Татарин || Турбо

После того как Змей, Цыган и Дым ушли, я вернулась на кухню и погрузилась в свои мысли.

«Ведь правда... пора личную жизнь как-то начинать. Дым прав, мне уже двадцать шесть, но у меня ещё одна группировка, и это...»

Мысли оборвались. Я не хотела понимать, что это Универсам. Но обещание...

Я посмотрела на улицу, где играли дети. Кто-то возвращался со школы, парочки миленько шли своей дорогой. Я отвернулась. Снова это чувство... Чувство отвращения ко всему. Я ненавижу свою ебучую жизнь. Она не должна быть такой.

У меня начиналась истерика. Эмоции, которые около восьми лет были под запретом, вышли наружу. Со стола улетели вещи, пара кружек разбилась вдребезги.

Стало легче?
Нет.

Мне было насрать, что творилось у меня на кухне. Я взяла сигареты и отошла в коридор, ближе к выходу из гостиной. Вдохнув дым от табака, я почувствовала, как мысли начали потихоньку уходить.

Но было это недолго. После двух сигарет у меня начали трястись руки. Эмоции опять взяли верх, и всё, что попадалось под руки, летело куда попало.

— СУКА, ПОЧЕМУ, БЛЯТЬ, ИМЕННО У МЕНЯ ТАКАЯ ХУЙНЯ ПРОИСХОДИТ?! ГДЕ Я, ЕБАНЫЙ РОТ, ПРОВИНИЛАСЬ?! — Мне никто не ответил.
Зеркало, что висело в проходе, разбилось вдребезги после моего удара. Стекла посыпались на пол, и несколько осколков впились в руку. Мне уже было похуй, что кровь стекала по руке. Я была слишком подавлена.

В голове, как на заезженной пластинке, снова и снова звучали слова Дыма:

«Сань, тебе уже вроде двадцать шесть. Ты всё-таки девушка. Может, пора уже хоть о личной жизни подумать?»

— Личная жизнь... А что это такое? — я осела на пол рядом с разбитым зеркалом и уставилась в стену. — Ведь, по сути, у меня её не было никогда. — Я снова сказала это куда-то в пустоту. — Школьные годы... Такие чистые были... — я снова замолчала и провела по лицу рукой, которая была в крови. — Я была... живой. — Я сжала руки в кулаки.

— СУКА, Я БЫЛА СЧАСТЛИВОЙ!

Вновь началась истерика. Я не понимала почему. Что случилось с моей стеной, которую я строила все эти годы?

Ответа я не знала.

А слёзы всё текли из моих глаз. Было непривычно показывать их, но мне уже было похуй. Просидев там не знаю сколько времени, я решила пойти умыться.

Зайдя в ванную комнату, я ахуела от своего вида.
Лицо опухло от слёз, глаза красные, по щекам видны следы моей истерики. Размазанная кровь была по всему лицу — я и забыла, что поранилась. Волосы были небрежно уложены, если вообще можно было назвать это укладкой. Вся одежда была в крови. По одной руке были видны следы крови, которая стекала непонятно куда, а вместе с ней там застряли несколько осколков.

— Это пиздец, — единственное, что я смогла сказать, смотря на своё отражение.

Решив не мучиться, я просто залезла в душ в одежде.
Я была опустошена как морально, так и физически.
Слишком больно осознавать, во что превратилась твоя сказочная жизнь. А именно в тотальный пиздец.

Я сидела и просто смотрела в одну точку. Вода лилась из душа, в основном холодная, как и моя жизнь. Я понимала, что вряд ли смогу кого-то полюбить.

Хотя... Турбо.

Марат говорил, что нам надо поговорить. Но даже если у нас что-то и выйдет, то, узнав всю правду, Турбо вряд ли сможет меня понять. А если и сможет, я просто сломаю ему жизнь.

— Жить с убийцей... — я усмехнулась. — Это же бред... — Я знаю, что он тоже не идеальный, но его поступки по сравнению с моими грехами — просто детский лепет.

Я вспоминала всё. От момента, когда получила первую пятёрку, до сегодняшнего разговора с парнями.

«Парни...»

— Куда я их, блять, втянула... — я провела рукой по лицу. — Что ты творишь, Татарин... — я откинула голову чуть назад и подняла её вверх. — Нет. Турбо нельзя быть со мной. Ему нужна послушная девочка, которая будет ждать и слушаться его, а не та, которая портит жизнь всем людям, которые ей дороги.

И вправду, я всем порчу жизнь.
Отец погиб, защищая меня. Мать умерла из-за того, что меня посадили. Плюс погиб её муж. Дым, Цыган и Змей, да и, в принципе, весь Хади Такташ, теперь соучастники убийства. И не одного.
А Марат...

— Что я наделала... — Меня будто из-под льда вытащили. — Ему же только пятнадцать... Чем я думала, когда втягивала его? Он же ещё совсем ребёнок... — Меня снова взяли эмоции, и я вновь разрыдалась.

Не знаю сколько я еще там сидела, но через время я все же выключила воду и сняла всю мокрую одежду, выкинув её куда подальше. Обмоталась полотенцем и пошла к себе.

Сев на кровать и придерживая полотенце, я осматривала комнату, будто впервые здесь находилась.

— А ведь раньше я так мечтала о счастливом будущем...

Я открыла шкаф, где было всего пару тёмных вещей. Ведь раньше я любила яркие цвета. А сейчас, смотря на них, я вспоминала ту Сашу. Да, именно Сашу, у которой была семья... Я просто не могла взять их даже в руки.

Поэтому, надев чёрную футболку и синие джинсы, я пошла на кухню. Ну, или, точнее, на то, что от неё осталось.

Как и ожидалось, она была в хлам. Я не обращала внимания на весь погром, подошла к холодильнику и взяла бутылку крепкого вина.

— Дожились. Теперь ещё и алкашкой стану. Хотя мне терять нечего.

Взяв бутылку и открыв её, я пошла с ней и сигаретами к себе. Закрыв шторы, я села на пол около кровати и стала просто пить. Я хотела просто не чувствовать этой боли. Мне было похуй на руки, которые были в крови от стекла и ударов по разным местам. На свой внешний вид было абсолютно поебать.

Мне лишь хотелось, чтобы эта боль ушла...

Я не знаю, сколько просидела так. Может, час, хотя это вряд ли. У меня затекла спина и ноги от одного положения, но мне было приятно чувствовать физическую боль. Руки жёстко щипали от ран.

Было в какой-то степени хорошо. Со стороны можно было бы подумать, что я сумасшедшая.
А может, это правда.

Я жила одной мыслью восемь лет, а то и больше. Я убила около десяти человек. Что творилось в тюрьме, я вообще молчу. Сколько людей я там покалечила — и не сосчитать.

«Я, по-моему, психически больная».

Усмехнувшись своим мыслям, я выпила пару глотков вина. Вслед за ним пошли сигареты.

Сколько я их выкурила?
Вообще не ебу. Да и было как-то похуй.

Я понимала, что уже ночь, ведь людей на улице не было слышно. Хотя улица давно стала тихой, а я всё сидела в своей комнате и пыталась найти смысл своего существования...

Тем временем в Универсаме.

После новостей о найденных трупах Кощей собрал общий сбор. Хотя, если честно, необходимости особо не было. Все и так уже слышали радио и прекрасно понимали, что произошло. Но Кощей хотел, чтобы все находились в одном месте и ещё раз спокойно обсудили ситуацию.

Парни собрались в привычном месте. Вова стоял у стены, Турбо сидел чуть в стороне, Зима устроился на краю дивана. Марат тоже был здесь. Кощей несколько секунд молчал, оглядывая всех.

— Ну что, пацаны. Думаю, все уже слышали, что сегодня по радио передавали.

— Ага, — коротко ответил Вова.

— Тела пяти человек из Разъезда нашли. Менты пока молчат, кто это сделал. Говорят только про разборки между группировками.

— Ну, это и так было понятно, — пробормотал Зима.

Кощей кивнул.

— Понятно-то понятно. Только теперь вопрос: кто их положил?

В комнате стало тише. Все прекрасно понимали, к чему он ведёт. Кощей посмотрел на Марата.

— Марат. — Тот поднял голову.

— Что?

— Ты ведь был с ними вчера? — Марат немного напрягся.

— Был.

— Рассказывай.

— А что рассказывать?

— Всё, что знаешь.

— Я уже говорил. Когда я там был, они были живы.

Вова нахмурился.

— А потом?

— Потом Саня меня забрала.

— И ты больше никого не видел?

— Нет.

— А куда они потом делись?

Марат на секунду замолчал.

— Не знаю.

Кощей внимательно посмотрел на него.

— Ты точно ничего не знаешь?

— Точно.

Он говорил спокойно, но внутри всё сжималось.
Марат прекрасно знал, что произошло. Знал, где они были. Знал, кто стоял перед ним тогда и что случилось потом. Но он не мог сказать. Не потому, что не боялся Кощея. Он просто не хотел подставлять Саню. Поэтому Марат лгал. Лгал во благо.

Вова ещё несколько секунд смотрел на него, будто пытался понять, говорит ли тот правду.

— Ладно, — наконец сказал Кощей. — Больше вопросов нет.

Марат заметно выдохнул. На некоторое время в комнате снова повисла тишина. Все переглядывались, пытаясь понять, что делать дальше.

Первым заговорил Зима:

— А может, нам к Хадишевским сходить?

Кощей повернул голову.

— Нахера?

— Ну а что мы тут сидим и гадаем? — Зима пожал плечами. — Разъезд уже кто-то грохнул. Значит, кому-то это было нужно. А с кем был их вчерашний замес?

Вова посмотрел на него.

— Хади Такташ.

— Вот именно. — Зима продолжил — Может, они знают что-нибудь. Или хотя бы скажут, что у них с Разъездом произошло. Заодно и посмотрим, что они вообще думают по этому поводу.

Кощей задумался. Идея ему явно понравилась.

— А ведь хорошая мысль.

Вова кивнул.

— Согласен.

Кощей посмотрел на остальных.

— Тогда так и сделаем. Позвоним им, договоримся о встрече и поговорим по человечески.

— Думаю, это лучше, чем сидеть здесь и хуи пинать, — добавил Адидас.

Турбо всё это время молчал. Он сидел чуть в стороне, опустив взгляд, и слушал разговор. Для него самого было непривычно, что он почти не вмешивался. Обычно он быстро высказывался, если считал что-то важным. Но сейчас он просто анализировал каждое слово.
Особенно одно имя.

Саня.

Он слишком часто ловил себя на мысли о ней. Слишком часто вспоминал её голос, взгляд, то, как она держалась со всеми. Эта девушка каким-то образом слишком быстро забралась ему под кожу.
И ему самому это не нравилось. Потому что он прекрасно понимал: с ней всё будет непросто.

Турбо хотел увидеть её снова. Хотел поговорить.
Хотел понять, что у неё в голове. Но не знал, как это сделать.

И сейчас, когда Кощей предложил пойти к Хади Такташ, внутри у него впервые за последнее время появилась мысль, что, возможно, это шанс.
Хотя он прекрасно понимал, что встреча будет совсем не ради Сани.

Кощей поднялся.

— Ладно. Тогда звоню.

Он подошёл к телефону, взял трубку и набрал номер. Несколько гудков. Все невольно притихли.
Наконец на другом конце послышался голос:

— Да.

Кощей выпрямился.

— Кто говорит?

— А тебе какая разница?

Кощей усмехнулся.

— Кощей, Универсам. С кем имею честь?

На другом конце повисла короткая пауза.
Потом ответили:

— Дым. Хади Такташ.

Кощей переглянулся с Вовой.

— Чё хотите? — спросил Дым.

— С автором побеседовать.

Дым немного помолчал.

— Можете приходить.

— Хорошо. Через час будем.

— Договорились.

На том конце повесили трубку. Кощей положил телефон на место.

— Через час идём.

— Кто? — спросил Вова.

— Я, ты, Зима, Турбо и Марат.

Марат поднял глаза.

— Я?

Кощей посмотрел на него.

— Ты ты, не мы же вчера с ними разъезд пинали.

Марат кивнул.

— Хорошо.

Все остальные тоже кивнули. Только внутри у Марата неприятно сжалось.

Ему было стыдно.

Он понимал, что они идут прямо туда, где находятся люди, которые были причастны к этому, и он их знал и они его тоже. И всё же он молчал. Потому что иначе не мог. Через час они должны были идти к Хади Такташ. А Марат уже чувствовал, что эта встреча ничем хорошим не закончится.

Тем временем у Хади Такташ.

После разговора с Саней они пошли к себе на базу в хорошем настроении, совершенно не думая о том, что через несколько минут у их автора начнётся настоящая истерика.

Вернувшись на базу, каждый занялся своими делами. Хоть и были слова не находится вместе, все же их было немного. Кто-то сидел в комнате, кто-то курил во дворе, кто-то просто разговаривал. Кроме Дыма, Цыгана и Змея, находились ещё несколько человек, в том числе Скорлупа.
Дым сидел за столом, курил и разговаривал с Цыганом.

— Всё-таки странно всё это, — сказал Цыган.

— Что именно?

— Да вся эта история с Разъездом.

Змей, сидевший неподалёку, усмехнулся.

— А что странного? Нужный человек их грохнул.

— Я не про это.

— А про что?

— Про то, что город теперь на ушах.

Дым кивнул.

— Это да.

— Менты будут искать.

— Пусть ищут.

Змей затянулся сигаретой.

— Главное, чтобы до нас не добрались.

— Не доберутся, — спокойно ответил Дым.

Они продолжили разговаривать, когда спустя примерно час в комнате раздался звонок телефона.
Дым поднял трубку.

— Да.

Несколько секунд он слушал. Потом его брови слегка поднялись.

— Хорошо.

Он повесил трубку. Цыган сразу посмотрел на него.

— Кто звонил?

Дым спокойно ответил:

— Универсам.

Цыган присвистнул.

— Ух ебать... Это те, откуда Марат?

— Они.

— Бля, видимо, чё-то этот мелкий растрындел.

Тут в разговор вмешался Змей:

— Да тут уже вся Казань знает, что грохнули автора Разъезда.

Цыган кивнул.

— Ну, тут ты прав.

Змей посмотрел на Дыма.

— А чё хотел этот Универсам?

— Поговорить.

Змей округлил глаза.

— Нихуя себе заявочка.

Цыган усмехнулся.

— И чё, как мы без Татарина будем? Или её позвать?

Дым сразу покачал головой.

— Не надо Саню.

— Почему?

— Ей сейчас светиться лишний раз не стоит. Сами справимся. Если что — позвать всегда можно.

Цыган задумался и кивнул.

— Логично.

Змей тоже согласился.

— Да. Нечего её сюда сейчас тащить.

Дым поставил трубку на место и посмотрел на остальных.

— Значит, ждём.

Цыган откинулся на спинку стула.

— Интересно, что им от нас понадобилось.

— Скоро узнаем, — ответил Дым.

Змей усмехнулся.

— Главное, чтобы не пришли с предъявами.

— Тогда и поговорим, — спокойно сказал Дым.

Несколько минут все молчали. Каждый занимался своим делом, но теперь все время от времени поглядывали на часы. Они знали, что примерно через час должен прийти Универсам. И никто из них ещё не представлял, что вместе с ними придёт Марат.

А пока Хади гадает для чего Универсам идет сюда, их автор бьется в истерике, которую не пожелаешь никому. И что встреча двух группировок может изменить гораздо больше, чем они сейчас думали...

Спасибо большое за 4000 просмотров!
Извиняюсь, что долго не было глав.
Ставим Звездочки!
Тт: tyyrkina
Тгк: Tyrkina