Оттепель/Турбо

БОЛЬНИЦА. ПАЛАТА ВЕРЫ. УТРО.

Свет в палате был тусклым - старая лампа под потолком едва освещала белые стены. За окном шёл сне, несмотря на то, что совсем скоро весна. Он падал медленно, крупными хлопьями, залепляя подоконник и застилая серый город белизной. Вера лежала на койке, глядя в этот снег, и ей казалось, что он падает где-то между ней и тем миром, где она больше не могла находиться.

Её тело ещё болело. Каждое движение давалось с трудом, и она помнила ту боль, тот холод на кафельном полу ванной, когда она поняла, что умирает. Она не хотела вспоминать, но память цеплялась за детали: металлическая вешалка в руке, кровь, которая текла по ногам, и страх, который был сильнее боли.

Врачи сказали, что ребёнок жив. Что она не убила его. Эта новость не принесла ей облегчения. Она не знала, что чувствовать - радость или отчаяние. Она носила внутри себя жизнь, которая могла не выжить. И теперь она думала: зачем? Зачем она сохранила его? Зачем жизнь продолжается, когда ты пытаешься её прервать?

В палату вошла медсестра, проверила капельницу и спросила, не нужно ли ей чего-нибудь. Вера покачала головой. Она не хотела есть, не хотела пить. Она хотела, чтобы её оставили в покое. Медсестра вздохнула и вышла, оставив дверь чуть приоткрытой.

Из коридора доносились голоса, звон посуды, шаги. Обычная больничная жизнь. А в её палате была тишина, которую никто не мог нарушить.

---

Через час дверь открылась, и вошёл Валера. Он был бледным, глаза опухшие, волосы растрёпаны. Он не выглядел как тот уверенный пацан, который командовал в подвале. Он был просто испуганным мальчишкой, который боялся, что потерял её.

Он подошёл к кровати, сел на стул, взял её руку в свои ладони. Она не отняла руку, но и не сжала её в ответ. Она просто смотрела в окно.
- Лиса... я не знаю, что сказать.

Она молчала. Он ждал, но она не отвечала.
- Я хотел тебе сказать... когда я нашёл тебя в ванной... я думал, что ты умерла. Я думал, что потерял тебя навсегда. Я кричал, я звал на помощь... я не знаю, как я доехал до больницы. Я просто не помню. - Он замолк, сглатывая комок в горле. - Я знаю, что я виноват. Я знаю, что я сделал тебе больно. Я знаю, что я не имею права просить тебя о чём-то. Но я не могу молчать. Я хочу быть с тобой. Я хочу быть рядом с тобой и с ребёнком.

Вера медленно повернула голову и посмотрела на него. Её взгляд был пустым, уставшим.
- Ты хочешь быть с ребёнком, потому что он твой. Или потому что ты хочешь быть со мной?

Она смотрела в его глаза, и в них была та же боль, что и в её собственной.
- Я хочу быть с тобой, Вера. Ребёнок - это часть нас, блять. Я хочу быть с вами обоими.

Она отвела взгляд и снова посмотрела в окно.

---

Так прошло несколько часов. Валера не уходил. Он сидел рядом, иногда гладил её руку, иногда просто смотрел на неё. Он не пытался говорить, он не пытался оправдываться. Он просто был рядом.

В какой-то момент он встал и вышел в коридор. Он прошёл по коридору, почти не глядя по сторонам, и остановился у окна. За стеклом всё так же падал снег.

Он стоял там, сжимая в кармане бархатную коробочку. Он купил её ещё неделю назад, когда понял, что хочет быть с ней. Но тогда он не знал, как сказать ей. Он думал, что у него будет время. А теперь он понял, что времени почти не осталось.

Он вернулся в палату, когда солнце уже начинало садиться. Вера всё так же лежала на койке, глядя в стену. Она выглядела очень маленькой и хрупкой.

Валера подошёл к её кровати и опустился на колени.

Вера повернула голову и удивлённо посмотрела на него.

Он достал коробочку, открыл её. Внутри было кольцо.

Он начал говорить, но слова сбивались и не хотели складываться в предложения.
- Я знаю, что я долбаеб. Я знаю, что я сделал тебе больно. Я знаю, что я не заслуживаю тебя, не заслуживаю очередного прощения. Но я люблю тебя, Вера. Я не могу жить без тебя. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Он замолк, чувствуя, как слёзы текут по его щекам. Он не пытался сдержать их.
- Я хочу быть с тобой до конца. Я хочу, чтобы ты знала, что я буду с тобой всегда. Я найду работу, я откажусь от всего, что мешает нам. Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.

Она смотрела на него, на его дрожащие руки, на слёзы, которые он не скрывал. Она чувствовала, как внутри неё что-то тает, как стена, которую она выстроила вокруг себя, начинает трескаться.

Она протянула руку, взяла его ладонь в свою. Он замер, ожидая, что она оттолкнёт его. Но она не оттолкнула.
- Ты правда хочешь быть со мной? Правда?

Он кивнул, не в силах говорить.

Она смотрела на него долго, долго, словно взвешивая что-то на невидимых весах. В её голове проносились воспоминания: как он впервые пришёл к ней, как он извинялся, стоя на коленях, как они танцевали на её дне рождения, как он держал её за руку в подвале, когда они искали документы.

Она помнила всё. Хорошее и плохое. И она знала, что он - не идеальный. Что он ошибался. Что он причинял ей боль.
- Я согласна.

Он замер. Ему показалось, что она сказала что-то другое. Но она повторила.
- Я согласна быть твоей женой, Валера.

Потом на его лице появилась улыбка - робкая, неверящая, но настоящая. Он взял её руку и надел кольцо на палец. Оно было немного велико, но она сжала пальцы, чтобы оно не упало.

Она посмотрела на кольцо, потом на него, и на её лице появилась слабая улыбка.
- Я люблю тебя, придурок

- Я тоже люблю тебя, моя лисичка! - заулыбался шире
Она откинулась на подушку, чувствуя, как внутри неё расцветает что-то новое - надежда. Она не знала, что принесёт завтрашний день. Но она знала, что он будет рядом...