Выпускной класс. Ким против Чон.

Они упрямо шли вперёд по скользкому сеульскому асфальту. Ноябрьский ливень со всей дури хлестал по натянутой ткани зонта, а ветер то и дело заставлял парней вздрагивать. Тэхён пафосно задрал нос, упрямо удерживая ручку зонта и чувствуя, как от соседства с Чонгуком воздух между ними пи+дец как наэлектризовывается. Из-за дикой смеси их парфюмов вокруг стоял убойный аромат.

Тэхён утомлённо выдохнул, забавно надувая губы, и леденящим тоном нарушил тишину:

— Ну, Чон, хорош молчать как партизан. Рассказывай давай что-нибудь! Мы тут вообще-то на деловой встрече, а не на поминках твоей адекватности.

Чонгук от такого сурового приказа ошарашенно захлопал ресницами. Парень поудобнее перехватил свой огромный пакетище еды, робко шмыгнул носом и угарно выдал первую попавшуюся мысль:

— Ну... например... Я сегодня днём ел вкусный кимбаб.

Тэхён от такой тотальной философии макнэ на ходу намертво застыл у лужи, сокрушительно закатывая свои большие глаза-пуговки. Весь его пафос колючего вредины пулей сменился диким раздражением.

— Слышь, придурок в кожанке, ты издеваешься?! — яростно процедил Ким, прожигая соседа леденящим взглядом насквозь. — Нормальное что-то расскажи, с+ка! Мне неинтересно слушать про твой рацион!

Чонгук от такого сурового наезда Ким Тэхёна пи+дец как сильно смутился. Парень упрямо поправил воротник своей намокшей кожанки, робко опустил голову и усердно застрочил словами, усердно пытаясь исправить ситуацию:

— Ладно, ладно, не ори... Сегодня я со всей дури встал только в восемь часов утра. Естественно, пи+дец как сильно опаздывал. Но я же, бл+ть, Чон Чонгук, я просто физически не мог взять и не поесть нормально! Поэтому я пулей выскочил из дома, упрямо доедая огромный бутерброд прямо по дороге в школу... Ну и в итоге не успел на физику. Вот скажи мне, Ким, какой придурок вообще ставит физику на самый первый урок в одиннадцатом классе?! У людей же мозг в это время ещё намертво спит!

Тэхён на ходу утомлённо выдохнул, со всей силы закатил глаза и сочно, жутко коварно ухмыльнулся соседу прямо в лицо. Парень пафосно задрал нос, упрямо перехватывая ручку зонта и прожигая Демона леденящим сарказмом:

— О-о-о! Ну теперь-то всё встало на свои места! Это реально ОЧЕНЬ важная и глубокая информация, Чон Чонгук! Она мне сейчас прямо намертво в жизни поможет, спасибо большое! Я теперь хоть спать спокойно буду, зная про твой утренний бутерброд!

Чонгук от такого жёсткого тэхёнового стёба намертво застыл на месте, упрямо надувая свои каноничные кроличьи щёчки. Парень сильно смутился, поудобнее перехватывая свой огромный пакетище еды.

— Ну а что... что мне, ещё тебе рассказывать, Ким?! — жутко тихо, робко буркнул макнэ, недоумённо округляя большие глаза. — Я вообще-то усердно пытаюсь!

Тэхён утомлённо выдохнул, со всей силы закатил глаза и сочно, жутко коварно ухмыльнулся, ломая всю леденящую дистанцию. Парень нагло указал пальцем сквозь стену ливня вглубь тёмного сеульского двора.

— Ой, короче, просто пошли посидим за столиком под вон тем деревом и наконец-то пожрём нормально! У меня из-за твоего пакета уже желудок сокрушительно сводит! — наэлектризованно скомандовал Ким.

Тэхён резко развернулся на пятках и величавой походкой направился прямиком к деревянному столику под кроной старого дерева, которое упрямо защищало место от капель. Парень вальяжно опустился на скамейку, поправил воротник тёмного пальто, скрестил руки на груди и упрямо, жутко высокомерно стал ждать законной еды от Демона. На его шее тихо и жутко довольно звякнула серебряная половинка сердечка из детства.

Тэхён упрямо подпёр подбородок ладонью, лениво разглядывая, как капли ливня со всей дури разбиваются об асфальт прямо у их деревянного столика. Сырой ветер колыхнул ветви старого дерева. Парень утомлённо выдохнул, чувствуя, как его снова сокрушительно накрывает волна горького ангста, и тихо пробормотал в леденящую темноту:

— Вот всё-таки... я уж лучше бы сегодня утром реально с какого-нибудь высокого дерева со всей дури упал и разбился насовсем, Чон...

Чонгук от такой мрачной философии соседа на микросекунду замер, усердно шурша своим огромным пакетищем еды. Парень недоумённо приподнял бровь:

— А бл+ть... зачем тебе падать-то, Ким? Ты придурок?

— Да чтобы не мучиться больше в этом одиннадцатом классе, — сухо, жутко грустно отрезал Тэ, забавно надувая губы. — Хотя... нее-е, если бы я реально высоко залез и упал оттуда насмерть, моя семья бы слишком сильно огорчалась. Ахён бы истошно плакала, маму жалко. Короче, заранее их всех жалко становится, понимаешь?

Чонгук застыл на месте, упрямо сжимая в пальцах булку. В его угольно-чёрных глазах пулей промелькнуло что-то странное, леденящее, словно предохранители в его башке намертво замкнуло, выдавая автоматическую базу из самого глубокого детства. Макнэ хладнокровно, даже не успев подумать, выдал:

— Ну, ты тогда камеру с собой обязательно бери, когда лазать полезешь.

Тэхён от этих слов ошарашенно захлопал ресницами, а вся его королевская адекватность сокрушительно рухнула в лужу. Парень намертво застыл на скамейке, чувствуя, как внутри всё панически перевернулось. Его сердце забилось со всей дури, а серебряная цепочка под пальто жутко громко зазвенела от резкой дрожи в теле.

— Ч-ч-что?.. — жутко тихо, робко выдавил из себя Ким Тэхён, прожигая Чонгука своим самым ошарашенным взглядом насквозь. — Что ты сейчас, бл+ть, сказал, Чон Чонгук?!

Чонгук от такого дикого, ошарашенного взгляда Ким Тэхёна сильно испугался. Его большие глаза-пуговки панически округлились, макнэ упрямо вжал голову в плечи своей намокшей кожанки и усердно зашуршал огромным пакетищем еды, судорожно пытаясь спрятаться за булками.

— Эй, Ким... Ты что, опять плачешь, что ли?! — во весь голос перепуганно закричал Чонгук, глядя, как по бледным щекам соседа со всей дури катятся новые горькие слёзы вперемешку с каплями ливня. — Я вообще ни+уя такого не говорил! Всё, закрыли тему! Давай просто молча жрать рамен, пока он окончательно не замерз под этим деревом!

— Не-е-ет... — жутко тихо, сокрушительно надломленным голосом прошептал Тэхён. Он резко подался вперёд через деревянный столик, мёртвой хваткой цепляясь пальцами за край скамейки, пока серебряная цепочка на его шее бешено звенела от дрожи. — А ну быстро повтори то, что ты сейчас сказал, Чон Чонгук! Повтори, с+ка!

Чонгук намертво застыл на месте под леденящим, умоляющим взглядом Кима. Вся его наглая маска Демона полностью стёрлась, предохранители в башке наэлектризованно сгорели. Парень робко опустил голову вниз, поудобнее прижал к груди пакет с едой и жутко тихо, послушно выдал финальную базу:

— Ну... ну просто операторы в страшилках никогда не умирают... Те, кто снимал, всегда в самом конце выходят живыми. Я... я не знаю, откуда у меня эта фраза в башке взялась, Ким, честно...

— Я... я самый настоящий придурок... — жутко тихо, сокрушительно надломленным голосом прошептал Тэхён, и новые горькие слёзы со всей дури потекли по его бледным щекам, смешиваясь с каплями холодного дождя.

Всё его эго пулей разлетелась вдребезги. В мыслях Кима наэлектризованно вспыхнула страшная база. До парня наконец-то со всей силой дошло, КОГО именно он всё это время упрямо обзывал наглым Демоном, ненавидел с первой минуты и со всей дури швырял на кафельный пол в школьном коридоре. Это был ОН. Его единственный, потерянный лучший друг из далёкого детства.

Тэхён сокрушительно задрожал всем телом, утыкаясь лицом в ладони, и от этой резкой дрожи его тёмное пальто робко распахнулось.

Чонгук от такой тотальной драмы намертво застыл напротив, упрямо сжимая в пальцах свой огромный пакетище еды. Но вдруг парень коварно прищурился, краем глаза заметив под воротником соседа что-то жутко ярко блестящее. Сквозь леденящие ноябрьские сумерки Сеула наэлектризованно сверкнуло маленькое серебряное сердечко, висящее на тонкой цепочке.

В ту же микросекунду в башке Демона сокрушительно сгорели все предохранители. Огромная самовлюблённость макнэ пулей треснула и рассыпалась на мелкие кусочки, ломая весь его пафосный канон. Из самого глубинного подсознания наружу пулей вырвался образ маленького семилетнего Чонгука с того самого грустного детского пикника, который аккуратно надевал на Тэ цепочку и клятвенно обещал: «Но зато у меня для тебя есть подарок! Так нам обоим будет намного проще найти друг друга в будущем!»

Чонгук ошарашенно захлопал ресницами, прожигая кулон своим самым потрясённым взглядом насквозь. Руки в кожанке панически задрожали, а наглая маска Демона полностью стёрлась с его лица. Макнэ робко поднял свои огромные глаза-пуговицы на плачущего Кима, скрытно затаил дыхание и жутко тихо, послушно выдал их финальную, секретную базу:

— А... а Ахён глупая...

Чонгук больше не мог удержаться. Вся его наглая броня Демона сокрушительно разлетелась в щепки, ломая остатки школьной адекватности. Парень одним резким движением отбросил свой огромный пакетище еды на скамейку и пулей выбежал из-за деревянного столика прямиком к Тэхёну под проливной сеульский ливень.

Он со всей дури намертво обнял Кима, утыкаясь носом в его намокшее тёмное пальто. Чонгук прижал его к себе так сильно, что Тэхён от тотального шока чуть сокрушительно не задохнулся, робко ловя ртом холодный воздух. У Чонгука сейчас были очень холодные, промокшие от ноябрьского ветра, но такие до безумия знакомые и родные для Тэхёна руки. Предохранители в головах обоих парней окончательно сгорели от дикого наэлектризованного ангста.

И пока они молча, скрытно затаив дыхание, обнимались посреди бушующей ночной бури, их серебряные кулоны на шеях тоже примагнитились друг к другу. Две половинки серебряного сердечка сочно звякнули под одеждой, намертво соединяясь в одно целое спустя одиннадцать долгих лет разлуки. Капкан прошлого официально закрылся.

Чонгук упрямо уткнулся подбородком в мокрое плечо Тэхёна, сильнее сжимая пальцы на его тёмном пальто. Чувствуя, как кулоны-сердечки прижались друг к другу под тканью одежды, макнэ резко отстранился, угарно поправляя воротник своей кожанки и панически округляя глаза-пуговки.

— Я же сказал тебе: не плачь! Хватит тут сырость разводить, Ким! — во весь голос наэлектризованно прикрикнул Чонгук, упрямо надувая щёчки от смущения. — Прямо сейчас каких-нибудь мерзких жуков на улице наловим!

Тэхён от такой тотальной смены темы ошарашенно захлопал ресницами, робко шмыгая носом и сокрушительно закатывая свои большие глаза к тёмному небу. Весь его затяжной ангст пулей сменился диким ступором.

— Слышь, Чон, ты придурок?! Какие, бл+ть, жуки в середине холодного ноября под проливным ливнем?! — яростно процедил Тэ, прожигая Демона леденящим взглядом.

— Ну обычные! Ахён же тебя сегодня дома сильно достала! — упрямо задрал нос макнэ, коварно и жутко довольно ухмыляясь сквозь капли дождя.

— Да мне сейчас вообще наплевать на этих жуков и на Ахён! — панически замахал руками Ким, чувствуя, как у него жутко краснеют кончики ушей.

— Зато ты прямо сейчас рыдать со всей дури перестанешь, неженка, — хладнокровно отрезал Чонгук, сочно потирая ладони и ломая всю прошлую обиду на глазах у Тэхёна.

Они со всей дури ворвались в тёплую прихожую квартиры, тяжело дыша и оставляя на линолеуме мокрые следы от сеульского ливня. Тэхён резко скинул капюшон, его глаза наэлектризованно загорелись коварным триумфом, а серебряное сердечко на шее жутко довольно звякнуло. Парень набрал в лёгкие побольше воздуха и истошно заорал на весь дом:

— АХЁЁЁЁЁЁЁЁН!!! ТЕБЕ ОФИЦИАЛЬНО КОНЕЦ!!! СЮДА ПУЛЕЙ БЕГИ!!!

Из своей комнаты ленивой походкой утомлённо выплыла Ким Ахён, упрямо дожевывая печеньку и смерив брата своим самым саркастичным взглядом.

— Ну что... что у тебя опять стряслось? — забавно надувая щёчки, прикрикнула девчонка. — Опять телефон в одном сантиметре от...

Но договорить девятиклассница не успела. Её взгляд наткнулся на высокого, насквозь промокшего парня, который пафосно стоял рядом с Тэхёном, упрямо сжимая в руках огромный ПАКЕТИЩЕ ЕДЫ и сочно благоухая всем домашним парфюмом Сеула.

— Это... это Чонгук. Тот самый, — коварно, жутко довольно ухмыльнулся Тэхён, пафосно задирая нос.

Ахён на секунду намертво застыла на месте, ошарашенно захлопав ресницами, а затем в её башке сокрушительно сгорели все предохранители от тотального дежавю. Вся её адекватность пулей вылетела в окно, и девчонка панически замахала руками, отступая обратно к двери:

— Стоп... НЕ-НЕ-НЕ!!! БЛ+ТЬ, ТОЛЬКО НЕ ЭТО!!! НЕ НАДО!!! ВЫ ОБА САМЫЕ НАСТОЯЩИЕ Д+БИЛЫ!!! МА-А-А-АМ!!!

Тэхён угарно прыснул со смеху, толкнул соседа в плечо и недоумённо сощурился:

— Слышь, Чон, ты чего вообще застыл как вкопанный?

— А... а-а... а чё она, так поменялась в лице-то за одиннадцать лет?! — в тотальном шоке заикаясь выдал Чонгук, панически округляя свои огромные глаза под мокрой чёрной чёлкой и полностью теряя всю прошлую ауру леденящего Демона в куртке.

Тэхён угарно прыснул со смеху, упрямо потирая ладони и глядя на пустой коридор. Ким Ахён пулей умчалась к себе и со всей дури сокрушительно спряталась под тёплым одеялом.

— Ты что, реально ожидал, что она точно такая же мелкая останется? — сочно ухмыльнулся Тэ, пафосно задирая нос и вешая мокрое пальто на крючок. Серебряное сердечко на его шее жутко довольно звякнуло.

Чонгук от такого вопроса пи+дец как сильно смутился. Парень поудобнее перехватил свой огромный пакетище еды, робко опустил голову под промокшей чёрной чёлкой и жутко тихо, робко выдал:

— Да не, Ким... Я усердно думаю, что она на самом деле в лучшую сторону поменялась. Симпатичная стала.

Тэхён от таких слов соседа на ходу намертво застыл посреди прихожей, ошарашенно захлопал ресницами, а его челюсть пулей отвисла до самого линолеума. Весь его весёлый настрой пулей испарился, уступая место дикому наэлектризованному раздражению.

— Ты сейчас, бл+ть, издеваешься надо мной, Чон?! — яростно процедил Тэ, прожигая Демона своим самым леденящим взглядом насквозь и забавно надувая губы от кипящей внутри злости. — Она же самая настоящая ненормальная вредина по жизни! Психопатка мелкая! Навязалась на мою бедную голову, с+ка!

— ДА УЙДИТЕ ВЫ ОБА НА+РЕН ОТСЮДА!!! ВЫ МЕНЯ ЕЩЕ В ДЕТСТВЕ НА ТОМ ПИКНИКЕ ДО СМЕРТИ ДОСТАЛИ СВОИМИ НАСЕКОМЫМИ!!! — истошно, донёсся панический крик Ахён прямо из-под груды подушек и одеяла.

— Ну не-е-ет, мелкая! — коварно, жутко довольно ухмыльнулся Тэхён, упрямо потирая ладони и уже собираясь со всей дури ворваться к ней в комнату. — Щас ты у меня со всей силы заорешь на весь Сеул! Чон, поджигай базу, лови её!

Но Чон Чонгук от такого сурового приказа на ходу намертво застыл посреди коридора. Парень растерянно захлопал ресницами, поудобнее прижал к груди огромный шуршащий пакет со сладкими булками и жутко тихо, робко выдал:

— Слышь, Тэ... А может, реально не надо её трогать? Ну... жалко же девчонку, со страху ещё печенькой подавится.

— ПРАВИЛЬНО!!! СЛУШАЙ ЕГО, ОН УМНЫЙ!!! ЛУЧШЕ НЕ НАДО!!! — победоносно поддакнула из своего укрытия Ахён.

Тэхён от такой тотальной капитуляции Демона ошарашенно захлопал ресницами, а его челюсть пулей отвисла до самого линолеума. Парень повернул голову к Чонгуку, прожигая его своим самым леденящим взглядом насквозь и забавно надувая губы.

— Ты сейчас серьёзно, Чон?! Ты что, бл+ть, со всей дури окончательно заболел под ноябрьским дождем, что ли?! Где твой пафос?! — яростно процедил Ким, упрямо складывая руки на груди. — Мы же только что у ворот собирались устроить сокрушительный хаос!

Чонгук от такого наезда псильно смутился, и кончики его ушей под мокрой чёрной чёлкой наэлектризованно покраснели. Парень пафосно задирал нос, упрямо поправил воротник промокшей куртки и хладнокровно выдал финальную базу:

— Ой, короче... Что-то я уже перехотел весь этот балаган устраивать. Скучно. Пошли лучше отсюда прямо сейчас в твою комнату, Ким. Жратва остывает.

Тэхён уже схватился за круглую ручку двери своей комнаты, но у самого порога намертво застыл. В его мыслях пулей вспыхнул образ раскиданных по полу вещей, и парень панически округлил свои большие глаза-пуговки, упрямо преграждая Чонгуку путь своим телом.

— Погоди, Чон! Не ломись туда! — во весь голос испуганно закричал Ким, чувствуя, как у него жутко краснеют уши. — У меня там сейчас пи+дец какой бардак творится! Не смей заходить!

— Слышь, Тэхён! А почему-то раньше тебя этот бардак вообще ни+уя не волновал! — прикрикнула Ахён из другой комнаты, угарно сдавая брата с потрохами.

— ПОТОМУ ЧТО Я ТУТ ДО ЭТОГО ОДИН ВАЛЯЛСЯ!!! ЗАНИМАЙСЯ СВОИМ УЖИНОМ!!! — разъярённо заорал Ким Тэхён на весь коридор, забавно надувая губы от такой тотальной несправедливости и судорожно пытаясь ногой приоткрыть дверь, чтобы скрытно скинуть гору одежды с кровати.

Чонгук угарно прищурился, упрямо переводя взгляд на закрытую дверь Ахён, а на его лице снова проскочила сочная, жутко коварная ухмылка Демона. Парень поудобнее перехватил огромный пакетище еды и лениво протянул:

— Слышь, Ким... А она вообще в нашей же школе учится, что ли?

— А тебе, зачем знать надо?! — наэлектризованно прошипел Тэхён, прожигая соседа леденящим взглядом от новой волны закипающей внутри ревности. Серебряное сердечко на его шее жутко панически звякнуло.

— Ну просто интересно, тебе в жизни повезло каждый день её физиономию на переменах видеть или нет, — хладнокровно отмазался макнэ, упрямо задирая нос.

— В нашей она учится, Чон. И ни+уя мне не повезло, поверь на слово, — сухо отрезал Тэ, забавно надувая губы.

— Ну, зато хоть радует, что не в одном классе с тобой сидит, — сочно усмехнулся Чонгук, усердно продолжая выведывать нужную базу.

— Да она вообще ещё мелкая! В девятом «К» учится, — утомлённо выдохнул Ким, полностью ломая всю свою пафосную бдительность старшего брата.

— Девятый «К»?.. — Чонгук на микросекунду замер, а в его угольно-чёрных глазах загорелись опасные искорки. Макнэ сочно скрипнул кожаной курткой и жутко спокойно выдал главный вопрос: — Это у которых классный руководитель — Чон Хосок, что ли?

— Да, у него, — Тэхён окончательно психанул, со всей дури хватаясь за ручку двери своей комнаты и панически распахивая её настежь, полностью забивая на раскиданные по полу вещи и прошлый бардак. Парень резко схватил Демона за локоть, утягивая за собой в темноту. — Да ну её на+рен, Чон! Забудь вообще! Погнали в приставку рубиться, пока этот твой пакетище с булками намертво не остыл!

Прошло около часа. Холодный ноябрьский ливень за окном упрямо продолжал стучать по стеклу, усугубляя леденящую темноту Сеула. Вдруг тишину коридора сокрушительно разрушили дикие, наэлектризованные крики из комнаты Тэхёна.

— Да что, бл+ть, там опять за звуки дурацкие?! — утомлённо выдохнула Ким Ахён.

Девчонка ленивой походкой притопала по линолеуме прямо к закрытой двери брата и робко, жутко любопытно приоткрыла её на пару сантиметров. Посреди горы раскиданных шмоток и бардака перед светящимся экраном телевизора разворачивался настоящий угарный баттл.

— А-А-А-А-А! ДА-А-А!!! Я ВЫИГРАААААААЛ!!! НАМЕРТВО ТЕБЯ РАЗНЁС, ЧОН!!! — истошно, победоносно заорал Ким Тэхён на всю квартиру, пулей подскакивая на матрасе со всей дури и яростно размахивая беспроводным джойстиком в воздухе.

Парень пафосно задрал нос, сочно и жутко довольно ухмыляясь соседу прямо в лицо. Половинка серебряного сердечка на его шее радостно звенела от каждого движения.

— Иди ты на+уй, Ким! Ты просто коварно считерил в самом конце раунда! Это не считается! — в тотальном бешенстве выкрикнул Чон Чонгук, недоумённо округляя свои огромные глаза-пуговки под мокрой чёрной чёлкой и со всей силы швыряя свой геймпад на подушку.

Его кожаная куртка сочно скрипнула, когда макнэ обиженно надул кроличьи щёчки, упрямо отказываясь признавать своё поражение. От его прошлой леденящего мины грозного Демона вообще ни+уя не осталось. Они оба сидели посреди пустых упаковок из-под рамена и сладких булок, полностью уничтожив гигантский пакетище еды.

Ахён со всей силы закатила глаза, лениво упирая руки в бока, угарно скривилась и леденящим тоном выдала свой суровый вердикт на весь коридор:

— Ой, господи... Ну и придурки же вы оба, конечно... Два д+била — это сила.

Девчонка сокрушительно захлопнула дверь с той стороны, оставляя парней наедине с их новой, наэлектризованной школьной дружбой.