Оттепель/Турбо

Валера сидит на диване, сжимая в руках телефонную трубку. Он уже в четвёртый раз за сегодня набирает номер Веры. Гудки. Долгие, бесконечные. Никто не отвечает. Он бросает трубку на рычаг, проводит рукой по лицу. На столе - остывший чай и пепельница, полная окурков. Он не спал уже двое суток. Под глазами - тёмные круги, челюсть сжата, руки дрожат. Он злой. Он не знает, где она. Он думал, что она дома. С Ильдаром. Что они разбираются с уликами, что она в безопасности. Но сегодня он позвонил Ильдару, чтобы узнать, как дела, и тот ответил холодно, отрывисто: - Я думал, она у тебя. Она сказала, что идёт к тебе. Четыре дня назад.

В тот момент Валера выронил трубку. Он стоял посреди комнаты, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Она не была у него. Она не была у Ильдара. Она исчезла. Четыре дня. Четыре дня он думал, что она дома, а она пропала. Он ходит по комнате. В голове - хаос. Он перебирает варианты: она могла пойти к подруге, к Снежане. Но Снежана тоже не отвечает. Он звонил ей - трубку сняла её бабушка, сказала, что внучка не ночевала дома. Уже четвёртую ночь. Две девочки пропали. В один день. А он - сидел здесь, ждал, думал, что всё хорошо.

- Какая же ты дура, Вера! Зачем ты пошла одна?! - кричит в пустоту.

Он ударяет кулаком по стене. Костяшки сдираются в кровь, но он не чувствует боли. Он чувствует только страх и ярость.

В дверь стучат. Он не сразу слышит, потом поворачивается, идёт открывать. На пороге стоит Зима - взъерошенный, запыхавшийся.

- Турбо, я не нашёл их. Нигде. Опросил всех пацанов, никто не видел. Как сквозь землю провалились.

Валера отворачивается, проводит рукой по лицу. - Это тот мужик. Из театра. Пётр Семёнович. Я уверен.

- Думаешь, он узнал про улики?

- Она говорила, что хотела проверить его связи. Может, он поймал их на улице. - Валера поворачивается к нему. - Мы должны найти его. Прямо сейчас.

Зима кивает. Они выходят из квартиры, хлопая дверью.

Они обходят все места, где может быть Пётр Семёнович - его квартиру, театр, общежитие. Нигде его нет. Как будто растворился. Соседи говорят, что он уехал «по делам», но никто не знает куда.

- Он их где-то прячет. Может, у него есть дача? Или гараж?

- Я проверю всех его знакомых. Всех, кто может быть причастен ко всему. - Он вспоминает, как она смотрела на него в последний раз - улыбалась, обещала позвонить. Она ушла, а он не пошёл за ней. Он остался спать. Он не знал. - Вера... я найду тебя. Я обещаю.

- Стемнело. Они объехали весь район, опросили всех, кто мог что-то знать. Результат - ноль. Валера сидит на крыльце своей квартиры, сжимая голову руками. Зима стоит рядом, молчит.

Внезапно Валера поднимает голову. В его взгляде - холодная решимость. - Завтра я пойду к Ильдару. Я расскажу ему всё. Все улики. Что мы нашли. Что я думаю, кто это сделал. Мы должны объединиться.

- Ты уверен? Он же тебя ненавидит.

- Мне похуй, понимаешь? Я хочу найти её.

Он смотрит на звёзды...

У ВЕРЫ И СНЕЖИ.
В подвале темно и холодно. Вера сидит, прислонившись спиной к трубе. Её руки всё ещё связаны, но верёвки ослабли - она несколько дней незаметно тёрла их об острый край металлической трубы, и теперь они почти перетёрлись. Снежана лежит рядом на грязном матрасе, свернувшись калачиком, и смотрит в одну точку. Она почти не говорит, почти не двигается. Она просто существует.

Вера смотрит на неё и чувствует, как внутри закипает злость. Злость на себя, на Петра Семёновича, на Колика, на весь этот кошмар. Она больше не может сидеть сложа руки. Она должна что-то сделать. Для Снежаны. Для себя. Для всех.

Она начинает медленно, осторожно тереть верёвки о край трубы. Каждое движение отдаётся болью в обожжённых запястьях, но она не останавливается. Она слышит, как верёвка постепенно перетирается, как нити лопаются одна за другой.

Наконец - щелчок. Верёвка разрывается. Вера освобождает руки, растирает затёкшие запястья, пытается восстановить кровообращение. Потом быстро развязывает ноги.

Она подползает к Снежане, трогает её за плечо. - Снежан... Ты слышишь меня? - Снежана медленно поворачивает голову. Её глаза пустые, лицо безжизненное. Она смотрит на Веру, но не видит её. - Снеж, я развязалась. Мы можем попробовать сбежать. Прямо сейчас. Пока они не пришли.

Снежана не отвечает. Она просто смотрит на Веру, и по её щеке катится слеза.

- Снежан, я знаю, что тебе тяжело. Я знаю, что ты хочешь просто лежать и умереть. Но мы не можем сдаться. Ты слышишь меня? Мы должны выбраться. Ради себя. Ради наших мам. Ради Валеры и Зимы. Они ищут нас. Я знаю.

Снежана моргает, и в её глазах появляется маленькая искорка. Она слабая, но она есть. - Я не могу... Вер... я боюсь...

- Я буду рядом. Я не оставлю тебя. Мы пойдём вместе. Тихо, осторожно. Ты сможешь?

Снежана колеблется, но потом медленно кивает. Вера помогает ей сесть, распутывает верёвки на её руках и ногах. Она делает это быстро, но аккуратно, боясь причинить боль.

- Отлично. Слушай меня. Мы поднимемся по лестнице. Там будет дверь, которая ведёт на улицу. Нам нужно просто дойти до неё. Всё остальное - по ситуации.

Она берёт Снежану за руку, и они поднимаются. Медленно, шаг за шагом. Где-то наверху хлопает дверь, и они замирают. Сердце колотится где-то в горле.

Вера жестом показывает Снежане прижаться к стене. Они стоят, не дыша. Слышны голоса, смех, шаги. Потом - тишина. Вера выдыхает, тянет Снежану дальше.

Они поднимаются по лестнице. В конце - дверь. Вера толкает её плечом. Она заперта.

Сердце падает. - Вер... она закрыта...

- Я знаю. - Она осматривает дверь. Деревянная, старая. В углу - ржавая щеколда. - Нужен лом. Что-нибудь, чтобы сбить замок.

Она оглядывается. В углу лежит кусок старой арматуры - тяжёлый, ржавый, но подходящий. Она берёт его, вставляет между дверью и косяком, нажимает всем весом. Дверь дрожит, но не поддаётся. - Давай, тварь... поддайся... - Она налегает снова. Дверь начинает поддаваться. Ещё усилие - и замок с треском срывается. Дверь открывается.

Вера хватает Снежану за руку, тянет на улицу. Они выбегают. Холодный воздух бьёт в лицо. Они почти свободны!

Но в этот момент за их спиной слышится крик:

- Стоять!

Вера оборачивается. Пётр Семёнович стоит на крыльце. За ним - двое мужчин. Колик тоже здесь. Он ухмыляется, разминая шею. - Я так и знал, что ты попытаешься сбежать, рыжая. Ты слишком умная для своего же блага.

Вера сжимает руку Снежаны. Она видит перед собой улицу, пустую, тёмную. Дорога к свободе. Но расстояние слишком большое, а за ними - четверо мужчин.

- Беги. В любую сторону. Не оглядывайся.
- Нет, Вер... я не брошу тебя...
- Беги, Снежан! Я в любом случае выживу! Обещаю!

Снежана колеблется, потом разворачивается и бежит. Она петляет между деревьями, падает, встаёт, бежит дальше. Вера видит, как она исчезает в темноте...