Дочка тренера

Я выхожу из здания школы, щурясь от солнца. Рюкзак тянет плечо, в руках телефон. Вокруг бегают подростки, кто-то толкается, кто-то смеется. У ворот стоят кучки ребят.

Рядом идет Кейтлин. Она что-то жует.

"Так что, завтра все в силе?" - спрашивает она.

"Да, да. Я помню".

"Точно придешь?"

"Кейтлин, я сказала".

"Просто ты в прошлый раз не пришла".

"У меня была причина".

"Ну да, - она смеется.

"Кто из девочек будет, напомни?" - спросила Блэр.

"Ава, Элайза, Мэди, ну и мы".

"И мальчики, - добавляет Кейтлин. - Из футбольного клуба. Дэн, Мануэль, ну и может быть даже твой Джуд".

Я толкаю ее локтем.

"Чего ты со своим Джудом пристала?"

"А что? Я просто говорю".

"При чем тут он вообще?"

"Ну, он твой, - она поднимает брови. - Я не слепая".

Шатенка лишь закатила глаза понимая , что подругу не переубедишь.

Мы доходим до калитки. Она указывает на черную машину.

"Ладно, Блэр, пока. За мной приехали".

Она обнимает меня и бежит через дорогу. Я смотрю ей вслед, как она садится в машину, машет мне рукой через стекло. Я машу в ответ.

С другой стороны сигналит машина. Черный Рейндж Ровер. За рулем Джуд. Он смотрит на меня через опущенное стекло, локоть лежит на двери.

Я подхожу. Останавливаюсь у двери, смотрю на него сверху вниз.

"Садись", - говорит он. Голос ровный, спокойный.

"Куда?"

"Довезу до дома. Или хочешь ждать следующий автобус через час?"

Он выгибает голову в сторону. Я смотрю. Автобус уехал, только пыль осталась. Следующий будет только через час, я знаю расписание.

Выдыхаю. Открываю дверь, сажусь. Бросаю рюкзак на заднее сиденье. Он смотрит, как я пристегиваюсь. Заводит. Нажимает на газ.

"Откуда ты знаешь время моих занятий?" - спрашиваю я, поворачиваясь к нему.

"Тебе все скажи", - его голос спокойный.

"Ой, ой, ой".

Я качаю головой. Он усмехается, смотрит на дорогу.

"Чего хмурая?"

"Я не хмурая, у меня все хорошо"

"Так хорошо, что ты сидишь хмурая?".

"Я не хмурая" - еще раз повторила та.

"Хмурая, - он косится на меня. - Я вижу".

Я отворачиваюсь к окну. Смотрю на проплывающие дома, деревья. Солнце отражается в стеклах. Он ведет машину, одной рукой, второй лежит на рычаге.

Я выдвигаю зеркало над собой. Чтобы поправить волосы. Смотрю в него.

В уголке красное сердце. Нарисовано помадой. Маленькое, аккуратное.

Я хмурюсь. Два дня назад ничего не было. Я точно помню. Задвигаю зеркало обратно. Передумываю поправлять волосы.

"Ты кого-то подвозил за эти дни?" - спрашиваю, глядя на него.

"Да, - он кивает, смотрит прямо. - Джессику и Джоша".

Я смотрю на него. Он не отводит взгляд от дороги. Я вспоминаю. Джессика и Джош расстались месяц назад. Кейтлин рассказывала.

"Ты врешь", - говорю ровно.

Он смотрит на меня. Поднимает бровь.

"Почему?"

"Они расстались месяц назад, - я скрещиваю руки на груди. - Ты не мог их подвозить вместе".

Он молчит. Смотрит на дорогу. Пальцы на руле сжимаются.

"К чему вопрос?" - спрашивает тихо. Голос изменился, стал жестче.

"У тебя помада на зеркале", - отвечаю я.

Тишина. Он переводит взгляд на меня. Держит секунду. Возвращает на дорогу. Скулы напряжены.

"Это ты оставила, - говорит он. - В прошлый раз, когда поправляла губы. Я не стер".

Я смотрю на его профиль. На его руки на руле. На кадык, который дергается, когда он сглатывает.

"Зачем?" - спрашиваю я. Голос тише.

"Не знаю, - он пожимает плечами, но видно, что это не просто плечом. Он напряжен. - Просто оставил".

Я отвожу взгляд. Смотрю вперед, на дорогу. Внутри что-то жжет. Не злость.

"Зачем ты соврал про Джессику и Джоша?" - спрашиваю я тихо.

Он молчит. Ведет машину. Я вижу, как сжимается его челюсть.

"Чтобы посмотреть, как ты отреагируешь".

Я поворачиваюсь к нему.

"Что?"

"Я хотел увидеть, - он косится на меня. - Спросишь ты или нет. Тебе будет не все равно или плевать. Ты спросила".

"Это проверка?"

"Нет".

Я молчу. Смотрю на него. Он смотрит на дорогу.

"Два дня, - говорю я. - Ты мог стереть в любой момент".

"Мог".

"Почему не стер?"

Он поворачивает голову ко мне. Смотрит прямо в глаза. На секунду. Потом снова на дорогу.

"Потому что это был твой след. Я хотел, чтобы он оставался там. Пока ты не увидишь".

Я смотрю на его руки на руле. На его профиль. На то, как он дышит. Ровно, но я вижу, что он ждет.

"Ты специально оставил?" - спрашиваю я снова.

"Нет. Просто не стер".

Я смотрю на него. Не верю.

"Врешь, - говорю я. - Если бы не хотел, стер бы сразу".

"Может и так".

Он ухмыляется. Но ухмылка не наглая. Просто легкая. Как будто он знает, что я права.

Я смотрю на его профиль. На его глаза, которые смотрят на дорогу. На его губы, которые чуть приоткрыты. На его пальцы на руле.

Я замечаю, что он не спросил меня, зачем я хочу, чтобы он оставил сердце. Он просто согласился.

Но я тоже молчу. Какая разница.

Он паркуется у моего дома. Глушит двигатель. Я беру рюкзак с заднего сиденья.

"Спасибо".

"Не за что".

Я открываю дверь. Не выхожу. Смотрю на него.

"Оставь сердце. Не стирай".

Он смотрит на меня. Ухмыляется. Но по-другому. Теплее, что ли.

"Зачем тебе?"

"Хочу знать, что оно там".

"А если завтра я приеду за тобой, и его не будет?"

"Значит, я перестану с тобой разговаривать".

Он усмехается. Кивает.

Вечером

Я стою перед открытым шкафом уже минут двадцать.

Рука перебирает вешалки. Футболки, толстовки, джинсы. Обычные вещи. Я ношу их каждый день. Но сейчас все кажется неправильным. Слишком простым. Слишком скучным.

"Ну что за херня, - бормочу я себе под нос, отодвигая серую футболку. - Это же просто вечеринка. Кейтлин. Девчонки. Никто не будет смотреть на меня".

Я достаю черный топ. Тот самый, облегающий. Меряю перед зеркалом. Отлично сидит.

"Будто ты собираешься на свидание", - говорю я своему отражению.

Отражение смотрит на меня с легкой усмешкой. Я снимаю топ, кидаю на кровать. Беру просто белую футболку. Надеваю. Смотрю. Снимаю.

"Чего я вообще парюсь? Это же просто посиделки".

Достаю другую футболку. Темно-синюю. Надеваю. Поворачиваюсь. Снимаю.

"Ты идиотка, Блэр, - говорю я в зеркало. - Ты пытаешься выглядеть круто для него. Признай уже".

Молчу. Зеркало молчит.

"Нет, - отвечаю я. - Не для него. Просто хочу выглядеть нормально. Кейтлин там будет, другие девочки. Не хочу выглядеть как чучело".

Вру. Я вру себе.

Я достаю черные джинсы. Узкие, сидят идеально. Меряю. Подходят.

"Кто вообще будет смотреть на мои джинсы?"

Отражение поднимает бровь.

"Заткнись", - говорю я ему.

Я снимаю джинсы. Надеваю обычные, широкие. Те, в которых хожу каждый день. Смотрю. Снимаю.

"Он вообще не придет, - говорю я. - Кейтлин сказала "может быть". Может быть - это значит, что он не придет".

Но я знаю, что он придет. Я знаю это по тому, как он смотрел на меня сегодня. По тому, как он сказал "увидимся". По тому, как он оставил сердце.

Я достаю черные джинсы снова.

"Ты же придешь, - говорю я тихо. - Сволочь".

Я надеваю их. Потом топ. Черный. Смотрю в зеркало. Волосы распущены, спадают на плечи. Я провожу рукой по голове, поправляю.

"Слишком", - говорю я и собираю волосы в хвост. Смотрю. Распускаю.

"Может, просто распустить?"

Я смотрю на себя. С виду обычная. Но внутри что-то дрожит.

Я сажусь на кровать. Смотрю на телефон. Он не писал. Не звонил.

"Ну и похуй, - говорю я. - Мне все равно".

Но я знаю, что это не так. Мне не все равно. И это бесит.

Я снова встаю. Смотрю в зеркало.

"Ты собираешься на вечеринку. К друзьям. Не к нему. - Я указываю пальцем на свое отражение. - Запомни это".

Отражение смотрит. Не верит.

Я вздыхаю. Провожу рукой по волосам.

"Ладно, черт с тобой. Мне просто хочется выглядеть хорошо. Это не преступление".

Я снимаю топ и джинсы, вешаю их на стул. Завтра надену. Если передумаю, то тогда уже будет поздно.

Я ложусь на кровать. Смотрю в потолок.

Вспоминаю его глаза сегодня. Как он смотрел, когда я сказала оставить сердце. Как дернулся кадык. Как его пальцы сжались на руле.

"Ты идиот, Джуд, - шепчу я. - И я идиотка".

Я закрываю глаза и засыпаю.