Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 26. «Теперь знает весь мир»
Прошла неделя после Эль Класико.
Победа «Барселоны» постепенно перестала быть главной новостью.
Теперь весь интернет обсуждал другое.
Каждый день появлялись новые фотографии.
Джуд Беллингем и Аделина Вельская.
То они вместе выходят после благотворительного вечера в Париже.
То сидят рядом на показе высокой моды.
То вместе смеются после закрытого мероприятия.
Никто не знал, что происходит между ними.
Но СМИ это не останавливало.
«Беллингем добивается самой красивой женщины Европы.»
«Новая пара мирового уровня?»
«Кажется, сердце Аделины Вельской снова занято.»
Ламин видел каждую статью.
Каждую фотографию.
Каждый заголовок.
И с каждым днём понимал всё яснее...
Если он снова промолчит...
Он потеряет её уже навсегда.
Несколько дней спустя мадридский «Реал» выиграл свой матч.
После финального свистка журналисты окружили Джуда.
Сначала были обычные вопросы.
Про игру.
Про гол.
Про чемпионскую гонку.
Но один из репортёров неожиданно улыбнулся.
— Джуд, последние недели ваше имя всё чаще связывают с Аделиной Вельской. Что вы можете сказать по этому поводу?
Беллингем слегка усмехнулся.
Опустил голову.
Потом посмотрел прямо в камеры.
— Аделина... потрясающая девушка.Очень красивая.Очень умная.И невероятно сильная.
Мне действительно нравится проводить с ней
время.
Журналисты сразу оживились.
— Значит, между вами что-то есть?
Джуд улыбнулся ещё шире.
— Не люблю говорить о личной жизни.Но если рядом с такой женщиной появляется мужчина...Это уже повод считать себя счастливым.
Он попрощался и ушёл.
Через несколько минут интернет буквально взорвался.
«Беллингем впервые публично подтвердил симпатию к Вельской.»
«Футболист "Реала" больше не скрывает чувств.»
«Новая звёздная пара Европы?»
Спустя три дня свой матч проводила «Барселона».
Ламин снова забил.
Отдал голевую передачу.
Был признан лучшим игроком встречи.
Как только он вышел из раздевалки, его сразу окружили журналисты.
Микрофоны.
Камеры.
Вспышки.
Обычные вопросы закончились очень быстро.
Один из испанских журналистов поднял руку.
— Ламин...Вы наверняка видели интервью Джуда Беллингема.Что вы можете сказать по этому поводу?
Вокруг стало непривычно тихо.
Даже другие журналисты перестали переговариваться.
Все ждали, что он уйдёт от ответа.
Как делал всегда.
Ламин несколько секунд молчал.
Потом неожиданно улыбнулся.
Совершенно спокойно.
— Хороший вкус у него определённо есть.
По залу прокатился лёгкий смех.
Но он не закончил.
— Только...
Он сделал небольшую паузу.
— Думаю, победитель этой истории ещё не определён.
Теперь уже никто не улыбался.
Журналисты переглянулись.
— Вы сейчас говорите про Аделину Вельскую?
Ламин впервые за долгое время даже не попытался сменить тему.
Он посмотрел прямо в объектив ближайшей камеры.
И абсолютно спокойно произнёс:
— Да.Именно про неё.
В зале повисла тишина.
Репортёры будто забыли, что нужно задавать вопросы.
— Значит... вы не скрываете, что всё ещё любите её?
Он глубоко вдохнул.
И впервые за всё это время решил перестать бояться.
Бояться камер.
Бояться заголовков.
Бояться мнения людей.
Потому что однажды именно этот страх стоил ему любви всей жизни.
— Я люблю Аделину Вельскую.
Эти слова прозвучали настолько спокойно...
Будто он говорил их самому себе.
Но услышал весь мир.
Кто-то из журналистов даже опустил микрофон.
— Вы понимаете, что сейчас ваше заявление увидят миллионы людей?
Ламин кивнул.
— Именно поэтому я это и сказал.Раньше я боялся говорить о ней вслух.Думал, что так будет лучше.Для клуба.Для карьеры.Для всех вокруг.
Он усмехнулся.
— Оказалось...Хуже всего было именно молчать.
Журналист сделал шаг вперёд.
— Но сейчас рядом с ней появляется Джуд Беллингем...Вы готовы принять, что она может выбрать другого?
Ламин опустил взгляд.
Несколько секунд молчал.
Потом снова посмотрел в камеры.
На этот раз ещё увереннее.
— Если однажды Аделина будет счастлива с другим мужчиной...Я приму её выбор.
Потому что её счастье всегда было для меня важнее собственного.
Он сделал короткую паузу.
— Но...Пока она не сказала мне, что между нами всё кончено навсегда...Я буду бороться.
Журналисты слушали, не перебивая.
— И мне всё равно, кто рядом с ней.Джуд хороший футболист.И, судя по всему, хороший человек.Но...
Он слегка улыбнулся.
— За сердце Аделины Вельской я буду бороться до самого финального свистка.
Абсолютная тишина.
Ещё один вопрос прозвучал почти шёпотом.
— Это официальное заявление?
Ламин кивнул.
— Да.Передайте ей...Что я больше никогда не позволю страху говорить вместо себя.Спасибо.
Он развернулся.
И ушёл.
Ни одного вопроса больше никто так и не успел задать.
Через пятнадцать минут все мировые спортивные и новостные издания вышли с одинаковыми заголовками.
«Ламин Ямаль публично признался в любви Аделине Вельской.»
«"Я буду бороться за её сердце до финального свистка".»
«Самое громкое признание года.»
Социальные сети буквально перестали обсуждать футбол.
Теперь все говорили только о них.
Одни писали, что уже слишком поздно.
Другие были уверены, что именно так должен был поступить настоящий мужчина.
Миллионы комментариев.
Сотни тысяч видео.
Вся Европа обсуждала только одну историю.
В это время Аделина возвращалась со съёмок.
Её менеджер Мария сидела рядом и молча листала телефон.
Через несколько минут она тихо сказала:
— По-моему... тебе стоит это посмотреть.
Она протянула телефон.
На экране уже было открыто интервью Ламина.
Аделина включила видео.
Спокойно посмотрела его от начала до конца.
Ни разу не перемотала.
Когда экран погас...
Она ещё несколько секунд продолжала смотреть в одну точку.
Мария осторожно спросила:
— Ты что-нибудь скажешь?
Аделина медленно выдохнула.
На её лице впервые за долгое время появилась едва заметная улыбка.
— Он наконец перестал бояться.
Мария посмотрела на неё.
— И что теперь?
Аделина тихо покачала головой.
— Теперь...Пусть докажет, что это не были просто красивые слова.
Комментарии