Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 6. Анехоическая камера
Подвал консерватории пах сыростью и старыми нотами. Технический этаж был лабиринтом коридоров и дверей.
Яна и Макс шли тихо, стараясь не шуметь. В руках у Яны был микрофон «Октава-М».
— Ты уверена, что это хорошая идея? — шептал Макс. — Если нас поймают, нас отчислят.
— Нам нужно знать, Макс.
Они нашли дверь с надписью «Лаборатория акустики. Посторонним вход воспрещен». Дверь была заперта.
Яна достала отмычку, которую одолжила у деда Миши. («На всякий случай», — сказал он, подмигнув).
Замок щелкнул. Дверь открылась.
Внутри была небольшая комната, стены которой были покрыты пирамидальными звукопоглощающими панелями. В центре стоял стул.
Яна вошла внутрь. Макс остался в дверях.
— Будь осторожна, — предупредил он.
Яна села на стул. Взяла микрофон в руки.
Тишина здесь была иной. Она давила. Не было никакого внешнего шума. Ни ветра, ни машин, ни дыхания. Только собственный кровоток в ушах, который звучал как прибой.
Яна закрыла глаза.
«Марк, — подумала она. — Если ты здесь, дай мне знак».
Сначала ничего. Потом — легкое покалывание в пальцах.
И затем... голос.
Но на этот раз он был не записью. Он был живым.
«Яна?»
Она открыла глаза. В комнате никого не было.
«Я здесь, Марк. Где ты?»
«Я везде и нигде. Я нашел тишину. Но она оказалась громче шума».
«Почему ты ушел?»
«Потому что я боялся. Боялся, что моя чувствительность уничтожит меня. Я думал, что если найду абсолютную тишину, то смогу отдохнуть. Но в тишине я услышал свой страх. И он был оглушительным».
«Где ты сейчас, Марк?»
«Я уехал. В деревню. К бабушке. Там нет интернета, нет города, нет шума. Я учусь слушать себя. Не через микрофоны, а через сердце».
«Почему ты не сказал мне?»
«Потому что ты была права. Проблема была во мне. Мне нужно было разобраться самому. Прости, что сделал тебе больно».
Яна заплакала. Но на этот раз слезы были не от горя, а от облегчения.
Марк был жив. Он не погиб. Он не стал жертвой маньяка. Он просто сбежал от себя, чтобы найти себя.
«Прощаю, — прошептала Яна. — Будь счастлив, Марк».
«И ты, Яна. Перестань прятаться от мира. Твоя чувствительность — это не проклятие. Это инструмент. Играй им».
Голос затих. Микрофон стал просто куском металла.
Яна сидела в тишине еще долго. Она слушала свое сердцебиение. Оно больше не казалось ей шумом. Оно было ритмом жизни.
Комментарии