Новый старт |OG BUDA

Моё дыхание сбивается с ритма, когда она оказывается рядом — обычное дело, от которого кровь тяжелеет и уходит куда-то ниже живота. Каждый её изгиб становится наваждением, линией, по которой скользит взгляд, застревая там, где позволено только воображению. Я сжимает челюсть, представляя, как пальцы, грубые и нетерпеливые, мнут тонкую ткань её домашних штанов. В голове лишь картинки: как стянуть лямки с её плеч, впиться губами в шею, чувствуя солёный привкус её кожи, и с рычанием повалить на кровать, чтобы наконец забыться в ней — горячо, по-звериному грязно и сладко. Всё внутри
меня спрессовано в тугую пружину желания, которое не терпит нежности. Я хочу не просто обладать — я хочу потерять голову о её изгибы, сломать её податливость, а потом замереть, тяжело дыша, чувствуя, как дрожит каждая её клетка.
-Так... Что, говоришь, на ужин?-отвожу свой блуждающий взгляд от ее тела и впиваюсь в глаза. На её лице улыбка.
***

Ловлю себя на мысли, что Ляхов слишком близко. Предельно близко. Резко осознаю, что тело перестает меня слушаться. Почему? Потому что душа тонет в его глазах цвета глубокого леса. Гриша вошел в мою личную орбиту.

Я усердно пытаюсь сделать вид, что ничего не происходит, но удары сердца предательски шумят в ушах. Такое ощущение, что их можно услышать в соседней комнате. Глубоко вдыхаю, но вместо того, чтоб успокоиться, чувствую его запах: привычные духи с ароматом свежести и моря вперемешку с запахом его тела. Этот запах стал особенным для меня, хотя иногда я ловила себя на мысли, что не замечала мужских запахов до Гриши. Просто не обращала на них внимания чтоли.

В голове лишь одна мысль: «лишь бы он не заметил, как я схожу с ума». Ляхов близко. Его руки в считаные секунды оказываются на моей талии. В глазах - уверенность вперемешку с желанием.

Я не сразу осознаю, что чувствую его дыхание
на своем лице, а когда осознаю - ноги подкашиваются, руки становятся ватными, глаза закрываются, только лишь язык знает, что делает. Для меня это не просто поцелуй, это момент, когда пространство перестает существовать. Я тону. Тону в нём, в его прикосновениях ко мне, в его прерывистом дыхании. Я тону и мне срочно нужно на сушу!

Я резко отстраняюсь от Ляхова, отпрыгивая так, будто меня ударило током. Пытаюсь отдышаться и отойти от чувств переполняющих меня. Смотрю куда угодно, но не в глаза. Стыдно, неловко. Он огорчен во мне?
-Гриш, прости, я просто...
Я не успеваю договорить, когда он берет меня за руку и переплетается наши пальцы. Не могу оставить этот жест без внимания и смотрю в лицо напротив, на котором виднеется неширокая улыбка.
-Все хорошо, Варь, я все понимаю.
Натягиваю улыбку, которая выходит слишком фальшиво, расцепляю пальцы и убегаю, как трусливая дура.
***

Весь день я избегала Гришу и ругала сама себя за эти детские поступки. Он заходит ко мне на кухню, я говорю, что мне нужно в ванную. Я валяюсь на кровати, но при ощущении его присутствия бегу на кухню, со словами о том, что хочу перекусить. Как же глупо!

Ужинали мы молча. Гриша пытался завести диалог, но мне было неловко и все что вылетало из моего рта - сухое «да», «ага», «поняла». В голове было куча мыслей: «не огорчила ли я его?», «не обиделся ли он?», «он все еще ценит меня?», и самая сложная, вязкая мысль: «что теперь будет? наши отношения станут холодными или все будет хорошо?». Да, странно признаваться самой себе, но я не хочу терять Ляхова. Не хочу оставаться одна и дело не в том, что кроме него никого нет. Главное не то, что я останусь одна, а в том, что я буду без него. Без света, в моей мрачной жизни.
***

Время чуть перевалило за полночь, а я всё также сидела на диване одной рукой листая галерею, другой - поглаживая Сириуса. Пыталась забыться как могла, но ничего не получалось.

Гриша ушел в комнату ещё минут 20 назад и, возможно, уже спал, но в планы не входило идти и проверять эту догадку. Может сегодня на диване поспать? Блять, как же сложно!
Я понимаю, что влюблена, но пытаюсь это как-то опровергнуть. Почему? Да потому что боюсь! В глубине души понимаю, что Ляхов не такой как Он, но тревога не отступает. Я боюсь до конца открываться реперу, боюсь снова почувствовать то, что чувствовала месяц назад.
Из мыслей вывел монотонный, чуть басовый голос.
-Варь, пошли спать.

Я повернула голову на звук. Ляхов был в одних шортах. Я уже почти привыкла к голому торсу старшего, ведь лицезреть его было чем-то в порядке вещей.
Растрепанные волосы небрежно ложились на лицо, что придавало Грише нотку сексуальности.
-Я не хочу спать, ложись без меня,-ответила я и быстро перевела взгляд с парня на окно, будто мне очень интересно взглянуть на него в сотый раз за день. Почему, вообще, мы спим вместе?!
-Ва-а-арь,-протяжно.
Снова взгляд на Гришу.
-Я могу соврать и сказать, что уже поздно, но хочу сказать правду,-я откровенно заинтересовалась тем, что же мне скажет Ляхов, и даже не заметила, что перестала гладить Сириуса. Так была увлечена,-я не могу уснуть без тебя.
В сердце что-то ёкнуло. Обычная фраза: «я не могу уснуть без тебя», но сколько нежности в ней хранилось. Именно это разбило ту корку льда вокруг моего сердца, которая скопилась за сегодняшний день.

Я без раздумий встала с дивана, подошла к парню очень близко, замерла, а после... поцеловала его в щёку сплетая пальцы и тянув в сторону спальни. Зачем я это сделала? Не знаю. Захотела.
***

Я лежала на одной стороне кровати, Гриша - на другой. Мы оба смотрели в потолок и болтали. Подумаешь, два часа ночи на часах. Сон? Для слабаков! Время разговаривать.

-А почему в Тюмень?-искренне интересовалась я словами парня. Наш разговор состоял из обсуждения куда бы мы хотели уехать.
-Там мама. Давно её не видел, скучаю ужасно.
Тишина. Не пугающая, как раньше, а по своему уютная.

Гриша поворачивает голову в мою сторону и сообщает о том, что пора спать, после чего ложиться на бок смотря на меня. Я поступаю также. Тревога отошла, мысли больше не мучают, а в душе развивается знакомый горячий воздух из доброты и нежности.
Мы смотрим друг другу в глаза и еле улыбаемся. Лично я готова разреветься от вулкана чувств внутри. Это как взрыв, состоящий из бабочек, которые разлетаются по всему телу, вызывая дрожь в каждой мышце. Я так давно не чувствовала это, что не осознаю до конца: сон это или реальность.

Гриша подвигается ближе и медленно кладет свою руку мне на талию, как бы оценивая ситуацию. Возможно боится спугнуть, но я не против. Может это ночь так дурманит?
Я отвечаю и двигаюсь к нему.

Через мгновение между нами нет и миллиметра пустоты. Это тот самый момент, когда остается только тишина, тепло и дыхание друг друга. Пальцы Гриши аккуратно сжимают ткань моей пижамы, будто он боится, что если ослабит хватку - я пропаду. Моя голова уютно устроилась в ложбинке между его шеей и плечом.

Я чувствую, как дыхание Ляхова становиться глубже и ровнее, а мышцы груди под моей щекой расслабляются, но рука продолжает гладить меня по спине - медленно, от лопаток до поясницы, будто убаюкивая.

Чуть поднимаю голову и вижу его полностью расслабленное лицо. Он выглядит как ребенок, который нашел свой безопасный дом и мне хочется дотронуться до его полуоткрытых губ. Я аккуратно, дабы не разбудить, поднимаю руку и касаюсь. Мягкие. Даже и не скажешь, что мужские, хотя сомневаюсь, что есть отличие.

Он целует мои пальцы.

От этого жеста всё сжимается до такой острой нежности, что хочется заплакать, а затем я снова опускаю голову на его грудь и прижимаюсь плотнее. Тепло тела парня окутывает целиком, будто я лежу под одеялом.

Сон приходит незаметно. Сначала исчезли мысли, оставляя после себя туман, затем исчезли звуки. Остается только его пульс и ровное дыхание. Сознание проваливается, когда мои губы растягиваются в самой нежной улыбке.