Сердце умеет ждать

Мы с Никитой уже давно не говорим о встрече.
Не потому, что не хотим. Наверное, потому что я больше не хочу навязываться.
Он несколько раз обещает, что мы обязательно увидимся. Говорит, что осталось совсем немного, нужно только разобраться с работой, университетом и бесконечными делами.
Я верю, поэтому больше не спрашиваю.

Если человек действительно хочет увидеться, он сам предложит. Правда ведь?

Но внутри всё равно жду. Каждый день, выходя после пар, я невольно осматриваюсь по сторонам. Иногда мне кажется, что однажды он просто приедет. Напишет: «Выходи.»
И я увижу его возле колледжа. Иногда даже специально не убираю телефон в карман, пока иду до общежития. Вдруг именно сейчас, вдруг именно сегодня. Но этого не происходит.

Мы переписываемся каждый день, много, очень много. Наверное, даже больше, чем некоторые люди разговаривают друг с другом вживую. Мы обсуждаем всё подряд, учёбу, работу, моих друзей, его университет. Какие-то смешные видео, как проходит день.

Перед сном обязательно желаем друг другу спокойной ночи, а утром почти всегда первым приходит сообщение от него. Но за всё это время мы так ни разу и не встречаемся.

На одной из пар мы снова переписываемся. Я почти не слушаю преподавателя. Телефон лежит под партой, а на лице сама собой появляется улыбка каждый раз, когда приходит новое сообщение.

Несколько раз я открываю клавиатуру, пишу, стираю, снова пишу. Я не хочу снова заводить разговор о встрече. Не хочу выглядеть человеком, которому это нужно больше.
Но в какой-то момент всё-таки сдаюсь.

Я:
«Ты сегодня на работу идёшь?»

Ответ приходит почти сразу.

Никита:
«Да. Но ненадолго вроде. Хз, отец что-то просил приехать»

Я ещё несколько секунд смотрю на экран, потом всё-таки пишу.

Я:
«Ну... может тогда потом прогуляемся? Хотя бы недолго»

На этот раз ответ приходит не сразу. Я вижу, как появляется надпись: «Никита печатает...»
Исчезает, снова появляется. И только потом приходит сообщение.

Никита:
«Ну... не знаю. Давай, наверное»

Я сама не замечаю, как начинаю улыбаться. Наконец-то.

Я:
«Тогда встретишь меня у общаги? Как освободишься. Я смогу выйти в любой момент)»

Никита:
«Да, я понял. Тогда жди))»

Тогда жди. Я перечитываю эти два слова несколько раз. Сегодня, наконец-то сегодня.

Я весь оставшийся день сижу как на иголках. До конца пар ещё несколько часов, но мне кажется, что время специально начинает идти медленнее. Я уже представляю, как всё будет.
Он встретит меня возле общежития, мы наконец-то увидимся. Может, просто погуляем по городу, может, зайдём куда-нибудь за кофе.
Да мне вообще всё равно. Главное — наконец увидеть его не на экране телефона.

Когда заканчиваются пары, я почти бегом иду в общежитие. У девочек сегодня ещё одна пара, поэтому в комнате никого нет. Я закрываю дверь, бросаю рюкзак на кровать и наконец остаюсь одна.
В комнате непривычно тихо. Обычно меня эта тишина немного расстраивает, но сегодня всё иначе. Сегодня мне просто некогда грустить.
Я снова беру телефон.

Я:
«Блин, надеюсь, дождь не пойдёт»

За окном серое небо. Кажется, ещё немного — и польёт. Ответ приходит почти сразу.

Никита:
«Если даже пойдёт, я дам тебе свою ветровку, и мы всё равно будем гулять»

Я улыбаюсь. Такие мелочи почему-то запоминаются сильнее всего. Наверное, потому что в этот момент мне кажется, что человеку действительно не всё равно.
Я подхожу к зеркалу, поправляю волосы, потом смеюсь сама над собой. До встречи ещё неизвестно сколько времени, а я уже начинаю собираться.
Телефон не выпускаю из рук. Кажется, если уберу его хотя бы на минуту, именно в этот момент Никита обязательно напишет.

Минут через сорок возвращаются девочки.

— О, Нюта, ты уже дома? — спрашивает Соня, снимая куртку.

— Ага.

— Отлично. Тогда пошли.

— Куда?

— На кухню.

— Зачем?

— Готовить.

Я смеюсь.

— Сонь, я вообще-то сегодня занята.

Она вопросительно смотрит на меня.

— Чем?

— Гулять пойду.

— С Никитой?

Я киваю.

— Ну так он же ещё не приехал. Успеешь.

— Соня...

— Никаких «Соня». Пошли.

Спорить с ней бесполезно. Через несколько минут мы уже стоим на общей кухне. Вера с Сашей сидят за столом, что-то обсуждают и периодически смеются.
Соня сразу начинает командовать.

— Так, ты режешь овощи.

— Почему я?

— Потому что у тебя лучше получается.

— Это неправда.

— Не спорь.

Я только закатываю глаза и беру нож.

— Всё, девочки. С сегодняшнего дня начинаем экономить—заявила Соня

— Ой, опять начинается, — смеётся Вера.

— Ничего не начинается. Хватит деньги в Маке оставлять. Будем готовить дома.

— А сэкономленные деньги куда?

— Копить.

— А потом?

— Потом... потом посмотрим.

— Пойдем в мак, — смеётся Саша.

Мы все дружно начинаем смеяться. Настроение у меня замечательное. Я режу овощи, периодически шучу вместе со всеми, но каждые несколько минут всё равно смотрю на телефон.
Никита пишет, что пока ещё на работе. Я отвечаю, что жду, потом снова убираю телефон.
Минут через десять опять беру его в руки.

Время тянется ужасно медленно. Кажется, что прошло уже часа два, на самом деле — всего пятнадцать минут.

Мы уже заканчиваем готовить. Соня перемешивает еду на сковороде и довольно осматривает результат.

— Вот видите? И вкусно, и дешево.

— Посмотрим, что ты завтра скажешь, когда опять захочешь картошку фри, — смеётся Вера.

— Не захочу.

— Захочешь.

— Не захочу!

Мы снова смеёмся. Я беру телефон, ничего.
Убираю его обратно, через минуту снова достаю. Опять ничего.

— Ты сейчас в нём дырку просмотришь, — говорит Саша.

— Да нет...

— Нет? Тогда почему каждые тридцать секунд проверяешь?

— Просто жду сообщение.

— От Никиты?

Я улыбаюсь и киваю.

— Всё, понятно, — смеётся Вера. — Наш человек сегодня с нами мысленно не находится.

— Вообще не находится, — поддакивает Соня. — Она даже лук режет счастливой.

— Потому что лук сегодня добрый.

— Конечно, добрый.

Девочки смеются, а я даже не пытаюсь оправдываться. Наверное, со стороны и правда выгляжу странно, но мне всё равно. Сегодня мы наконец увидимся.
Я представляю, как он напишет: «Выходи»
И я сразу побегу вниз, без куртки, без шапки, да вообще без разницы.

Телефон снова вибрирует. Я моментально хватаю его и сразу улыбаюсь. Никита.
Я открываю переписку....

Никита:
«Нюта, только давай не будем ругаться.»

Улыбка исчезает сама собой. Сердце будто проваливается куда-то вниз. Я несколько секунд просто смотрю на экран. Нет, нет, пожалуйста, только не это.... Я уже знаю, что будет дальше. Ещё не читаю следующее сообщение, но уже знаю.
Медленно печатаю:

Я:
«Ну говори уже»

Пока жду ответа, внутри появляется какое-то неприятное чувство. Будто всё, что я представляю себе с самого утра, сейчас рассыплется. Телефон снова вибрирует.

Никита:
«Я уезжаю в другой город. В командировку. Отец открывает новый объект»

Я перечитываю сообщение, потом ещё раз, будто от этого текст изменится. Не изменяется.
Я несколько секунд вообще ничего не отвечаю.
Потом всё-таки пишу.

Я:
«Ты шутишь? Навсегда?»

Ответ приходит почти сразу.

Никита:
«Я бы не стал так шутить»

Я чувствую, как внутри всё резко становится пустым. Весь день я думаю только об этой встрече. Отказываю девочкам, жду его. Представляю, как мы гуляем, даже радуюсь дождю. И всё опять заканчивается, даже не начавшись.
Я несколько секунд смотрю на экран, потом всё-таки пишу.

Я:
«Это издевательство какое-то. Мне надоело уже»

Ответ приходит почти сразу.

Никита:
«Нют, я просил не ругаться со мной. Зачем ты психуешь?»

Я чувствую, как внутри наконец что-то ломается. До этого момента я ещё пытаюсь понять его. Ещё пытаюсь быть спокойной.
Но после этих слов меня будто прорывает. Я быстро начинаю печатать. Пальцы дрожат.

Я:
«Я психую??? Никита, я ещё понимаю летом. Хорошо, я была не в городе, ты был не в городе. Хотя вообще ты на машине. Если бы хотел — приехал бы. Полтора часа ехать, это первое.»

Я останавливаюсь. Потом продолжаю.

«Второе. Ты за целый месяц, за весь сентябрь, не соизволил выделить мне даже часа своего времени. Хотя со своими друзьями ты видишься, на тренировки ходишь, на работу тоже. Ты даже в университет успеваешь заглянуть. А я?»

Я смотрю на последнее предложение. И всё-таки дописываю.

«А я пошла нахуй, похоже.»

Нажимаю «Отправить». Сразу, не перечитывая.
Телефон замолкает. Несколько секунд ничего не происходит.
Я вижу только:
«Никита печатает...»
Потом надпись исчезает, снова появляется.

И только потом приходит длинное сообщение.

Никита:
«Зачем ты так со мной? Почему ты так говоришь? Я не виноват. Это обстоятельства. Ты прекрасно всё знаешь. Всё знаешь и всё равно ругаешься. Я не могу перечить отцу, уж извини. У меня с ним и так отношения плохие.»

Я читаю его, ещё раз. И понимаю, что мне даже нечего ответить. Потому что... я ему верю.
Я правда верю, что у него проблемы с отцом.
Верю, что он не может отказаться. Верю, что ему тоже тяжело. Но мне от этого не легче.

Я печатаю всего одно слово.

«Понятно»

Ответ приходит почти мгновенно.

Никита:
«Ну что тебе понятно? Ты так говоришь, как будто я не хочу с тобой увидеться. А я очень хочу. Мне самому хуёво от всего этого. Но я ничего не могу сейчас сделать. Ну почему ты обижаешься?»

Я закрываю глаза. Мне кажется, что если я сейчас продолжу этот разговор, мы опять будем спорить до ночи.

Я:
«Я не хочу сейчас с тобой разговаривать. Пока»

На этот раз он отвечает заметно жёстче.

Никита:
«Прекрати. Что ты ведёшь себя как маленькая? У меня работа. Мне как-то нужно обеспечивать себя. Ты знаешь мою ситуацию в семье. Я уезжаю не больше чем на месяц. Пожалуйста, хватит. Это время быстро пролетит.»

Не больше чем на месяц. Я читаю эту фразу несколько раз. Для него — всего месяц. А для меня... Я уже месяц жду хотя бы одной встречи. И теперь должна ждать ещё.
Я снова открываю клавиатуру.

Я:
«Я весь сентябрь ждала. Ты знаешь, какого это?»

Ответ приходит почти сразу.

Никита:
«И я ждал. Ждал, когда смогу тебя увидеть. Обнять.
Мне знаешь ли не в кайф, ты постоянно гуляешь со своими "друзьями", а я с девочками не отшиваюсь)))
Ну зачем эти скандалы»

Я долго смотрю на экран. А потом просто блокирую телефон. Больше ничего писать не хочу. Не потому, что нечего сказать.Наоборот.
Сказать хочется слишком много, но я понимаю, что сейчас это уже ничего не изменит.

Я кладу телефон рядом с собой. И только сейчас замечаю, что всё это время девочки молчат.
Соня осторожно касается моей руки.

— Нют...

Я поднимаю на неё глаза. И в этот момент просто не выдерживаю, слёзы сами начинают течь по щекам.

— Он опять отменил? — тихо спрашивает Вера.

Я молча киваю.
Никто больше ничего не говорит, Соня просто обнимает меня. Саша садится рядом. На кухне становится непривычно тихо.
Телефон снова вибрирует, я даже не смотрю.
Потом ещё раз и ещё. Я знаю, что это Никита.
Но сейчас у меня просто нет сил продолжать этот разговор.
Телефон снова вибрирует, потом ещё раз и ещё.
Я всё-таки переворачиваю его.

Никита:
«Нют..»

Через минуту приходит ещё одно сообщение.

«Прости меня, пожалуйста»

Я долго смотрю на экран, потом отвечаю.

Я:
«Ладно»

Почти сразу появляется: «Никита печатает...»

Никита:
«Не обижайся»

Я:
«Хорошо»

Никита:
«Ты же обиделась»

Я:
«Нет»

Мы оба понимаем, что я вру. Он тоже понимает. Но почему-то продолжает делать вид, что ещё может меня разговорить.

Никита:
«Ну не молчи...»

Я ничего не отвечаю. Минут через пять приходит новое сообщение.

Никита:
«Я правда очень хотел тебя сегодня увидеть»

Я читаю. Закрываю чат, открываю снова.
И всё равно отвечаю только:

Я:
«Понятно»

Раньше наши переписки никогда такими не были. Мы могли часами обсуждать любую ерунду. Пересылать друг другу смешные видео.
Спорить, смеяться. Иногда просто писать друг другу, что скучаем. А сейчас...
Каждое моё сообщение состоит максимум из одного слова. И, кажется, это начинает злить Никиту ещё сильнее. Телефон снова вибрирует.

Никита:
«Ну что ты отвечаешь как чужая

Я ничего не пишу. Через несколько минут.

Никита:
«Нют»
«Ответь нормально»

Я тяжело вздыхаю.

Я:
«А что ты хочешь, чтобы я сказала?»

Он отвечает почти сразу.

Никита:
«Не знаю»
«Хоть что-нибудь»
«Только не вот это всё»

Я смотрю на экран. И понимаю, что сил действительно больше нет. Не на ссору, не на выяснение отношений, не на разговор.
Я как будто за один вечер выговариваю всё, что коплю в себе последние несколько месяцев. И внутри остаётся только пустота.

Я:
«Я устала»

Ответ приходит почти мгновенно.

Никита:
«Не от меня же...»

Я несколько секунд думаю. Потом пишу.

Я:
«Не от тебя»
«От ожидания»

После этого сообщения он долго ничего не отвечает. Наверное, впервые за весь вечер. Я уже думаю, что разговор закончился. Но через несколько минут экран снова загорается.

Никита:
«Прости»
«Правда»
«Я знаю, что тебе тяжело»
«Просто поверь мне ещё немного»
«Я вернусь, и мы обязательно увидимся»

Я читаю это сообщение несколько раз. И понимаю одну очень неприятную вещь. Я снова ему верю. Несмотря ни на что. Несмотря на сегодняшний вечер, несмотря на отменённую встречу, несмотря на слёзы. Я всё равно верю каждому его слову. И именно поэтому мне так больно. Я блокирую телефон.

Соня молча ставит передо мной тарелку.

— Поешь хоть немного.

Я отрицательно качаю головой.

— Не хочу.

— С утра же почти ничего не ела.

— Всё равно не хочу.

Соня садится рядом.

— Он ещё пишет?

Я молча показываю ей экран. Она быстро пробегает глазами по последним сообщениям.
Потом возвращает телефон мне. И только тихо говорит:

— Ты же всё равно его простишь...

Я ничего не отвечаю. Потому что знаю — она права.

В этот вечер мы так и не садимся ужинать. Точнее, девочки едят, а я просто ковыряюсь вилкой в тарелке. Есть совсем не хочется.
Соня больше не пытается меня уговорить, наверное, понимает, что сейчас бесполезно.

Мы возвращаемся в комнату. Обычно вечером здесь шумно, как всегда в нашей комнате собрались все наши девочки. Сегодня я почти ничего этого не замечаю.
Ложусь на кровать, беру телефон. Открываю нашу переписку. Перечитываю последние сообщения, потом начинаю листать выше. Туда, где мы смеёмся, где обсуждаем какую-то ерунду, где он пишет, что скучает, где обещает, что мы обязательно увидимся. Я перечитываю их снова и снова. Будто от этого встреча всё-таки случится.

Телефон снова вибрирует. Я даже не открываю сообщение. Просто блокирую экран.
Мне кажется, если сегодня я прочитаю ещё хоть одно его «прости», легче всё равно не станет.
Я кладу телефон рядом с подушкой, закрываю глаза.

И впервые за долгое время думаю не о том, когда мы наконец увидимся. А о том...
Увидимся ли вообще.