Модератор его сердца

После той встречи в «Грозе» жизнь Ники постепенно вошла в новую колею. Уютную, тёплую, с лёгким привкусом чего-то недосказанного, но оттого ещё более ценного. Они продолжали общаться почти каждый день — переписывались, обсуждали стримы, музыку, Саша скидывал ей мемы, а она жаловалась ему на древнерусские тексты. Это было легко. По-настоящему легко. Без надрыва, без ревности, без чувства, что она должна что-то доказывать.

Саша стал чаще улыбаться на стримах, иногда бросал в камеру фразы, которые явно предназначались только ей — и чат, конечно, тут же начинал догадки. Но они оба просто отшучивались. Их тайный язык, их маленький мир — он был только у них.

Но однажды вечером, когда Ника разбирала почту, она наткнулась на сообщение от незнакомого аккаунта. Ник без аватарки, созданный явно недавно.

«Привет, Ника. Ты сегодня была в библиотеке на 3-м этаже, сидела у окна, пила чай из зелёной кружки с надписью «Филолог — это звучит гордо». Забавно, что ты взяла книгу Бродского, хотя в прошлый раз говорила, что не любишь поэзию. Только для Саши ты притворяешься, да?»

У Ники похолодели руки. Она действительно была в библиотеке сегодня. И действительно пила чай из зелёной кружки. И книга Бродского — она взяла её для курсовой, хотя и правда не была поклонницей. Но откуда этот человек знает, что она говорила о поэзии Саше? Они обсуждали это в личных сообщениях. Никто не мог этого знать.

Она проверила профиль отправителя — пусто. Заблокировала. Но через час пришло новое сообщение с другого аккаунта:

Блокировать бесполезно. Я просто хочу, чтобы ты знала: я вижу тебя. Всегда. Ты красивая, когда улыбаешься его глупым шуткам. Но он не достоин тебя. Ты знаешь это, правда?

Ника не спала до утра. Она не написала Саше — вдруг это просто дурацкий розыгрыш, и она будет выглядеть параноиком? Но внутри что-то сжалось. Она стала замечать, что её тень в окне кажется ей чужой, и каждый шорох за дверью заставлял её вздрагивать.

Через два дня странные сообщения получил и Саша. Сначала ему написали в личный аккаунт с угрозой: «Если ты продолжишь играть с ней в дружбу, я расскажу всем, что ты врёшь о своих донатах». Саша списал это на хейтеров. Но затем ему пришло фото — сделанное явно с улицы, через окно его квартиры. На фото он сидел на кухне в футболке, с чашкой кофе, именно в тот вечер, когда стрим был отменён, и он никуда не выходил.

Он сразу позвонил Нике.

— Ник, у нас проблема, — голос его звучал напряжённо, стальные нотки, которых она никогда не слышала. — Кто-то следит за тобой. И за мной. Это не просто тролль.

Они созвонились и обменялись сообщениями. С каждой минутой картина становилась яснее: у них есть общий преследователь. Человек, который знает их приватные разговоры, их расписание, их привычки.

Саша предложил обратиться в полицию, но Ника сомневалась — что они скажут? «Нам пишут странные сообщения»? Это не тянет на уголовное дело.

— Я не хочу, чтобы ты рисковала, — сказал Саша. — Может, тебе пожить у подруги пару дней? Или я могу...

— Нет, — отрезала Ника. — Я не собираюсь прятаться. Я хочу понять, кто это.

На следующее утро Саша не вышел на связь. Ника написала ему в мессенджер — «прочитано», но ответа не было. Через час — звонок в пустоту. Через два — он не появился на запланированном стриме, что было абсолютно не в его стиле. Чат заполнился вопросами, модераторы писали ей, но она не знала, что ответить.

Вечером ей пришло ещё одно сообщение с незнакомого номера. Всего одно слово:

Ищи.

Ника сначала растерялась, потом запаниковала, но потом взяла себя в руки. Она не имеет права разваливаться. Нужно действовать.

Она начала с того, что проверила все устройства Саши — они были синхронизированы через общий облачный аккаунт, который он однажды дал ей для тестирования игр. Она нашла последние координаты его телефона — он был отключён в районе старого промышленного парка на окраине города.

Она не стала звонить в полицию — просто набрала такси и поехала туда.

Промпарк был пуст и мрачен, светили лишь редкие фонари. Ника бродила между заброшенными цехами, чувствуя, как холодный ветер пробирает до костей. Она почти уже отчаялась, когда заметила свежие следы шин и приоткрытую дверь одного из гаражей.

Внутри было темно. Она включила фонарик на телефоне и увидела на полу рюкзак Саши. Рядом — его телефон, разбитый, но всё ещё включённый. На экране — текст, оставленный в заметках:

Ника, если ты это читаешь — я в безопасности. Я ушёл сам. Этот человек угрожал тебе, и я не мог рисковать. Я спрячусь на несколько дней, пока не пойму, кто он. Не ищи меня. Я напишу, когда смогу. Верь мне.

Она сжала телефон в руке, и слёзы навернулись на глаза, но она их сдержала. Он ушёл, чтобы защитить её. Этот дурак. Этот бесстрашный, глупый дурак.

Ника вытерла щёку и решительно направилась к выходу. Она найдёт его. И она найдёт того, кто посмел угрожать ему.

— Держись, Саш, — прошептала она в пустоту. — Я иду к тебе.

Ника стояла в холодном, пропахшем машинным маслом и сыростью гараже, сжимая в руках разбитый телефон Саши. Свет от её фонарика вырывал из темноты неровные очертания бетонных стен, ржавые трубы и старый, покрытый пылью верстак. Рюкзак Саши лежал на полу, рядом валялась пустая бутылка воды и смятая пачка чипсов — видимо, он провёл здесь не один час.

На экране телефона горели те самые заметки. Она перечитала их снова, пытаясь уловить что-то между строк, какой-то скрытый смысл. Но текст был прямым и пугающе спокойным: «Я в безопасности. Я ушёл сам. Не ищи меня. Я напишу».

— Дурак, — прошептала она в тишину, и голос её дрогнул. — Какой же ты дурак, Ермолаев.

Она подняла рюкзак — он был лёгким, почти пустым. Значит, он взял с собой только самое необходимое. Или вообще ничего не взял, кроме того, что было при нём. Она проверила карманы — ключи от квартиры, зарядка, бумажник с деньгами и картами. Всё, кроме телефона, было на месте. Он оставил даже бумажник? Это было странно. Если он уходил добровольно, зачем оставлять деньги? Или он просто хотел, чтобы она нашла его вещи и поняла, что он не похищен?

Ника сунула рюкзак и телефон в свою сумку и вышла из гаража. Ночной воздух ударил в лицо холодом, и она поёжилась, запахивая куртку. Вокруг было пусто и тихо — только ветер гонял по асфальту сухие листья. Она оглянулась на тёмные корпуса промпарка, и ей показалось, что из окна второго этажа за ней кто-то наблюдает. Но это могла быть игра света и теней.

Она быстро пошла к выходу, на ходу вызывая такси. Внутри неё кипела смесь страха, гнева и отчаяния, но она старалась держать себя в руках. Она не имела права разваливаться. Саша сделал это, чтобы защитить её, и если она сейчас поддастся панике, то подведёт его.

Дома Ника включила все лампы в комнате, заперла дверь на два замка и села за компьютер. Она открыла их переписку в мессенджере и начала прокручивать назад — день за днём, неделя за неделей. Она искала любые странности, любые намёки на то, что кто-то мог получить доступ к их разговорам.

Её взгляд упал на сообщение, которое она получила несколько дней назад от незнакомого аккаунта. Тогда она просто заблокировала его, посчитав глупой шуткой. Но теперь всё выглядело иначе. Тот человек знал, что она была в библиотеке, знал про кружку, про Бродского. Он знал их разговоры. Это не мог быть случайный тролль.

Она скопировала ник отправителя — «Shadow_watcher_23» — и начала копать. Аккаунт был создан всего две недели назад, подписан на Сашу и на неё, но не проявлял активности в общих чатах. Ника проверила список подписчиков Саши в разных соцсетях и нашла ещё несколько похожих аккаунтов — с именами типа «Observer_99», «TinyEyes», «TheSilentOne». Все созданы примерно в одно время, у всех пустые профили, и все они были подписаны только на них двоих.

— Система, — прошептала она. — У него целая сеть аккаунтов.

Она полезла в чат модераторов, которые был скрыт от зрителей. Там, кроме неё и Саши, были ещё три человека: Данила, Макс и Алина. Они работали с ними уже давно, и Ника никогда не сомневалась в их лояльности. Но теперь она задумалась: а кому из них она рассказывала о своей личной жизни? Кто мог знать про её учёбу, про библиотеку, про Бродского?

Она быстро перечитала историю сообщений. Алина часто спрашивала о её делах, о сессии, иногда они переписывались вне работы. Но Алина была в другой стране, она жила в Екатеринбурге, и вряд ли могла следить за ней лично. Данила был заядлым гиком, который всегда был занят разработкой собственной игры, и ему было не до чужих секретов. Макс... Макс был самым тихим. Он почти не общался в общем чате, только выполнял свою работу по бану спама и всегда был вежлив. Но Ника вдруг вспомнила, что Макс однажды написал ей в личку, когда она жаловалась на тяжёлую учёбу: «Ты всегда можешь отдохнуть в библиотеке на 3-м этаже, там тихо». Она тогда удивилась, но списала на то, что он, возможно, тоже учится. Она не знала, где учится Макс, и никогда не спрашивала.

Ника открыла профиль Макса в соцсетях. Он был закрыт, но фотография профиля — старый аватар с игровым персонажем — не давала никакой информации. Она попробовала найти его по номеру телефона — он был зарегистрирован как «Максим Верещагин». Она вбила это имя в поисковик.

Первый результат был обычный: страница ВКонтакте с десятью друзьями, несколько старых постов про игры. Но второй результат привлёк её внимание — ссылка на архивный форум по безопасности, где обсуждались методы отслеживания стримеров. Там был пост от пользователя «MVeresch» с вопросом: «Как получить доступ к личным сообщениям популярного стримера, если у тебя нет доступа к его устройству?» Пост был создан два года назад, но ответы были удалены.

Ника почувствовала, как холодок пробежал по спине. Это, конечно, могло быть совпадением. Но слишком много совпадений.

Она решила проверить Макса через другой источник — чат модераторов. Она нашла его сообщения за последний месяц и заметила одну странность: он всегда был активен именно в те дни, когда она и Саша вели особенно личные переписки. Он якобы «чистил чат» в эти часы, но мог ли он читать их приватные разговоры? У него не было доступа к их аккаунтам, но если он был технически подкован...

Ника вспомнила, что однажды, когда они обсуждали обновление бота для чата, Саша скинул ей ссылку на тестовый сервер. Она не придала этому значения, но теперь поняла: если кто-то получил доступ к этому серверу, он мог перехватывать сообщения. Возможно, Саша не защитил его должным образом. Или это был кто-то из команды.

Она уже почти убедила себя, что Макс — это «крот», но в голове всплыла ещё одна мысль. А что, если это не Макс? Что, если тот, кто следит за ними, просто притворяется модератором, а на самом деле это посторонний? Но откуда тогда он знал про библиотеку и про Бродского? Эту информацию знали только она и Саша. И модераторы не были в курсе её личных планов.

Ника откинулась на спинку стула, потирая виски. Голова начинала болеть от напряжения. Она взглянула на часы — половина третьего ночи. Она не спала уже больше суток. Но сон был невозможен — в голове крутились вопросы, и каждый из них требовал ответа.

Она снова взяла телефон Саши и попыталась включить его. Экран замигал, но операционная система была повреждена. Однако ей удалось извлечь SD-карту — она была цела. Она вставила карту в свой компьютер и начала просматривать файлы. Большинство были обычными — фото, музыка, скриншоты игр. Но в папке «Documents» она нашла странный текстовый файл с названием «не удалять».

Она открыла его. Это был дневник. Саша писал туда краткие заметки, датированные последними днями:

«Вчера Ника получила сообщение от незнакомца. Я не сказал ей, но мне тоже пришло. Кто-то знает, где я живу. Фото из окна. Я проверил все камеры в подъезде — ничего. Но я заметил, что возле дома часто паркуется белый седан. Номер не видно. Я попытался отследить его по GPS, но сигнал глушится.»

«Сегодня я наткнулся на старый форум, где обсуждали, как взламывать аккаунты стримеров. Один из постов был написан человеком, который знал подробности нашего чата. Я проверил IP — он совпадает с городом, где живёт Макс. Но я не хочу верить, что это он. Мы работаем вместе два года.»

«Решил, что если кто-то придёт за мной, я исчезну сам, чтобы защитить Нику. Я не хочу, чтобы она пострадала из-за меня. Если я уйду, преследователь потеряет интерес. Я оставлю телефон в гараже, чтобы она знала, что я жив. Надеюсь, она поймёт. Я люблю её. Но я не могу сказать ей это, потому что тогда она точно не отпустит меня.»

Ника прочитала последние строки и почувствовала, как к горлу подступил ком. Он написал «я люблю её». Он никогда не говорил ей этого вслух. И теперь, когда он был неизвестно где, она поняла, что эти слова — самое важное, что он мог оставить.

Она вытерла слёзы и глубоко вздохнула. Сейчас не время плакать. Она встала, налила себе чай и села обратно за стол, решив продолжать расследование. У неё было имя — Максим Верещагин. У неё были старые IP-адреса, которые она могла попытаться сопоставить с логинами. У неё был гараж, где Саша оставил телефон. Может быть, там есть ещё какие-то следы.

Она снова открыла карту города и нашла адрес, по которому был зарегистрирован Макс. Это была квартира в спальном районе, недалеко от её дома. Близко. Очень близко.

Ника понимала, что это рискованно. Идти туда одной, ночью — глупо. Но она не могла ждать. Каждая минута могла быть на счету. Она надела тёплую куртку, сунула в карман перцовый баллончик, который всегда носила с собой, и вышла из квартиры.

На улице было холодно и ветрено. Она быстро шагала по пустынным улицам, стараясь не оглядываться, но спиной чувствовала чей-то взгляд. Она свернула в арку и остановилась, прислушиваясь. Никаких шагов. Может, показалось?

Через пятнадцать минут она стояла у подъезда панельного девятиэтажного дома. На звонке в домофоне значилась фамилия «Верещагин М.».  Какой-то современный дом, емае. Она нажала на кнопку.

Долгая тишина. Потом недовольный, сонный голос:

— Кто там?

— Макс? Это Ника. Мне нужно поговорить с тобой. Срочно.

Пауза. Слышно было, как он кашляет.

— Ника? Ты чего в три часа ночи? Саша что-то случилось?

— Именно. Открывай, пожалуйста.

Замок щёлкнул, и она вошла в подъезд. Ступеньки скрипели под ногами, когда она поднималась на пятый этаж. Дверь была приоткрыта — Макс стоял на пороге в растянутой футболке и спортивных штанах, выглядел таким же сонным и растерянным, каким она его помнила.

— Заходи, — сказал он, пропуская её внутрь. Квартира была небольшой, чистой, заставленной компьютерной техникой. На столе стоял включённый монитор с открытым чатом модераторов — он, видимо, всё ещё работал.

Ника остановилась в центре комнаты и пристально посмотрела на него.

— Макс, ты знаешь, где Саша?

Он удивлённо моргнул.

— Что? Нет, откуда? Мы же не общаемся лично, только по работе. Он пропал?

— Его нет уже почти сутки. Он оставил телефон в гараже и ушёл. Я нашла твой IP на форуме по взлому стримеров. И ты единственный, кто знал про мою библиотеку. Скажи мне правду.

Макс побледнел. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом опустил глаза и тяжело вздохнул.

— Ника... я не могу тебе всего рассказать. Но я не тот, кто за ним охотится. Я просто... я заметил, что кто-то следит за вами. Я начал своё расследование, потому что мне стало страшно за вас обоих. Я пытался предупредить Сашу, но он не слушал. Он решил, что это я.

Он подошёл к компьютеру и открыл какую-то программу с картой.

— Смотри. Я отследил белый седан, который парковался у его дома. Я знаю, кто это. Это бывший админ одного из игровых проектов, который Саша когда-то критиковал в прямом эфире. Тот парень потерял работу из-за той критики и теперь хочет отомстить. Он живёт в соседнем районе. Я как раз собирался сказать вам завтра.

Ника уставилась на экран. Там была фотография мужчины лет тридцати с холодным взглядом и адрес внизу.

— Это он. Его зовут Денис. И я боюсь, что Саша пошёл к нему сам.

Ника схватила телефон и напечатала адрес в навигатор. Чувство страха и надежды смешалось в её груди.

— Макс, если ты врёшь, я тебя уничтожу, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Если нет... спасибо. Я поехала.

Она выбежала из квартиры, оставив Макса в полном изумлении. Ветер бил в лицо, но она уже не чувствовала холода — только одно желание: найти Сашу и вытащить его из этой передряги.

А на её телефон пришло новое сообщение с незнакомого номера:

«Ты близко. Он ждёт тебя. Но будь осторожна, Ника. Ты можешь ему не понравиться.»
_____
тгк, тт - wieqxli, подписывайтесь❤️🥹