Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 4. Симфония Плесени
Галлюцинации не были хаотичными. В этом и было самое страшное. У них была своя логика, своя пугающая, безупречная геометрия.
Илья перестал спать. Стоит ему закрыть глаза, как за веками начинал разрастаться мицелий. Он видел, как белые и синие нити прорастают сквозь серое вещество его мозга, соединяя воспоминания в единую сеть. Он видел, как его детство соединяется нитью с моментом, когда он впервые увидел карту мира, а та, в свою очередь, связывалась с запахом озона в овраге.
В его квартире начали происходить физические изменения. Или ему так казалось?
Обои в гостиной, с их мелким, незаметным узором, начали двигаться. По ночам, в тишине, Илья слышал шорох. Шшш-шшш-шшш. Это было похоже на звук роста. Он включал свет, и обои замирали. Но однажды утром он обнаружил, что узор на обоях изменился. Прямые линии стали кривыми. Они образовывали спираль. Ту самую спираль Фибоначчи, которую он видел в овраге.
Он вызвал мастера по ремонту. Мастер, коренастый мужик с запахом табака, посмотрел на стены, потом на Илью.
— С вами все хорошо, гражданин? Обои как обои. Кривоватые, конечно, клеили, видать, криворукие, но спиралей там нет.
Илья посмотрел на стены. Для мастера они были ровными. Для Ильи они дышали. Стены пульсировали в такт его сердцу.
Он уволился с работы. Его мир сузился до размеров квартиры. Он заказывал еду, но еда казалась ему мертвой, лишенной связи. Он начал есть только то, что росло из земли. Сырую морковь, грибы (от обычных шампиньонов его рвало, они казались ему «немыми», лишенными разума), пил дождевую воду, которую собирал на балконе.
Его тело начало меняться. Он похудел, но его мышцы стали твердыми, как корни. Кожа приобрела бледный, почти прозрачный оттенок, и если приглядеться, под ней можно было увидеть не вены, а голубоватую сеть.
Он начал слышать их.
Сначала это был просто гул, как звук трансформаторной будки. Потом гул обрел форму. Это не были слова. Это были концепции, впрыснутые прямо в его сознание.
«Мы — сеть. Мы — память почвы. Мы помним, как падал первый дождь на остывающую кору планеты. Мы помним шаги динозавров. Мы помним кровь павших империй. Ты — узел. Ты — новый узел».
Комментарии