Больше, чем просто пациент

Перед началом концерта за кулисами царила привычная суматоха: техники, стилисты, крики менеджеров. Но в небольшом закутке, за рядами стоек с костюмами, мир на несколько секунд замер.
Чонин, уже полностью готовый к выходу, в сценическом наряде, который делал его невероятно статным, прижал Лиён к стене. Он не стал тратить время на слова — просто сократил расстояние между ними и поцеловал её. В этом поцелуе было всё: и его волнение перед выступлением, и обещание вернуться к ней, и та негласная связь, которая была только их.
— Жди меня, — прошептал он, отстраняясь ровно настолько, чтобы коснуться её лба своим.
Когда началось его сольное выступление, Лиён стояла у края сцены вместе с остальными участниками. У неё едва не отвалилась челюсть. Чонин на сцене превращался в другого человека — дерзкого, уверенного, до безумия «горячего». Его движения были отточенными, взгляд — прожигающим, а голос звучал так низко и чувственно, что зал буквально взрывался. Лиён смотрела на него, не в силах оторвать глаз, чувствуя, как внутри всё переворачивается от гордости и того факта, что этот невероятный мужчина принадлежит ей.
Как только занавес опустился и Чонин, вытирая лицо полотенцем, ушел за сцену, он первым делом начал искать её глазами. Увидев Лиён, он забыл об усталости и других участниках. Он подошел к ней, притянул за талию и, не заботясь о том, кто смотрит, коротко, но страстно поцеловал её в губы, выдохнув:
— Я видел, как ты смотрела на меня.
После общего «семейного» обнимания группы, когда адреналин немного спал, Чонин увлёк Лиён в их гримерку. Он выглядел таинственным, постоянно что-то поправляя в кармане брюк.
— У меня есть кое-что для тебя, — сказал он, доставая небольшую бархатную коробочку.
Лиён открыла её и ахнула: внутри лежали изящные сережки Damiani. Их блеск казался почти ослепительным в полумраке гримерки.
— Йени... они потрясающие, — она подняла на него восхищенный взгляд. — Но это же... это слишком. Они такие дорогие, к тому же бренд...
Чонин мягко перебил её, забрав коробочку из её рук, чтобы достать одну сережку.
— Увидел их и сразу подумал про тебя. Думаю, на тебе они будут смотреться потрясающе.
Он аккуратно заправил её волосы за ухо и помог надеть украшение.
— И даже не думай спорить, — добавил он с той самой лисьей ухмылкой, когда увидел её попытку возразить из-за бренда. — Чаги, расслабься. К тому же, я амбассадор, — он подмигнул ей, — так что я знаю, о чем говорю. Они как будто были созданы для тебя, а не для рекламных кампаний.
Лиён коснулась сережки пальцами, чувствуя себя самой счастливой. Чонин смотрел на неё с такой любовью, что никакие украшения мира не могли бы сравниться с блеском его глаз.