Между нами снова/Адель Шайбакова

После появления Карины атмосфера в компании изменилась.

Не сразу.

Сначала это ощущалось только мелочами — слишком долгими взглядами, странным напряжением в голосе Адель, неловкими паузами, которые внезапно начали возникать в разговорах.

Но Мира чувствовала.

Очень хорошо чувствовала.

И больше всего её напрягало то, как менялась сама Адель рядом с Кариной.

Будто снова становилась той версией себя, которую Мира почти не знала.

Более холодной.

Закрытой.

Резкой.

⸻

В тот вечер Карина осталась у Киры почти до ночи.

Она быстро влилась в разговоры, смеялась громче остальных и вела себя так, будто давно здесь своя. Вика и Софа явно относились к ней настороженно, но Кира, кажется, уже была с ней знакома раньше.

Адель большую часть времени молчала.

И именно это напрягало Миру сильнее всего.

Потому что обычно рядом с компанией Адель расслаблялась. Шутила редко, но хотя бы выглядела спокойной.

Сейчас же она будто постоянно была настороже.

Карина сидела слишком близко к ней на диване.

Иногда касалась её руки во время разговора.

Иногда смотрела так, будто знала об Адель что-то, чего не знали остальные.

И Мира ненавидела то, как сильно это цепляло её внутри.

Она пыталась убедить себя, что всё нормально.

Что Адель любит её.

Что Адель сама назвала её своей девушкой.

Но неприятное чувство всё равно не исчезало.

Особенно когда Карина вдруг сказала:

— Помнишь, как ты чуть не подралась из-за меня в прошлом году?

Адель резко подняла взгляд.

— Карина.

— Что? Это было смешно.

Мира замерла.

Сердце неприятно кольнуло.

Она перевела взгляд на Адель, ожидая хоть какого-то объяснения или реакции, но та только раздражённо закурила, явно не желая продолжать тему.

И именно это оказалось хуже всего.

Потому что неизвестность всегда пугает сильнее правды.

⸻

Позже Мира вышла на кухню одна.

В квартире было душно, музыка давила на голову, а внутри постепенно накапливалось странное чувство тревоги, от которого хотелось просто уехать домой.

Она стояла возле окна, обнимая себя руками, когда сзади послышались шаги.

Карина.

Конечно.

Мира напряглась почти сразу.

Карина подошла ближе и спокойно облокотилась на кухонную стойку.

— Ты красивая, — вдруг сказала она.

Мира удивлённо посмотрела на неё.

— Спасибо...

— Теперь понимаю вкус Адель.

От этих слов внутри снова стало неприятно.

Карина говорила слишком уверенно.

Слишком спокойно.

Будто специально проверяла реакцию.

— Вы давно знакомы? — осторожно спросила Мира.

Карина усмехнулась.

— Достаточно.

И опять этот тон.

Будто между ней и Адель есть что-то особенное.

Что-то, чего Мира не знает.

— Она тебе рассказывала про меня?

— Нет.

Карина тихо рассмеялась.

— Конечно нет.

Мира почувствовала, как внутри всё медленно начинает сжиматься.

— Что ты имеешь в виду?

Карина несколько секунд молчала, будто специально растягивая момент.

А потом лениво произнесла:

— Просто Адель умеет быть очень сложной. Особенно когда привязывается к кому-то.

Мира нахмурилась.

— Я знаю.

— Нет, — тихо сказала Карина, глядя ей прямо в глаза. — Ты пока ещё ничего не знаешь.

И именно в этот момент на кухню резко вошла Адель.

Она сразу посмотрела сначала на Карину, потом на Миру.

И по выражению её лица стало понятно: ей уже не нравится происходящее.

— Карина, выйди.

Тон был холодным.

Почти грубым.

Карина только усмехнулась.

— Какие мы нервные.

Но всё же ушла.

Мира осталась стоять возле окна.

Адель подошла ближе почти сразу.

— Что она тебе сказала?

Мира пожала плечами, пытаясь выглядеть спокойной.

— Ничего особенного.

Но Адель слишком хорошо её знала.

Она заметила напряжение во взгляде почти мгновенно.

— Мира.

— Всё нормально.

Ложь.

И обе это понимали.

Несколько секунд стояла тишина.

А потом Адель тяжело выдохнула и провела рукой по волосам.

— Не слушай её.

— Почему?

— Потому что Карина любит лезть людям в голову.

Мира внимательно смотрела на неё.

— У вас что-то было?

Вопрос прозвучал тихо.

Но внутри у Адель всё моментально напряглось.

Она отвела взгляд.

Всего на секунду.

И этого Мире уже хватило, чтобы сердце болезненно сжалось.

— Нет, — наконец ответила Адель. — Не так, как ты думаешь.

Но тревога уже поселилась где-то внутри.

И Мира впервые за всё время рядом с Адель почувствовала страх.

Страх того, что однажды между ними может появиться что-то сильнее любви.