пиковые брат и сестра

Настя открыла глаза. Первое, что она увидела — незнакомый потолок. Она моргнула, пытаясь понять, где находится, а потом память вернулась к ней: она в покоях Ваru. Она перевела взгляд в сторону и увидела себя лежащей на его кровати. Рядом, на маленьком диванчике в углу, спал сам Вару. Он свернулся калачиком, укрывшись тонким пледом, и выглядел почти беззащитным в своём человеческом облике. Настя улыбнулась, но затем решила, что не хочет его будить.

Она тихо поднялась, щёлкнула пальцами, и Вару мягко перелетел на кровать, даже не проснувшись. Она накрыла его пледом, который скинула с себя, и покачала головой. Затем она приняла истинную форму: чёрные крылья расправились за спиной, чёрный костюм с кожаными элементами облепил тело, а волосы удлинились до талии, переплетённые с чёрными перьями и медными бусинами. На голове появился тонкий медный обруч. Она посмотрела на своё отражение в тёмном стекле окна и тихо пробормотала:

— Скоро моя истинная форма будет на мне чаще, чем человеческая. И вообще, сука, Федя...

В этот момент из тени материализовался Джокер, и Настя вздрогнула. Джокер стоял с лёгкой улыбкой, но в его взгляде чувствовалась привычная сталь.

— Чего хотел, петрушка? — спросила Настя, не скрывая раздражения.

Джокер нахмурился, услышав «петрушка», и его улыбка стала острее.

— Во-первых, не называй меня петрушкой, — сказал он. — Во-вторых, у меня для тебя новости. Фелиция и Верона решили повторить судьбу Пика и Куромаку. Они уже почти начали войну. Ты нужна там.

Настя закатила глаза и выдохнула:

— Блять. Опять. Ну, это становится традицией.

Она расправила крылья и шагнула в портал, который открылся прямо перед ней. Через мгновение она оказалась на границе государств Феликса и Ромео.

«Фелиция» — солнечное, светлое государство, полное добра и позитива. Здесь всегда царила атмосфера радости, воздух был наполнен теплом и светом, а дома утопали в зелени и цветах. Даже облака над Фелицией казались мягче и светлее. Феликс стоял на пороге своего замка, облитого солнечными лучами, и в его глазах горела уверенность в своём добре.

«Верона» — государство любви и нежности. Всё здесь было пронизано романтикой: повсюду порхали голуби, в воздухе витал аромат цветов, а архитектура напоминала старые итальянские города, где каждый балкон был украшен живыми растениями. Ромео стоял на вершине холма, сжимая в руках цветок, а над ним кружились голуби.

Но сейчас они стояли друг напротив друга, и их разногласия были настолько серьёзными, что даже голуби разлетелись в стороны.

— Добро важнее любви! — крикнул Феликс. — Мир держится на добре, а не на чувствах!

— Без любви добро пусто! — ответил Ромео. — Только любовь может спасти мир!

— Любовь — это иллюзия! Добро — это реальность!

— Добро без любви — это просто обязанность!

— Любовь без добра — это хаос!

— Ты просто не понимаешь!

— Это ты ничего не понимаешь!

Настя шагнула между ними, и её крылья расправились за спиной. Её глаза загорелись ледяным огнём, а голос стал тихим и властным — тем самым генеральским выговором, который она переняла от Пика, но который звучал ещё жёстче.

— А ну стоять, блять! — рявкнула она так, что даже голуби замолчали. — Вы что, блять, совсем охренели?! Я уже разнимала Пика и Куромаку, и я не хочу делать это снова! Вы оба нарушили правила! Я чётко сказала — никаких войн! Никаких нападений! Никаких разборок на границах!

Она сделала шаг вперёд, и в её голосе появилась та самая сталь, которая была свойственна только пиковым.

— Добро и любовь! — рявкнула она. — Это не то, что нужно защищать мечами и луками! Это то, что нужно создавать! А вы тут устроили войну, как малолетние идиоты!

— Но он первый начал! — сказал Феликс.

— Мне плевать! — рявкнула Настя, и её глаза начали меняться. Вместо привычных чёрного и ледяного, оба её глаза стали абсолютно чёрными, как бездна, а в центре каждого загорелся алый зрачок. — Я сказала, никаких войн! Если вы ещё раз попытаетесь начать войну, я лишу вас генераторов на месяц! А если вы не поймёте, я лишу вас генераторов навсегда!

Она посмотрела на каждого из них, и её голос стал тише, но от этого только страшнее.

— Я не хочу быть вашим врагом. Но я буду им, если вы заставите меня. Вам понятно?

Феликс и Ромео стояли, глядя на неё с открытыми ртами. Её глаза пугали их до глубины души.

— Поняли, — сказали они почти хором.

— Отлично, — сказала Настя, и её глаза начали возвращаться к нормальному цвету. — А теперь разойдитесь и подумайте о том, что ваш спор не стоит разрушения мира. Добро и любовь могут сосуществовать. Но не тогда, когда вы сражаетесь друг с другом.

Она развернулась и ушла в портал, оставляя их стоять в тишине.

Настя вышла из портала на поляне собраний, тяжело дыша. Она чувствовала, как в ней просыпается что-то новое. Пиковая кровь говорила в ней громко и уверенно. Она села на край стола, и в этот момент из тени появился Джокер. Он выглядел задумчивым, что для него было редкостью.

— Ты стала похожа на военачальника, — сказал он, садясь напротив. — Пиковая кровь даёт о себе знать.

Настя усмехнулась.

— Они мужики, — ответила она. — До них только так и доходит. Иначе они не понимают.

— А твои глаза, — продолжил Джокер. — Они меняются, когда ты злишься. Это пугает даже меня.

— Я знаю, — ответила Настя. — Но это помогает. Когда они видят мои глаза, они перестают спорить.

Она встала, и её крылья расправились за спиной.

— Ладно, — сказала она. — Мне нужно лететь. У меня есть дела.

— К брату?

— Ага. Нужно, чтобы он показал мне те летающие острова. Я хочу создать своё государство. Там, где никто не будет меня доставать.

Джокер усмехнулся и исчез в тени.

Настя взлетела и направилась в Варуленд. Она влетела в покои брата и увидела, что он всё ещё спит на кровати, где она его оставила. Она подошла и легонько потрясла его за плечо.

— Вару! Вставай! — сказала она.

Он застонал и открыл глаза.

— Настя? Ты чего?

— Вставай, — повторила она. — Ты должен показать мне те летающие острова. Я хочу создать своё государство.

— Сейчас? — сонно пробормотал Вару.

— Да, сейчас. И превращайся, — приказала она, сверкнув глазами. — Так мы быстрее долетим.

Вару вздохнул, но подчинился. Он закрыл глаза, и через мгновение его тело преобразилось: вместо человека на кровати сидел Аука — с зелёными перепончатыми крыльями, витыми рогами и длинными волосами. Он потянулся и встал, расправив крылья.

— Ну, веди, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Показывай свои острова.

Они вышли на балкон, и Вару указал в небо.

— Они там, — сказал он. — Видишь те светящиеся точки?

Настя посмотрела вверх и увидела несколько светящихся пятен на фоне облаков.

— Вижу, — сказала она. — Летим.

Они взлетели и направились к островам. Вару летел рядом, его зелёные крылья мерцали в лунном свете. Через несколько минут они оказались на одном из островов. Это был огромный участок земли, который парил в воздухе, окружённый облаками. Здесь росли удивительные растения, светящиеся в темноте, и воздух был наполнен магией.

Настя приземлилась на мягкую траву, осмотрелась и довольно улыбнулась. Вару опустился рядом, обвёл взглядом территорию и присвистнул.

— Здесь действительно можно создать нечто потрясающее, — сказал он.

Настя обернулась и выхватила из воздуха карту, на которой было её изображение. Она закрыла глаза, сосредоточилась и произнесла несколько слов. Карта вспыхнула в её руках, и мир вокруг начал меняться. Когда она открыла глаза, она ахнула.

Всё вокруг изменилось. Государство было раем для магов. Здесь всё дышало магией: деревья переливались разными цветами, в воздухе парили светящиеся шары, а здания были созданы из лёгких материалов, которые казались невесомыми. Замок в центре напоминал эльфийский дворец: его низ был опутан корнями, а сам он был зелёно-белым, словно вырос из самого острова.

Вару стоял рядом, с широко раскрытыми глазами. Он смотрел на замок, затем на Настю и не мог поверить, что это создала она — всего лишь за секунду.

— Это... это невероятно, — сказал он.

— Я знаю, — ответила Настя, улыбаясь. — Теперь это моё убежище. Место, где я могу скрыться от всех этих войн и споров.

Вару обвёл взглядом территорию, затем перевёл взгляд на Настю и усмехнулся.

— Мдя, — сказал он, качая головой. — Третье государство на "в". Пиздец.

Настя фыркнула и толкнула его в плечо.

— Зато моё, — ответила она. — И здесь никто не будет меня доставать.

— Название хоть придумала? — спросил он.

— Велуния, — ответила она, глядя на замок. — Будет называться Велуния.

Вару присвистнул и одобрительно кивнул.

— Звучит... красиво. И немного зловеще. Тебе подходит.

— Идём, покажу тебе мой кабинет, — сказала Настя, уже направляясь к замку.

Они взлетели и приземлились прямо на просторный балкон, который был частью главного кабинета. Он был сделан из светлого камня и увит живыми растениями, а с него открывался вид на всё государство. Настя прошла внутрь, огляделась и довольно улыбнулась.

— Идеально, — сказала она. — Теперь осталось только создать законы.

Она подошла к столу, взяла перо и задумалась на мгновение. Вару сел в кресло, наблюдая за ней. Настя принялась быстро писать, и через две минуты перед ней лежал готовый документ. Она перечитала его, внесла пару правок и откинулась на спинку стула.

— Готово, — сказала она. — Немного переделала конституцию Куромаку и добавила законы Пика. Получилось... неплохо.

Вару подошёл и заглянул в бумаги.

— Ты это за две минуты написала? — удивился он.

— Ага, — усмехнулась она. — Я быстро работаю, когда меня никто не отвлекает.

Она отложила перо и посмотрела на брата. Усталость накрыла её с новой силой.

— Знаешь, — сказала она, — я, наверное, впервые за долгое время чувствую, что могу просто... быть.

— Тогда отдыхай, — сказал Вару. — Ты это заслужила.

Настя кивнула и, не раздумывая, опустилась прямо на пол посреди кабинета. Она легла на спину, раскинув руки в стороны, и уставилась в потолок. Вару удивлённо посмотрел на неё, но затем, усмехнувшись, лёг рядом — тоже на спину, прямо рядом с ней.

— Ты чего? — спросила она, повернув голову.

— А ты чего? — парировал он.

— Я отдыхаю.

— Тогда и я отдыхаю.

Настя фыркнула, но ничего не сказала. Они лежали на спине прямо посреди кабинета, глядя в потолок, и в этой тишине не было ничего лишнего. Только они двое и тишина. Сначала в своих истинных обличиях: ведьма-воительница с чёрными крыльями и рогатый лесной дух с зелёными перепончатыми крыльями. А затем, через минуту, они вернули человеческие ипостаси.

Это выглядело забавно. Ещё минуту назад они были могущественными существами, а теперь на полу лежали обычные девушка и парень. Настя выглядела лет на тринадцать, хотя ей уже было шестнадцать, а Вару — на четырнадцать, хотя ему было семнадцать. Они не выглядели на свой возраст. Они просто были собой — уставшими, счастливыми и свободными.

— Знаешь, — сказала Настя, не отрывая взгляда от потолка. — Я, наверное, впервые за долгое время чувствую, что могу просто быть собой. Не хранительницей, не ведьмой, не дочерью Пика. Просто Настей. Просто ребёнком.

— Я знаю, — ответил Вару. — И я рад, что ты это чувствуешь.

— Спасибо, что ты есть, — сказала она.

— Всегда пожалуйста, — ответил он.

Они лежали на полу, глядя в потолок, и в этой тишине было больше смысла, чем в любых словах. Они были здесь, вместе. В новом государстве, которое Настя создала для себя.

— У тебя всё получится, — тихо сказал Вару. — Ты знаешь?

— Знаю, — ответила Настя, закрывая глаза. — Потому что у меня есть брат, к которому можно свинтить, если все заебут.

Вару улыбнулся и тоже закрыл глаза.

— Всегда пожалуйста, — повторил он.

И они лежали в тишине, чувствуя, как этот новый мир — их мир — начинает жить своей жизнью. Где-то внизу уже слышались голоса первых магов, которых создала Настя. Но они не хотели ничего слышать. Они хотели просто быть. Хотя бы несколько минут.

А потом Настя повернулась к нему и сказала:

— Знаешь, Вару, я, наверное, впервые за долгое время не хочу никого убивать.

Он усмехнулся.

— Это прогресс.

— Да, — сказала она. — Это прогресс. Хотя, у остальных есть все шансы быть убитыми

И они снова замолчали, слушая, как за окном начинает светлеть небо. Новый день. Новое государство. Новая жизнь. И они оба знали, что это только начало данного мира и только Сатана знает сколько тут придётся править всего.