Ты моя первая любовь

После того вечера наша жизнь снова изменилась. Теперь в доме появились новые разговоры, планы и маленькие секреты, о которых пока знали только мы с Такаши.

Аой заметила перемены почти сразу.

— Мамочка, почему папа всё время улыбается? — спросила она однажды утром, сидя у меня на коленях

Я переглянулась с Такаши. Он как раз стоял у плиты и готовил завтрак, но, услышав вопрос дочери, замер с лопаткой в руке.

— Потому что у него хорошее настроение — осторожно ответила я

— А почему ты больше не пьёшь кофе?

— Иногда мне его нельзя.

Аой подозрительно прищурилась. Она явно чувствовала, что взрослые что-то скрывают.

— Вы купили мне подарок?

Такаши не выдержал и тихо рассмеялся.

— Пока нет, принцесса. Но у нас для тебя есть важная новость.

Он выключил плиту, подошёл к нам и опустился перед дочкой на одно колено. Я пересадила Аой к себе так, чтобы она могла видеть нас обоих.

— Скоро ты станешь старшей сестрой — сказал Такаши

Аой несколько секунд молчала. Она переводила взгляд с него на меня, словно пыталась понять смысл услышанного.

— Старшей? — переспросила она

— Да — улыбнулась я — у тебя появится маленький братик или сестрёнка.

Аой широко распахнула глаза, а затем прижала ладошки к моему животу.

— А малыш уже там?

— Да. Но пока он совсем маленький.

— Он меня слышит?

— Возможно — ответил Такаши — поэтому можешь с ним разговаривать.

Дочка наклонилась к моему животу и прошептала

— Привет. Я Аой. Я твоя старшая сестра. Я буду тебя защищать, но игрушки делиться не обещаю.

Мы с Такаши рассмеялись. Он поднял дочь на руки и поцеловал её в щёку.

— Очень честно — сказал он — но игрушками всё-таки придётся делиться.

— Тогда пусть малыш сам попросит.

Первый триместр проходил непросто. Несмотря на медицинские знания и опыт, я всё равно волновалась больше, чем хотела бы признаться. Усталость приходила внезапно, иногда появлялась тошнота, а настроение менялось без предупреждения.

Такаши воспринял мою беременность как личную миссию.

Он составил расписание отдыха, проверял, чтобы я вовремя ела, и запретил мне самостоятельно поднимать даже коробки с детскими игрушками.

— Такаши, это всего лишь подушка — возмутилась я однажды, когда он выхватил её у меня из рук

— Подушка может быть тяжёлой.

— Она весит меньше килограмма.

— Всё равно. Я рядом, значит, подниму сам.

— Ты понимаешь, что я врач?

— Именно поэтому и спорю с тобой. Врачи тоже должны себя беречь.

Я скрестила руки на груди.

— Ты стал слишком командным.

— А ты стала слишком упрямой.

— Я всегда была такой.

— Поэтому я тебя и люблю.

После этой фразы спорить дальше было невозможно. Я вздохнула и позволила ему отнести подушку в другую комнату.

Через несколько недель мы впервые пошли на плановое обследование. Аой настояла, что тоже должна присутствовать, потому что «это её малыш».

В кабинете было тихо. На экране постепенно проявлялось маленькое, едва заметное движение. Такаши держал меня за руку, а Аой стояла рядом с ним, крепко сжимая его пальцы.

— Вот здесь ваш ребёнок — объяснила врач — сердцебиение хорошее, развитие соответствует сроку.

Я смотрела на экран и чувствовала, как к глазам подступают слёзы. Каждый раз, когда я видела зарождение новой жизни, внутри меня всё переворачивалось.

Но теперь это был наш ребёнок. Наше маленькое продолжение.

Такаши молчал, не отводя взгляда от монитора. Его пальцы крепче сжали мою ладонь.

— Всё хорошо? — спросила я

Он кивнул, но ответил не сразу.

— Я просто… не могу поверить, что у нас будет ещё один малыш.

Аой потянула его за рукав.

— Папа, а почему малыш такой маленький?

— Потому что он ещё растёт.

— А когда он станет большим?

— Через несколько месяцев.

— А можно я буду выбирать ему одежду?

— Конечно — улыбнулся Такаши — но шить её буду я.

— Тогда я выберу цвет!

— Договорились.

Я посмотрела на них и улыбнулась. В этот момент мне стало ясно: наша семья уже стала больше, хотя второй ребёнок ещё не родился.

Вечером Такаши принёс домой несколько рулонов ткани. Он разложил их на полу в мастерской, а Аой устроилась рядом с цветными карандашами.

— Нам нужно решить, каким будет первый комплект — серьёзно заявил Такаши

— Зелёным — сразу сказала Аой — как глаза мамы.

— А если будет мальчик?

— Тогда тоже зелёным. Папа же не спрашивал, мальчик я или девочка, когда шил мне пальто.

Такаши посмотрел на меня и рассмеялся.

— Она унаследовала твою логику.

— И твою любовь к красивым вещам.

Мы просидели в мастерской весь вечер. Аой рисовала эскизы, Такаши подбирал ткани, а я наблюдала за ними, сидя в удобном кресле.

На одном из рисунков Аой изобразила четверых: себя, маму, папу и маленького ребёнка. У всех были непропорционально большие головы и разноцветные волосы, а над фигурками криво написано: «Моя семья».

— Это самый лучший эскиз — сказал Такаши, осторожно прикрепляя рисунок к стене

— Правда? — спросила Аой

— Самый лучший из всех, что я видел.

Дочка гордо выпрямилась.

— Тогда я тоже буду дизайнером.

— Будешь кем захочешь — ответил он — главное, чтобы тебе это нравилось.

Я посмотрела на мужа с благодарностью. Он никогда не навязывал мечты — ни мне, ни Аой. Он просто создавал пространство, в котором каждый мог найти себя.

Когда наступил пятый месяц, я впервые почувствовала движение малыша.

Это произошло поздним вечером. Такаши сидел рядом на диване и читал Аой сказку, а я держала ладонь на животе. Вдруг внутри появилось лёгкое, едва заметное движение.

Я замерла.

— Такаши…

Он сразу поднял голову.

— Что случилось?

— Кажется… малыш пошевелился.

Такаши отложил книгу и осторожно подвинулся ко мне.

— Можно?

Я кивнула и взяла его руку, положив её на живот. Мы сидели совершенно неподвижно, ожидая повторного движения.

Через несколько секунд малыш снова толкнулся.

Такаши замер. Его лицо изменилось, а в глазах появились слёзы.

— Я почувствовал — прошептал он

— Да.

Аой тут же забралась к нам на диван.

— А я тоже хочу!

Мы положили её маленькую ладонь рядом с рукой Такаши. Малыш словно услышал голос сестры и снова слегка толкнулся.

Аой ахнула.

— Он меня узнал!

— Конечно узнал — улыбнулась я — ьы ведь уже с ним разговаривала.

Такаши обнял нас обеих, осторожно прижимая к себе.

— Теперь нас будет четверо — тихо сказал он

— Четверо — повторила я

За окном шёл тёплый весенний дождь. В мастерской пахло тканью, кофе и свежей краской. На стене висел рисунок Аой, рядом лежали первые эскизы детской одежды, а мы сидели рядом, прислушиваясь к новой жизни.

Впереди нас ждали бессонные ночи, заботы, подготовка детской комнаты и тысячи маленьких хлопот. Но я знала: мы справимся.

Потому что наша семья была сшита не только из любви, но и из доверия, терпения и ежедневной заботы.

А где-то под моим сердцем рос новый маленький человек, который совсем скоро должен был изменить нашу жизнь навсегда.

-----------------------------------------------------------------------------

1117 слов💕