Дочь дьявола

В этот момент, когда из поганого рта Малфоя вылетело последнее грязное слово, внутри тебя окончательно сорвало все предохранители. Глухая, удушающая обида и растоптанное достоинство взорвались внутри тебя чистой, первобытной силой. Твоя кровь буквально закипела, а в глазах вспыхнуло зловещее, леденящее пламя.

Ты даже не потянулась за волшебной палочкой. Тебе она была не нужна. Из глубины твоего существа вырвалась мощнейшая волна стихийной, необузданной магии.

Воздух над квиддичным полем мгновенно потяжелел, за загривками игроков пробежал мороз, а небо над стадионом будто потемнело. Раздался оглушительный, похожий на раскат грома треск. От тебя во все стороны хлынула невидимая, но осязаемая ударная волна, заряженная твоей яростью.

Слизеринцев на метлах, которые кружили неподалеку, просто раскидало в разные стороны воздушным потоком. Крэбб и Гойл с воплями отлетели на добрый десяток метров, едва удержавшись в воздухе. Но весь основной удар твоей магии был направлен точно в одну цель — в Драко Малфоя.

Его новенькая скоростная метла под ним с громким треском в то же мгновение разлетелась в щепки, будто в нее попала молния. Сам блондин не успел даже пикнуть, как его с дикой силой швырнуло спиной назад. Невидимый магический кулак буквально впечатал его в деревянные трибуны стадиона, а затем Малфой мешком покатился вниз по ступенькам, шумно дыша и корчась от боли. Вся его спесь, грязная ухмылка и красноречие испарились в одну секунду, сменившись диким, животным ужасом перед силой, которую он так неосмотрительно разбудил.

Ты зависла высоко в воздухе на своей метле, тяжело дыша. Твои волосы растрепались от ветра, а вокруг пальцев все еще плясали едва заметные искры стихийной магии. Весь стадион погрузился в мертвую, испуганную тишину. Ни один слизеринец больше не смел не то что раскрыть рот, но даже поднять на тебя взгляд. Наследница Реддла показала свое истинное лицо, и теперь они знали, что за любые грязные слова в твой адрес придется платить собственной жизнью.

Ты плавно опустила метлу на траву и сошла на землю. Твое тело все еще крупно дрожало от переизбытка стихийной магии, а к горлу подкатывала удушающая обида. В этот момент к тебе со стороны трибун подбежал Гарри. Он видел и слышал всё — от мерзких помоев Малфоя до твоего разрушительного взрыва.

Поттер выглядел взволнованным и тяжело дышал. Он осторожно, но крепко перехватил тебя за плечи, пытаясь заглянуть в твои безумные от гнева глаза.

— Эй, штормовое предупреждение, тише... Всё кончено. Посмотри на меня, успокойся, — взволнованно заговорил Гарри, пытаясь удержать тебя на месте и закрыть спиной от испуганных взглядов команды. — Ты его проучила. Хватит. Дыши, слышишь? Не слушай эту мразь.

Но твоя ярость не утихала. Обида на то, что Малфой прилюдно вывалял твое имя в грязи, требовала немедленного выхода. Ты вырвала плечи из рук Поттера и, даже не глядя на него, бросилась в сторону трибун, где на траве, держась за ребра, скулил побитый Драко.

— Что, договорился, блондинчик?! — яростно закричала ты, брызжа ядом и продолжая жестко язвить Малфою прямо на глазах у всей команды. — Куда делось твое красноречие?! Что ты там нес про душ, ничтожество? Да ты просто трусливый червь, который умеет только чесать своим грязным языком! Твоя мамочка не учила тебя, что бывает, когда открываешь рот на Реддл?! Тебе мало, Малфой?! Да я тебя в порошок сотру, ты...

Ты захлебывалась собственным гневом, крича во весь голос, и Гарри понял, что словами тебя сейчас не остановить — ты просто уничтожишь себя и всех вокруг этой слепой яростью.

Он резко шагнул вперед, обхватил твое лицо ладонями и рванул на себя, напрочь заткнув тебя глубоким, собственническим и отчаянным поцелуем.

Все твои язвительные слова, готовые сорваться с губ, мгновенно застряли в горле. Глаза расширились от полнейшего, оглушительного шока. Весь мир вокруг, испуганная команда Слизерина, стонущий на траве Малфой — всё просто перестало существовать. Был только Гарри, его горячие губы, его пальцы, крепко держащие твое лицо, и его бешено бьющееся сердце.

Твоя стихийная магия, секунду назад готовая разнести стадион, мгновенно утихла, превратившись в приятное тепло, разлившееся по венам. Обида и гнев растаяли под натиском его губ. Ты замерла, бессильно опустив руки, полностью растворяясь в этом неожиданном, спасительном поцелуе. Гарри заставил тебя замолчать самым радикальным, но единственно верным способом.