Синергия сердец))

Прошло две недели. Лина полностью влилась в команду, но её личным наставником оставался Джастин. Он тратил часы, объясняя ей тонкости аэродинамики и распределения веса «Валькирии-S». Их общение было доверительным и очень тёплым: Джастин заботливо приносил ей чай во время долгих тренировок, следил, чтобы она не переутомлялась, и всегда провожал до дома Вана после заката.

Но этим вечером всё пошло не по плану.

Во время патрулирования порта на команду напал отряд инфицированных роботов-детекторов. Битва была тяжелой. Обороняя южный док, «Валькирия-S» приняла на себя мощный удар вражеского тяжелого снаряда, защищая «Минерву» Ран. Робот выжил, но его левое плечо и шарнир глефы были серьезно повреждены.

В два часа ночи в мастерской Хижины Чудес всё ещё горел тусклый свет настольной лампы. Лина сидела над разобранной «Валькирией», тщетно пытаясь припаять тончайший микропровод к процессору плечевого сустава. Руки от усталости подрагивали, а глаза слезились.

— Черт... ну же, припаяйся, — прошептала она, когда капля олова в очередной раз сорвалась не туда.

— Давай я помогу.

Лина вздрогнула. В дверях мастерской стоял Джастин. Он был без своего привычного строгого пиджака — в одной лишь белой рубашке с закатанными рукавами, что делало его домашним и удивительно уязвимым.

— Джастин? Почему ты не спишь? — удивилась Лина, вытирая лоб тыльной стороной ладони.

— Не мог уснуть, зная, что ты сидишь здесь одна и винишь себя за повреждения робота, — мягко ответил он.

Он подошёл ближе, придвинул стул и сел рядом. Забрав из её уставших пальцев паяльник, Джастин аккуратно зафиксировал деталь «Валькирии-S» на подставке. Их плечи соприкоснулись. Лина почувствовала исходившее от него тепло и легкий аромат мятного парфюма.

— Смотри, — тихо произнёс Джастин, его голос в ночной тишине звучал завораживающе низко. — Здесь нужен импульсный нагрев. Если держать паяльник слишком долго, плата сгорит. Вот так...

Его тонкие, сильные пальцы двигались с хирургической точностью. Лина заворожённо наблюдала за его профилем — за тем, как блики лампы играли на его пепельных волосах, как сосредоточенно хмурились его брови. Вдруг она поймала себя на мысли, что смотрит вовсе не на детали робота, а на его губы. Сердце испуганно пропустило удар.

«Что со мной? Он же просто заботится обо мне, как старший брат... Почему мне так тяжело дышать рядом с ним?» — пронеслось в её голове.

— Готово, — Джастин повернул к ней голову. — Лина? Почему ты так на меня смотришь?

Лина мгновенно покраснела до корней волос и быстро опустила глаза:

— Я... просто восхищаюсь твоим мастерством. Ты очень бережно ко мне относишься, Джастин. Спасибо тебе.

Джастин замер. Он посмотрел на её смущенное лицо, на то, как она теребит пальцами край своего свитера. В его груди разлилось странное, щемящее тепло, которое не имело никакого отношения к братским чувствам. Ему вдруг безумно захотелось коснуться её щеки, успокоить и защитить от всего мира.

— Я всегда буду оберегать тебя, Лина. Обещаю, — тихо, но с железной решимостью произнёс он.