Необыкновенный

Ночь после Хэллоуина выдалась безлунной. Хогвартс погрузился в непривычную тишину — даже привидения, казалось, попрятались по углам, словно чуя неладное. Гарри лежал без сна в своей кровати в подземельях Слизерина, вслушиваясь в пульсацию шрама.

Он чувствовал это снова — тянущее, голодное присутствие. Тёмный лорд искал что-то. Искал его.

Утром, за завтраком, в Большом Зале появился Квирелл.

Гарри отметил это с холодным интересом. Профессор обходил столики, бормоча что-то о погоде и болезни ног, но его взгляд — этот лихорадочный, бегающий взгляд — нет-нет да останавливался на Гарри. Каждый раз дольше.

— Знаешь этого? — тихо спросил Драко, наклонившись к Гарри. — Квирелл. Раньше был нормальным. Говорят, в Турции что-то с ним случилось.

— Знаю, — ответил Гарри, не отрываясь от завтрака. — За ним стоит нечто*

Драко вскинул брови, но ничего не сказал. Он уже привык к странным способностям своего друга*

После уроков Гарри направился в кабинет Снейпа, но замер у двери. Изнутри доносился голос — не Снейпа.

— ...директор требует, чтобы вы следили за мальчиком более... эффективно.

Гарри узнал интонацию: Филч. Вздохнул, отошёл за колонну и применил сонрус, чтобы видеть и слышать сквозь щель.

— Мне не нужны указания от школьной прислуги, — голос Снейпа был ледяным. — Я и так знаю, что делать.

— Директор беспокоится. Поттер-младший... не такой, каким должен быть. Он читает книги, которые не должны интересовать одиннадцатилетнего ребёнка.

Пауза. Затем голос Снейпа изменился — в нём появилось что-то опасное.

— А вы не думали о том, Филч, что директору не следует вмешиваться в то, что находится за пределами его понимания? Некоторые двери лучше не открывать.

Звук шагов. Гарри убрал сонрус и бесшумно скользнул обратно в коридор.

Директор следит за ним. Филч — его глаза. Но Снейп... Снейп защищает его. Или защищает свою тайну?

На следующий день произошло событие, перевернувшее расстановку сил.

Гарри обнаружил в расписании факультатив по истории магии, но когда пришёл в кабинет, там были только трое: он сам, Невилл Лонгботтом и... Гермиона Грейнджер.

Рождённая-в-магловской-семье девочка с непослушными волосами смотрела на него с вызовом, который показался Гарри одновременно глупым и... любопытным.

— Ты не из тех, кто ходит на факультативы, Снейп, — сказала она.

— А ты не из тех, кто бросает вызов слизеринцам в одиночку, — парировал Гарри, усаживаясь за парту. — Что ты здесь делаешь?

— Хочу понять, как работает магия. Настоящая магия, не только заклинания.

Гарри замер. Это было... неожиданно. Он оценивающе посмотрел на неё.

— Ты не понимаешь, во что лезешь.

— Тогда научи меня, — Гермиона встретила его взгляд. — Я видела, как ты используешь окклюменцию против Дамблдора. Я не знаю, что это, но знаю, что это больше, чем школьная магия.

Невилл, сидевший рядом, испуганно заёрзал.

Гарри помолчал. Затем медленно кивнул.

— Хорошо. Но не сейчас. И не здесь. И если ты расскажешь кому-то...

— Я не дура, — Гермиона улыбнулась. — Увидимся в библиотеке. За секцией с запретными книгами. Завтра в полночь*

В назначенный час Гарри стоял среди пыльных стеллажей запретной секции. Гермиона уже ждала, рядом с ней лежала раскрытая книга.

— «Магические артефакты и их этические границы», — прочитал Гарри. — Интересный выбор.

— Ты изучал разделение души. Я хочу понять, зачем.

Гарри посмотрел на неё долгим взглядом. Затем осторожно произнёс:

— Знаешь, почему Дамблдор так интересуется мной и моим братом?

— Мэтью — избранный...

— Мэтью — пешка, — перебил Гарри. — А я — проводник. Моя связь со... с кем-то... позволяет видеть вещи, которые не должны быть видны.

Гермиона побледнела.

— Ты говоришь о Тёмном лорде?

— Я говорю о существе, которое хочет вернуться. И Дамблдор это знает. Он не пытается защитить Мэтью. Он пытается использовать нас обоих — как инструменты.

Тишина. Затем Гермиона медленно произнесла:

— Что ты предлагаешь?

Гарри достал из-под мантии свиток — копию манускрипта, сделанную ночью.

— Есть способ защитить свою душу. Разделить её. Спрятать части в разных местах. Тогда даже легилимент не сможет увидеть истинные намерения.

— Но это же опасно! Если разделить душу неправильно...

— Именно поэтому мне нужна твоя помощь. Твои знания. Твоя логика.

Гермиона молчала. Затем кивнула.

— Хорошо. Но я хочу знать всё. Без тайн.

Гарри улыбнулся — впервые за долгое время улыбнулся по-настоящему.

— Договорились.

А в это время, в кабинете директора, Дамблдор смотрел в магическое зеркало — Зеркало Единственного, модифицированную версию Зеркала Эрстеда. В отражении он видел не себя, а Гарри Поттера, стоящего рядом с девочкой-гриффиндоркой среди запретных книг.

— Интересно, — прошептал директор. — Он растёт быстрее, чем я ожидал. Упрямство Лили, холодность Джеймса... и что-то ещё. Что-то тёмное.

Он поднялся, подошёл к окну. За стеклом чернел Запретный лес*

— Ты хочешь вернуться, Том? — спросил он у тьмы. — Тогда давай посмотрим, кто быстрее доберётся до камня. Наша игра, старый друг. Наша общая игра.

В тени у камина что-то шевельнулось. Квирелл, невидимый, слушал и ждал.