Под одним снегом

Повествование снова вернулось в привычное русло, и на следующее утро весь класс сидел в кабинете истории искусств в предвкушении защиты проектов. Атмосфера в комнате была наэлектризована до предела. Мистер Бьерн, как обычно, расхаживал перед интерактивной панелью, потирая руки от творческого нетерпения.

- Ну что, одиннадцатый класс, время пришло! - громко объявил он, опершись ладонями о свой стол. - Я проверил лицейский сервер, но некоторые пары решили показать свои шедевры лично. Начнем с тех, кто искал тепло в наших хмурых широтах. Теодор Ларсен и Юна Пак, прошу вас!

Юна заметно занервничала, но Теодор, сидевший рядом со мной, вальяжно поднялся, подмигнул ей и направился к учительскому столу. Они подключили телефон Тео к системе, и на огромном экране замелькали кадры.

Это было действительно потрясающе. Первым кадром шла Юна - она сидела на крыльце академии, задорно прищурившись и держа в руках картонный стакан с ярко-оранжевой крышкой. От снимка буквально веяло уютом. Следом пошли сочные, залитые теплым светом лампы апельсины на фермерской витрине, оранжевые неоновые вывески ретро-кафе и даже дорожные конусы, которые благодаря ракурсу Тео выглядели как арт-объект. Юна, стоявшая у доски, с увлечением рассказывала про концепцию «оранжевого тепла», а Теодор изредка вставлял свои фирменные шуточки, заставляя класс смеяться.

- Прекрасно! Потрясающая синергия урбанизма и хюгге! Высший балл! - восторженно захлопал в ладоши мистер Бьерн.

Астрид Нюгорд на первом ряду лишь демонстративно закатила глаза и громко вздохнула, давая понять, что не впечатлена. Их проект с Лукасом, состоящий из довольно серых кадров с редкими вкраплениями красного, учитель оценил весьма прохладно, что окончательно испортило ей настроение.

- И наконец, наш финальный аккорд, - мистер Бьерн перевел взгляд на меня, а затем - на самую заднюю парту. - Синий спектр Осло. Далия Алами и Нико Андерсен. Покажите нам вашу холодную эстетику.

Я глубоко вздохнула, поправила графитовый хиджаб и поднялась со своего места. Одновременно со мной со стула поднялся Нико. Он шел к доске своей привычной ленивой, уверенной походкой, держа в руках серебристую флешку. На нем был идеально отглаженный блейзер, а светло-русые волосы лежали в аккуратном беспорядке.

Нико подошел к учительскому ноутбуку, вставил флешку и повернулся к классу, скрестив руки на груди. Его ледяные серо-голубые глаза на секунду встретились с моими. На его губах снова играла та самая едва заметная, высокомерная полуулыбка, которая заставила меня внутренне насторожиться. Что он задумал?

- Прошу, - Нико коротко кивнул мне, уступая право начать презентацию.

Я повернулась к экрану, на котором появился наш первый кадр - чернильно-синее вечернее небо, отражающееся в панорамных стеклах офисов Акер Брюгге.

- Мы решили сосредоточиться на геометрии и холодных отражениях современного Осло, - спокойно и четко начала я, ведя презентацию на iPad.

Один за другим на панели сменялись наши кадры: кобальтовый неоновый указатель причала сквозь размытые хлопья летящего снега, темно-синяя деревянная вывеска старой книжной лавки с золотыми буквами и, наконец, наш главный шедевр - ультрамариновое сияние ресторанной крыши, пробивающее падающий снег над темной гладью фьорда.

Класс завороженно молчал. Даже Астрид замерла, ядовито поджав губы - снимки действительно были профессиональными и невероятно стильными.

- Потрясающе... Какая глубина, какая композиция кадра! Десять из десяти! - выдохнул мистер Бьерн, уже потянувшись к журналу, чтобы поставить оценку.

- Вообще-то, мистер Бьерн, это еще не всё, - вдруг раздался низкий, бархатный голос Нико Андерсена.

Я резко повернула к нему голову, нахмурившись. Не всё? Но мы ведь утвердили ровно десять кадров!

Нико, абсолютно игнорируя мой предостерегающий взгляд, нажал на кнопку пульта, и на огромном интерактивном экране загорелся одиннадцатый кадр.

У меня внутри всё буквально перевернулось от шока, а затем по венам ударила чистая, обжигающая марокканская ярость.

На экране была я.

Снимок был сделан со спины и полупрофиля, когда мы поднимались по металлической винтовой лестнице на смотровую площадку. На фоне заснеженного, сияющего тысячами ночных огней Осло отчетливо выделялся глубокий, насыщенный синий цвет моего длинного шерстяного пальто. Снежинки мягко опускались на мой белоснежный хиджаб, а лицо было повернуто к городу, отчего точеные скулы и линия губ выглядели невероятно утонченно и благородно. Это был безумно красивый, глубокий и художественный кадр, в котором синий цвет пальто связывал воедино всю композицию.

По классу прошел громкий, потрясенный шепот. Юна прикрыла рот ладонями, округлив глаза от восторга. Теодор Ларсен издал короткий свист, а Даниэль удивленно приподнял брови. Но хуже всего было лицо Астрид Нюгорд - она побелела от ярости, её серо-зеленые глаза буквально метали громы и молнии, а пальцы с безупречным френчем с такой силой впились в край парты, что побелели костяшки.

- Что это такое, Андерсен? - процедила я сквозь зубы, поворачиваясь к нему и стараясь, чтобы мой голос слышал только он. Мои кулаки сжались до боли. Он сфотографировал меня втайне! И без моего разрешения выставил это на всеобщее обозрение!

Нико даже не повел бровью. Он посмотрел на меня сверху вниз своим непробиваемым стальным взглядом, в глубине которого сейчас прыгали торжествующие искры:
- Это искусство, Снежинка. Интеграция автора в концепт, как ты сама вчера сказала в шутку. Я посчитал, что твое синее пальто идеально завершает общую палитру нашего проекта.

- О, боги! Это гениально! - мистер Бьерн буквально подпрыгнул на стуле от восторга, прерывая нашу тихую перепалку. - Живой контраст! Синий цвет как символ защиты, как оболочка человека в холодном мегаполисе! Андерсен, Алами - это безоговорочный триумф! Лучшая работа за всю историю курса!

- Спасибо, мистер Бьерн, - спокойно ответил Нико, забирая флешку из ноутбука и даже не улыбнувшись, сохраняя маску полного безразличия ко всеобщему восторгу.

Я развернулась и быстрым, резким шагом направилась к своей парте, едва сдерживая желание швырнуть в этого невыносимого блондина свой iPad. Мои щеки пылали от злости. Он переступил все мои границы. Он влез в мое личное пространство и выставил меня напоказ перед всем лицеем, перед этой змеей Астрид, которая теперь явно устроит мне персональный ад.

Нико неторопливо прошел мимо меня на свою заднюю парту. Когда он равнялся с моим стулом, он наклонился чуть ближе и тихо, так, чтобы слышала только я, прошептал:
- Тебе идет синий цвет, Снежинка. Не злись.

- Пошел ты, Андерсен, - так же тихо, но смертельно холодно ответила я, уткнувшись в экран планшета.

____________________________________________________________

Сверху тот самый кадр который сделал Нико🤌🏻
Оцените нашего фотографа от 1 до 10🤭
Как вам глава ?