Больше, чем просто пациент

После того случая с Феликсом в кабинете, Чонин и Лиён стали еще осторожнее, но их чувства только окрепли. Теперь они искали способы быть вместе не только в стенах компании, но и за их пределами. Вечером того же дня, когда рабочая суматоха наконец улеглась, Чонин дождался, пока Лиён закончит все процедуры. Они договорились встретиться в небольшом парке недалеко от общежития, где их точно никто не побеспокоил бы.
Лиён пришла уставшая, кутаясь в пальто, но стоило ей увидеть Чонина, который стоял у фонаря, спрятав нос в высокий воротник куртки, как усталость испарилась. Он тут же подбежал к ней, взял за руки и, не обращая внимания на редких прохожих, притянул её к себе. Их поцелуй был пропитан прохладным ночным воздухом и тем самым сладким ощущением свободы, которое бывает только когда делишь с кем-то сокровенное.
— Ты замёрзла, — прошептал он, едва оторвавшись от её губ. Его голос звучал с такой неподдельной заботой, что сердце Лиён растаяло.
Забота, согревающая изнутри
Они неспешно дошли до ближайшей круглосуточной кофейни. Чонин попросил её подождать у входа, а вернулся через пару минут, сияя своей самой яркой «лисьей» улыбкой. В руках у него был стаканчик с горячим какао — именно таким, какое она любила больше всего: с густой пенкой и ноткой корицы.
— Вот, держи, — он заботливо помог ей согреть ладони о горячий стаканчик.
Они вернулись к небольшой скамейке в глубине парка. Чонин тут же достал из рюкзака мягкий, пушистый плед, который он прихватил из дома, предусмотрительно зная, что Лиён будет легко одета. Он аккуратно укутал её, подоткнув края, чтобы ни капли тепла не ушло наружу.
Лиён сделала глоток какао и, уютно устроившись под пледом, прильнула к его плечу. Чонин обнял её одной рукой, а другой бережно поправил выбившуюся прядь волос.
— Тебе так лучше? — спросил он, заглядывая ей в глаза.
Лиён кивнула, чувствуя себя самой защищенной девушкой в мире. Чонин улыбнулся, и в этом жесте было столько нежности, что он не смог удержаться — он медленно наклонился и нежно, почти невесомо поцеловал её в лоб, задерживаясь губами на её коже на пару секунд.
— Спасибо тебе, Йени, — прошептала она, глядя на звезды. — За то, что ты такой... настоящий.
Чонин лишь крепче прижал её к себе, подражая тому, как она заботилась о нем в медкабинете. Теперь они поменялись ролями, и эта игра в «заботу» стала их самым любимым ритуалом, который делал их ближе с каждым днём.
Ночь в парке плавно перетекла в тихое утро в общежитии. Чонин уговорил Лиён остаться у него, зная, что утром у неё выходной, а ему предстоит долгий день репетиций. Они заснули, едва добравшись до кровати, накрепко переплетясь руками и ногами, словно боясь, что если отпустят друг друга, магия момента рассеется.Лиён проснулась первой. Свет пробивался сквозь плотные шторы, оставляя на одеяле золотистые блики. Она осторожно высвободила одну руку, чтобы не разбудить Чонина, и замерла, опираясь на локоть.
Чонин спал глубоко и безмятежно. Его лицо, обычно сосредоточенное или игривое, сейчас казалось невероятно мягким. Лиён не могла отвести глаз — для неё он был самым красивым человеком на свете. Она медленно проводила взглядом по линии его скул, по чуть приоткрытым губам, по непослушным прядям волос, разметавшимся на подушке.
— Йени... ты такой красивый, — едва слышно прошептала она, не сдержавшись.
Чонин в этот момент не открыл глаз, но его губы дрогнули в узнаваемой сонной улыбке. Это выглядело настолько мило и искренне, что Лиён почувствовала, как сердце пропустило удар.
— Всё, убил... — тихо рассмеялась она, прикрывая лицо ладонью, чтобы скрыть смущение от того, что её поймали на «тайном любовании». — Ну как можно быть таким невозможным даже во сне?
Чонин, почувствовав её движение, лениво открыл один глаз. Его взгляд был затуманен сном, но в нём сразу вспыхнула нежность, стоило ему увидеть Лиён. Он не стал ничего говорить, лишь протянул руку и, ухватив её за край пижамы, резким, но очень бережным движением потянул обратно под одеяло.
Лиён ахнула и в следующую секунду оказалась в плену его крепких объятий. Чонин уткнулся носом в её шею, глубоко вдыхая её запах.
— Ты подглядывала, — пробормотал он сонной, хриплой «утренней» интонацией, от которой у Лиён побежали мурашки. — И я слышал, что ты говорила.
— Ну и что? Это правда, — она попыталась отстраниться, чтобы посмотреть ему в глаза, но он прижал её ещё сильнее, не давая ни единого шанса на побег.
— Скажи это еще раз, — он приоткрыл глаза и посмотрел на неё с той самой «лисьей» хитринкой, которая означала, что сегодня он не отпустит её до самого вечера, если будет возможность.
Лиён, краснея, зарылась пальцами в его волосы.
— Ты красивый, Йени. Самый красивый.
Чонин довольно прикрыл глаза, чувствуя себя абсолютно счастливым в этот тихий утренний час. В этот момент не существовало ни расписаний, ни камер, ни фанатов. Были только они двое, запутавшиеся в одеялах и в своих чувствах, которые с каждым днём становились всё глубже.
Он притянул её ещё ближе, чувствуя, как она расслабляется в его руках, и прошептал прямо ей в губы:
— Не уходи. Останься здесь. Сегодня весь мир может подождать.