно из литого камня, напряжено до предела. Под твоими пальцами бешено, как сумасшедшее, стучало его сердце. — Убери руки, иначе я...

— Что ты сделаешь, Т/И? Что ты мне сделаешь?! — сорвался на крик он, окончательно теряя контроль от стресса, давления и этой удушающей, яростной близости.

Чтобы заглушить твой голос и прекратить эту бойню, он просто подался вперёд и резко, с дикой силой впился в твои губы.

Это был не поцелуй — это было жесткое, жестокое нападение. Взрыв скопившейся ненависти, злости и давно подавляемого, запретного влечения, которое вы оба отрицали. Драко целовал тебя грубо, жадно, сминая твои губы и кусая их до крови, заставляя тебя издать глухой, рваный стон.

Ты вспыхнула изнутри. Первой реакцией была чистая агрессия — ты попыталась ударить его коленом, впилась ногтями в ткань его рубашки на груди, пытаясь разодрать её, но это только разозлило его сильнее. Он жестко перехватил твои запястья одной рукой, с силой прижал их к стене над твоей головой, лишая возможности драться, и углубил поцелуй, становясь ещё более требовательным, горячим и властным.

И в этот момент между вами словно вспыхнул пороховой склад. Злость переросла в такую же дикую, агрессивную страсть. Сопротивление растаяло, сменившись голодным, первобытным ответом. Твои губы приоткрылись, ты резко ответила на его напор, кусая его в ответ, а освободившиеся пальцы запутались в его мягких платиновых волосах, с силой притягивая его к себе, стирая любое расстояние между вами.

Вы целовались в пустом, тёмном коридоре Хогвартса, задыхаясь от собственной ярости, нарушая все правила и уничтожая самих себя в огне этой внезапной, опасной одержимости.