После?

18 апреля, 15:23

Их выписали.

Дом встретил их тишиной. Всё осталось как было: книги Ботана на столе, пульт на диване, пустая кружка, которую так и не убрали. Только теперь здесь пахло не привычной жизнью, а воспоминаниями о том, что было.

Первые недели было трудно.

Ботан иногда просыпался ночью и подолгу смотрел в потолок. Оливия сидела рядом, не спрашивая, что он чувствует, и просто молчала. А иногда била его подушкой, чтобы он перестал грустить и шёл делать уроки.

Всё постепенно вставало на свои места.

Ботан снова начал носить рубашку, в которой ему было удобно, и читать нотации — теперь уже не только Оливии, но и себе. Он пытался объяснить, что пережитое — это просто опыт, а не повод бояться каждого звука за окном. Оливия слушала, иногда перебивала и снова включала сериал.

— Ты опять заварил чай без сахара, — сказала она однажды, взяв кружку.

— Ты вчера просила без, — ответил Ботан, не поднимая глаз от книги.

— Я просила без лимона, — она закатила глаза, и он уже открыл рот, чтобы извиниться, но она швырнула в него подушку.

— Заткнись и принеси сахар, ботан.

Он улыбнулся и пошёл на кухню.