Поглощённая его Тьмой

Трейс Стерлинг

Последний раз бросив полный ярости взгляд на экран телефона, я сел за руль. На дисплее всё ещё горел пропущенный вызов от Отца. Он переходил черту.

Мой отец - тот ещё властный ублюдок, который думал, будто может приказывать мне, как мальчишке. Он велел мне делать то, что я сам уже делал и сделал бы. Думает, что я плохо справляюсь с его «бывшими» делами, что теряю хватку. Думает, что я не заслуживаю быть главой. Но его время прошло. Настал мой черёд.

С самого детства, пока он купался в деньгах, я зарабатывал сам с десяти лет. Он не давал ни копейки, считал, что я взрослый и должен добывать себе хлеб. Мне приходилось брать любую работу: сначала едва брали из-за возраста,поэтому приходилось пахать, таскать, делать грязную работу, за которую платили мало, но хоть что-то. Я шёл по стройкам, грузил ящики на рассвете, помогал в кузницах, где меня брали потому, что я был лёгок и вынослив.

Когда приходил домой, нужно было делать уроки, чего у меня зачастую просто не хватало сил. Я вставал в пять утра, чтобы успеть всё.

Каждый день начинался с тренировки, которую ставил отец. Я бился с его охранниками,а они не знали пощады. Били меня до тех пор, пока я не отключался. Отец сидел и наблюдал. Кричал, что я ничтожество и ничего не добьюсь.

Сначала я падал, но вставал. Со временем привык к ночам в подвале без еды и воды, к унижениям, к боли. К четырнадцати годам я уже умел драться не хуже нескольких взрослых. Мог за себя постоять, уложить двоих подручных, выдержать натиск. Выживал. Не плакал - это было ниже меня. Я привыкал.

Единственным человеком, кто меня действительно поддерживал, была мать. Она плакала, когда я лежал весь в крови,тайком давала мне деньги, украденные у отца,на обед в школе,пыталась с ним говорить,но всё было безысходно. Отец любил мать и она его любила.

Он готов был свернуть горы ради неё. Но если дело касалось меня, он даже не слушал.

Любил ли он меня как сына? Этот вопрос сидит в голове и никак не уходит. Наверное, я никогда не узнаю ответа. И, может быть, так лучше.

Сжав руль до побелевших костяшек, я пытался вернуть контроль над мыслями и забыть всё это. Все эти проблемы тянули меня в разные стороны, пытались сломать. Но я не сломаюсь.

Посреди всего хаоса была Эви. Эта дерзкая, нелепая, упрямая и чертовски привлекательная девчонка, которая делает со мной непонятные для меня вещи. Она была самой большой, но приятной проблемой, которая появилась в моей жизни. Мне нравится выводить её на эмоции, видеть это злое личико перед собой, которое заводит меня ещё сильнее. Самое смешное - это её действия. Она пытается избавиться от меня, постоять за себя. У неё плохо получается, хотя, действительно, я удивлён. Ударив меня промеж ног, она надеялась, что сможет от меня закрыться в своей комнате. Но даже если бы это произошло, то я бы выбил эту чёртову дверь и всё равно добрался бы до неё. Во что бы мне это ни стоило. Девчонка влипла сама. Интересно, жалеет ли она и осознает масштаб проблемы?

Выезжая на дорогу к моему загородному дому, который находился почти в самой глуши леса, я краем глаза увидел, как Эви дрожит. Не просто дрожит, а именно трясётся мелкой дрожью, и по её открытым рукам пробегают мурашки. Она, обхватив себя, пыталась согреться. Эви могла просто сказать, что замёрзла, но молчит. И вправду упертая. Пытается показать свой характер?

Сегодня на улице было довольно прохладно, а в моей машине был включён ещё кондиционер, но она даже не попросила выключить его. Её взгляд был устремлён в окно. Эви наблюдала, как здания остаются позади, а мы въезжаем в лес.

Я без слов выключил кондиционер и включил обогреватель, несмотря на то, что мне было пиздец как жарко.

Через несколько минут я увидел, что дрожь пропала, и на её щеках появился маленький румянец.

Согрелась.

Всё остальное время мы ехали в тишине. За это время я почему-то уже успел соскучиться по её высказываниям, по тому злому личику, которое она делала, когда пыталась меня задеть. Хотя тишина была приятной.

Спустя минут десять я затормозил у массивных ворот, которые сразу же распахнулись. Машина проехала по длинной подъездной дорожке, окружённой высокими тёмными деревьями.

Я заглушил двигатель и повернул голову к Эви. Её глаза были широко раскрыты и направлены на дом. Я видел в них не страх, а какое-то лёгкое удивление.

Дом на фоне сумерек выглядел мрачным и одновременно строгим. Современная архитектура с тёмным фасадом, большие панорамные окна, минималистичный, но монументальный стиль. Он был большой, красивый, сдержанно роскошный.

Она, кажется, почувствовала мой взгляд и тут же повернулась ко мне.

- Ты тут живёшь? - спросила она, в её голосе слышались нотки удивления.

- Нет, - ответил я, всё так же глядя ей в глаза. - Это мой загородный дом. Я тут редко бываю.

- Тебе он подходит.Такой же мрачный, как и ты, - буркнула она почти себе под нос.

Я хмыкнул и вышел наружу. Обойдя машину, я открыл дверь, за которой сидела Эви, и взял её на руки, прижав к себе. Она даже не сопротивлялась. Наверное, понимает, что выбора у неё нет и упрямство ничем не поможет.

Открыв дверь особняка, мы зашли внутрь. Я поставил Эви на пол, а после стал наблюдать за ней, сунув руки в карманы брюк.

Она ахнула, скорее от восторга, и стала всё рассматривать.

В доме было два этажа. На первом была кухня, лобби, прачечная, ну и ещё комнаты, в которые я не заходил и не знаю, что там находится. На втором этаже есть мой кабинет и моя комната, на всякий случай, если мне приходится здесь оставаться по вынужденным причинам, и ещё одна гостевая комната с большими панорамными окнами с видом на лес. Мне приходилось там бывать.

Сейчас мы находились в гостиной. В принципе, ничего особенного для меня тут не было: камин, полки, большой диван, телевизор и пианино.

Взгляд Эви упал на пианино, и она с любопытством спросила, поворачиваясь ко мне и ожидая ответа:

- Ты умеешь играть?

- Нет. Мама умеет, - сказал я, сделав небольшую паузу и засмотревшись на пианино. - Она, можно сказать, и следит за этим особняком.

- Понятно, - бросила она напоследок, а потом стала осматривать другие комнаты.

Я не пошёл за ней, лишь сел на диван, ожидая, когда она всё рассмотрит.

Эви скрылась из виду, я только слышал, как она босыми ногами ходит по полу.

Но вскоре она вернулась. И даже быстрее, чем я ожидал. Видимо, Эви не поднималась на второй этаж.

Лицо её было серьезным, а руки скрещены на груди. Волосы были собраны в небрежный хвост, а пряди спадали на лицо, что добавляло ей немного детский вид. Без макияжа она была ещё красивее, особенно в своей розовенькой пижаме с шортами, которая едва прикрывала её упругую задницу.

- Ну и зачем ты меня сюда привёз? Хочешь убить? - спросила она, гордо подняв подбородок. В её голосе не было страха, что было весьма интересно.

- Пока нет. Сегодня ты останешься тут, а потом - как я решу.

Больше не смотря на неё, я достал из кармана сигарету и поджёг её зажигалкой, а после затянулся дымом. Эви сморщила лицо, видимо, от запаха.

- Отвези меня обратно.

- Я же сказал, что сегодня ты останешься здесь, - теперь я смотрел на неё, на то, как она надулась, что не может ничего предпринять.

После моих слов Эви опустила руки, и я видел, как она сжала их в кулаки.

Я встал, направляясь к лестнице, чтобы показать ей комнату.

- Пойдем, - бросил через плечо я, затягиваясь сигаретой.

Эви послушно пошла за мной. Я слышал это по звуку шагов сзади и чувствовал её тяжёлый взгляд на своей спине.

Поднявшись, я открыл дверь, сначала пропуская её. Она даже не окинула меня взглядом, а, выпрямив спину, прошла внутрь, делая вид, что меня здесь нет. Я не сдержал ухмылки.

Что ж, обиженной я её ещё не видел.

Как только она прошла вглубь комнаты, я зашёл следом. Как я и говорил, в комнате были большие панорамные окна с видом на лес. Посередине стояла большая кровать, напротив неё - телевизор, а рядом стояли шкафы.

- Все необходимые вещи в шкафу. Душ там, - показал я ей рукой.

Она даже не взглянула на меня, продолжая игнорировать и делать вид, что меня здесь нет.

Хорошо, Эви, будь по-твоему.

Я вышел из комнаты, оставив её одну.

Я направился в свою комнату, которая находилась прямо напротив комнаты Эви. Приняв душ, я переоделся в обычные спортивные штаны, оставив торс голым. Уже хотел было сесть за работу, но вспомнил, что Femme fatale (роковая женщина) теперь точно захочет кушать.Я бы тоже не отказался поесть.

Поэтому, взяв компьютер с собой, я спустился на кухню.

Я решил приготовить лазанью, потому что это блюдо хоть и требует времени, но всегда получается сытным и вкусным, и его легко приготовить в больших количествах, чтобы не заморачиваться несколько дней.

Я начал готовить.Сначала нарезал лук и чеснок, обжарил фарш, добавил томаты и специи. Затем сварил соус, чередовал слои пасты, мяса и сыра.И поставил запекаться все это в духовку.

Как только оставались последние штрихи и паста была бы уже готова, я услышал приближающиеся шаги, а вскоре звук открывающейся двери.

Повернувшись, я увидел Эви в дверном проёме. На ней был чёрный шёлковый халатик, который смотрелся на ней слишком сексуально. Я уже представлял, как снял бы его, покрывая её кожу поцелуями.

- Что ты готовишь? - раздался неуверенный её голосок. Похоже, обида ненадолго отступила перед голодом, но настороженность ещё читалась в её глазах.

Я снова отвернулся к плите, чтобы не видеть её. Иначе просто сорвусь от одного её вида и воплощу все свои мысли в реальность.

- Лазанью, - сказал я, накладывая еду по тарелкам. - Садись.

Эви послушно села, а я устроился напротив неё, поставив тарелки.

Я уже собирался подносить вилку ко рту, как увидел, что Эви ковыряется в тарелке.

- Что ты делаешь? - спросил я, не понимая.

Кошечка подняла свой взгляд на меня и сухо бросила:

- Я не ем помидоры, - а потом снова устремила взгляд на тарелку, выбирая маленькие кусочки помидоров.

Я смотрел и наблюдал за этим, как она потихоньку убирает каждый кусочек в сторону. Мне было забавно наблюдать за этим процессом, особенно как она скорчила свою мордочку при одном из виде.

Она снова посмотрела на меня. Её лицо стало недовольным, а глаза сузились. Я уже был в предвкушении, что она что-то мне скажет, но этого не произошло. Эви лишь тяжело выдохнула, видимо, посчитав, что лучше обойтись без слов.

Я снова приступил к своей еде.

Вскоре моя тарелка была уже опустошена, тем временем как Femme fatale не решалась съесть ни одной вилки.

- Почему ты до сих пор не ешь?

- А если ты её отравил? - приподняв бровь, проговорила она.

- Как видишь, свою порцию я съел. Со мной всё нормально, - я нагнулся через стол и заправил Эви выбившуюся прядь волос за ухо. Она сразу смутилась. - Но если бы я хотел тебя убить, то сделал это уже давно, - откинувшись на стуле, я подмигнул ей.

Эви судорожно сглотнула, но приступила к еде.

Я говорил это специально, чтобы она боялась меня. Мне нравилось играть с её эмоциями.

Я в это время открыл компьютер и решил поработать с документами. Проверял наличие пунктов, подписывал их, некоторые просто удалял.Честно,это было сложно,когда все мои мысли были забиты сидящей передо мной девушкой.

Моя кошечка уже поела и встала со стула, помыв свою пустую тарелку.

Проследив за ней взглядом, я увидел, что она подошла к стеллажу с книгами и стала вытаскивать каждую, рассматривая. Эви рассматривала каждую книжку, смотрела на прологи, листала их.

Я отложил работу и, пока она стояла ко мне спиной, подошёл к ней.

- Хочешь взять почитать? - спросил я шёпотом, склонившись над её ухом.

Femme fatale испугалась.Она от неожиданности вздрогнула, и книжка выпала из её рук.

- Зачем так пугать? - стояла она, скрестив руки на груди, пока я нагнулся, чтобы поднять книгу.

Я усмехнулся и подал ей книжку снова в руки.

- Это «Великий Гэтсби», - произнёс я, указывая на обложку. - История о потерянной любви, несбыточной мечте и иллюзиях богатства.

- И про что там? - спросила Эви, пробегая глазами по названию.

- Про человека, который построил целый мир ради одной женщины, - ответил я, глядя ей прямо в глаза. - И про то, как этот мир рухнул.

- Спасибо, - кивнула она головой.

- Советую ещё посмотреть фильм, - проговорил я, не скрывая лёгкой издёвки, и улыбка не сползала с моего лица. Её телефон остался в квартире, так что теперь она полностью в моём распоряжении.А смотреть на телевизоре вместе со мной она точно не захочет.

Эви вздёрнула бровь, а на губах играла пренебрежительная ухмылка.

- Спасибо за совет, - проговорила она.

Мы молча смотрели друг на друга, пока Эви не произнесла:

- Я пойду.

- Моя комната, если что, напротив, - проговорил я, на всякий случай.

Эви кивнула, а после, развернувшись, ушла в комнату.

Не долго думая, я тоже взял компьютер и направился в свой кабинет, чтобы продолжить работу там.

На часах было два часа ночи. Отложив все свои незаконченные дела на завтра, я направился к себе.

Только устроившись на кровати, я услышал стук в дверь, но не придал этому значения. Спустя несколько секунд дверь отворилась, и я сразу понял, что это была Эви.

Не открывая глаз, мне стало интересна причина такого позднего визита ко мне.

Неужели соскучилась?

- Трейс, - проговорила она шёпотом, ближе подходя к кровати.

В комнате горели только настенные бра, отбрасывая мягкий, тёплый свет, который растворялся в полумраке, создавая чуть таинственную атмосферу.

Я всё так же не открывал глаз, только ожидал её дальнейших действий.

- Трейс, - сказала она дрожащим голосом. - Трейс, давай, пожалуйста, поменяемся комнатами, - потом резко замолчала, но вскоре неуверенно продолжила. - Там... там просто лес, и мне страшно. Такое ощущение, что там, в глубине леса, кто-то смотрит за мной.

Ей страшно?

Я и не мог подумать, что ей станет страшно. Поэтому уже хотел встать, чтобы поменяться, но почувствовал, как шаги стали ещё ближе, а потом кровать слегка прогнулась. Приоткрыв глаза, я увидел её.

Эви, завернувшись в свой шёлковый халатик, осторожно легла на самый край кровати, повернувшись ко мне спиной. Её тело было напряжено, но она явно пыталась сделать вид, что её здесь нет.

Ей действительно было настолько страшно, что она готова просто вот так взять и лечь со мной? Рядом. В моей постели. С мужчиной, которого она называла уродом и маньяком?
Это меняло дело.

Я понимал, что мне нужно уйти. Прямо сейчас подняться и свалить в другую комнату. Если я останусь здесь, то наутро её ждёт слишком жёсткое возвращение в реальность. Сейчас ей было страшно, поэтому она решила лечь со мной, но что будет наутро, когда она проснётся в одной постели с тем, кто, можно сказать, её сталкерид и похитил?

Лучше я оставлю её одну в моей спальне, а сам уйду.

Я медленно приподнялся на локте, чтобы не потревожить её, и уже собирался уйти, как раздался её хриплый, сонный голос:

- Трейс? - произнесла она моё имя во тьму.

Я замер, стараясь не дышать и не шевелиться.

- Останься, пожалуйста... - прижалась она щекой к подушке, крепче обнимая её.

Её волосы разметались по подушке, а выражение лица было на удивление спокойным.Таким, какого за всё время, что я её видел, ещё ни разу на нём не появлялось. Её пухлые губы были чуть-чуть приоткрыты.

Тонкий шёлковый халат слегка сполз с плеча, обнажая хрупкую ключицу и гладкую, нежную кожу, которая в полумраке комнаты казалась почти светящейся.

Чёрт. Это было выше моих сил.

Взяв одеяло, я укрыл её, чтобы она не замёрзла. А потом осторожно снова лёг на кровать, закинув одну руку под голову, и стал смотреть в потолок.

Я думал, прокручивая все события с ней снова и снова, а после повернулся к ней.

Эви спала в том же положении, что и в последний раз, когда я на неё смотрел. Только дыхание стало ровным и глубоким.

Убедившись, что она действительно погрузилась в крепкий сон, я тоже закрыл глаза и через несколько минут заснул.