Оттепель/Турбо

Вера и Валера стояли на кухне. Он курил, глядя в окно, она стояла у стола, сжимая в руках кружку с остывшим чаем. Тишина была тяжёлой, и Вера чувствовала, что между ними снова что-то ломается.

Она сама не знала, почему начала этот разговор. Может, от усталости, может, от страха. Она смотрела на него, и слова вылетали сами собой:
- Валера... Я не знаю, что происходит с нами. Ты стал каким-то холодным. Ты постоянно с пацанами, а на меня у тебя нет времени.

Он повернулся к ней, и его глаза потемнели. Голос - тихий, но в нём уже звенела сталь:
- У меня нет времени? Я вожусь с тобой, терплю твои капризы, а ты говоришь, что у меня нет времени?

- Я не прошу тебя водиться со мной! Я прошу просто быть рядом! А ты - ты всегда занят! Ты ревнуешь, ты злишься, ты кричишь, но когда нужно просто побыть со мной - ты убегаешь!

- Потому что ты не даёшь мне дышать! Ты всё время хочешь что-то решать, лезешь, куда не надо! Снежана, Илья, этот твой пес ебанный! Я устал!

Она чувствует, как внутри всё закипает, как слёзы подступают к горлу. Но она не плачет. Она смотрит на него, сжимая кулаки.
- Значит, я тебя утомляю?

- Да! Утомляешь! С тобой тяжело! Ты всегда хочешь чего-то, ты всегда недовольна! С Лилией было проще - она не ныла, она не лезла в душу! Она просто была рядом!

Вера смотрит на него, и внутри неё всё обрывается. Она чувствует, как её сердце разбивается на мелкие куски.
- Ты... ты правда так думаешь?

- Я не знаю... Я просто... я устал, Вера.

Вера забирает свою куртку и выходит. Она слышит, как он зовёт её, но не оборачивается. Она идёт по улице, не чувствуя мороза.

КВАРТИРА ВЕРЫ. УТРО.

Вера просыпается с тошнотой. Она лежит в кровати, смотрит в потолок, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Она встаёт, идёт в ванную, её выворачивает. Она стоит, держась за раковину, и не понимает, что происходит. Сначала она думает, что это отравление. Но потом считает дни. И её сердце пропускает удар.

Она одевается, берёт сумку, идёт в поликлинику. По дороге она дрожит, хотя на улице не так холодно. Сама мысль о том, что может быть беременна, пугает её до дрожи.

---

Вера сидит на деревянной скамейке, сжимая в руках номерок. Она ждёт очереди. Когда её вызывают, она заходит в кабинет. Через полчаса она выходит, держа в руках справку.

Она садится на ту же скамейку и смотрит на бумагу. Там написано: «Беременность 6 недель». Она смотрит на это, и внутри неё всё переворачивается. Она не знает, радоваться или плакать. Она просто сидит и смотрит в одну точку.

Рядом с ней садится медсестра. Наташа. Она только что вышла из соседнего кабинета, и смотрит на Веру с беспокойством.
- Вера? Ты что здесь делаешь? Ты плохо себя чувствуешь?

Вера поднимает на неё глаза и не может говорить. Просто протягивает справку. Наташа берёт её, читает, и её глаза расширяются.
- Ого... Ты беременна?

- Я не знаю, что делать... Я не знаю, как сказать ему... Мы поссорились с ним... - слезы снова наворачиваются на глазах.

- Ты расскажешь ему. Когда будешь готова. - Она сидит рядом с Верой, поддерживая её молчаливым присутствием.

КВАРТИРА ТУРБО. ВЕЧЕР. ДЕНЬ СПУСТЯ ПОСЛЕ ССОРЫ.

Вера стояла перед дверью его квартиры. Она долго не решалась постучать. В руках она держала свёрток - купила ему новую футболку, как извинение за ту ссору. Ей казалось, что она перегнула палку, что он был прав, что она слишком много требовала. Она хотела помириться.

Она постучала. Дверь открылась почти сразу, будто он ждал её. Валера стоял на пороге - взъерошенный, с красными глазами, с какой-то пустотой во взгляде. Он смотрел на неё, и его лицо дрогнуло.
- Лисичка... ты пришла...

- Я пришла помириться. Я... я купила тебе подарок.

Она протянула ему свёрток. Он взял его, но даже не посмотрел. Просто стоял и смотрел на неё, и в его глазах была такая боль, что у неё ёкнуло сердце.
- Вера... нам нужно поговорить.

- О чём? - Веронька напряглась.

Он отошёл в сторону, пропуская её. Она зашла в квартиру, и он закрыл дверь. Он не обнял её, не поцеловал - просто стоял, опустив голову, и молчал. Она чувствовала, как воздух становится тяжёлым.

- Я должен тебе кое-что сказать. Я не хочу врать тебе. Я не могу больше врать.

Вера замирает, чувствуя, как внутри всё сжимается.
- Что случилось?

Он поднимает на неё глаза
- Я изменил тебе, Вера. С Лилькой. После той ссоры.

Слово «изменил» вонзается ей в грудь, как нож. Она смотрит на него, не веря.
- Что?

- Я был пьян. Я не хотел. Я не знаю, что на меня нашло. Я хотел забыться, я хотел наказать себя, я хотел... Я не знаю... Я просто сделал это. И я ненавижу себя за это.

Вера стоит, не двигаясь. Ей кажется, что земля уходит из-под ног.
- Ты... ты спал с ней?

- Да.

Она делает шаг назад.
- Зачем ты мне это говоришь?

- Потому что я люблю тебя. И я не могу жить с этим. Я не могу смотреть на тебя и врать.

Он хочет подойти к ней, но она отшатывается, как от огня.
- Не подходи ко мне. - Её голос становится ледяным. - Не прикасайся ко мне. Ты... ты сделал это? После всего, что мы пережили?

- Прости меня, Вера. Я сделаю всё, что скажешь. Я больше никогда... - он упал перед ней на колени.

- Ты не можешь это исправить! Ты не можешь просто встать на колени и сказать «прости»! Ты предал меня!

Она смотрит на него, чувствуя, как слёзы жгут глаза. Но она не плачет - она слишком зла, чтобы плакать.
- Я ухожу.

- Вера, подожди!

- Не трогай меня!

Она выбегает из квартиры, оставляя его одного на коленях посреди пустой комнаты.

---

Она вылетает на улицу, и только там даёт волю слезам. Она не знает, что делать. Она не знает, как жить дальше. Аборт, даже если риски огромные... Или все же нет? Она же теперь точно к нему не вернётся, но так ли это?