Татарин || Турбо

Тем временем, у Адидаса

После того как мелкий около семи часов вечера отпросился погулять, Вова особо никак на это не отреагировал.

Марат был уже не маленький. Пятнадцать лет — не пять. Район знал, пацанов знал, поэтому Вова был уверен, что к ночи младший всё равно вернётся.

Когда уже почти в час ночи они разошлись с Кощеем и остальными из Универсама, Адидас спокойно направился домой.

Он открыл дверь, зашёл в квартиру и первым делом посмотрел в комнату. Пусто. Кровать Марата была нетронута. Вова нахмурился.

— Марат? — Тишина. Он посмотрел на часы. Почти час.

— Блять...

Но паниковать Вова пока не собирался. Мало ли где мелкий загулял. Может, у кого-нибудь из пацанов остался. Может, просто засиделись где-нибудь.

Вова снял куртку и бросил её на стул. Перед сном он всё-таки решил узнать хоть что-нибудь. Утром можно будет спросить у пацанов.

Пальто с Маратом постоянно вместе крутился. Если кто и мог знать, где мелкий, так это он. Вова лёг спать, решив, что утром Марат наверняка объявится.

Утром Марата дома всё ещё не было.

Вот теперь Вова начал нервничать. К десяти он уже пришёл в качалку. Сборы у них были назначены на одиннадцать. Первым он увидел Кощея. Тот стоял возле окна и курил.

— Ты чего такой зашуганный, Вов? — спросил Кощей, заметив его лицо.

Вова подошёл ближе.

— Да мелкий вчера ушёл гулять.

— Ну?

— До сих пор не пришёл.

Кощей нахмурился.

— В смысле?

— Вечером отпустил. Думал, к ночи вернётся. Пришёл домой почти в час — его нет.

— Может, у кого-нибудь остался?

— Может. — Вова тяжело вздохнул. — Но домой он точно не возвращался.

Кощей немного подумал.

— На сборы придёт.

Вова кивнул.

— Я тоже так подумал.

Но спокойнее от этого ему не стало. Через несколько минут в качалку зашли Турбо, Зима и ещё несколько ребят из Универсама.

— Здорово, пацаны, — бросил Зима.

Все начали здороваться. Рукопожатия, хлопки по плечам, короткие разговоры. Через некоторое время остальные разошлись по своим делам. До сборов оставалось ещё время. В комнате остались Вова, Кощей, Турбо и Зима.
Турбо посмотрел на Вову.

— Чё такие задумчивые?

— Да история там, — ответил Вова.

— Какая?

— С Маратом. Думаю, сегодня разрулим.

Турбо кивнул.

— Разрулим.

Почти сразу после этого дверь качалки открылась.

Вошли трое ребят Разъезда. Все трое выглядели так, будто ночью побывали в серьёзной драке. Один был с перебинтованной головой. У второго под глазом наливался огромный синяк. Третий хромал.
В качалке сразу стало тихо.

Вова переглянулся с Кощеем.

— Чё за херня? — тихо произнёс тот.

Ребята Разъезда прошли в небольшую комнату, где сидели старшие.
Один из Разъезда посмотрел на них.

— А когда вы с Хади Такташ сотрудничать начали?

Турбо нахмурился.

— Че? Вы кто такие вообще?

Кощей сделал шаг вперёд.

— А вы нормально разговаривать умеете?

— А че?

— Хуй через плечо. Припёрлись сюда и сразу предъявы кидаете. Пусть автор придёт и поговорит. Ну или кто-нибудь из старших.

Один из Разъезда усмехнулся.

— Нету больше наших старших.

В комнате повисла тишина. Зима нахмурился.

— В смысле?

— В прямом. — Парень посмотрел на них. — Наш автор тоже пропал.

Вова сразу насторожился.

— Что значит пропал?

— После вчерашнего замеса его никто не видел.

— А старших? — спросил Кощей.

— Тоже.

Турбо нахмурился.

— Они вместе были?

— Да.

Вова молча слушал. Теперь всё становилось ещё непонятнее.
Разъезд продолжил:

— Вчера ваш Адидас младший завёл наших ребят.

— Куда? — спросил Турбо.

— Сначала он был один. А потом оказалось, что там нас ждала вся группировка Хади Такташ. — Он показал на свои бинты. — И вот чем всё закончилось.

Кощей нахмурился.

— А мы тут при чём?

— Ваш младший был первым.

Вова резко ответил:

— Мы сами его со вчерашнего вечера не видели.

Ребята Разъезда переглянулись.

— Адидас?

— Да.

— Тогда вам тем более надо узнать, где он.

Вова стиснул зубы.

— Если бы знали, где он, уже давно нашли бы.

Зима вмешался:

— А вы у Хади сначала спросите. По вашим словам, наш был один, а потом на вас вся группировка вышла.

— До них дойдём. — Парень немного помолчал. — Но сначала хотели понять, что вообще происходит.

Кощей покачал головой.

— Короче, пацаны. Мы вроде с вами не ругались. И с Такташем у нас никаких дел сейчас нет. Что наш младший там делал — сами не знаем.

— Поэтому и пришли.

— Так а при чём здесь наши старшие? — спросил Вова.

— При том, что после всего этого наши пропали. — Он посмотрел на Вову. — Наш автор и наши старшие.

Вова медленно кивнул.

— Понял.

— Как всё разъяснится — если будет наша вина, загладим. — Парень сделал паузу. — А если нет — тогда будем решать по-другому.

Кощей протянул руку.

— Договор.

Они пожали руки.

Ребята Разъезда развернулись и вышли. В качалке повисла тяжёлая тишина. Вова сел в кресло и потёр переносицу.

— Боже... — Кощей рухнул на диван напротив и закурил. — Куда этот Марат влез, блять?

Турбо задумчиво посмотрел на него.

— Получается, вчера была стычка Такташа с Разъездом.

— Похоже на то, — ответил Кощей.

Вова снова посмотрел на дверь.

— А Марат где?

Никто не ответил. Он тяжело выдохнул.

— Где его,сука, носит?

— Вов, спокойно, — сказал Кощей. — Сейчас не время всё крушить и метать.

— А что мне делать?

— Ждать.

— Чего ждать? Пока он сам придёт?

Кощей посмотрел на него.

— Может, придёт.

Вова сжал кулаки. Он уже не был так уверен.
Зима снова появился в дверях. Кощей посмотрел на него.

— Передай Скорлупе и всем остальным: сборы переносятся.

— На когда?

— Пока не знаю. Дело важное.

Зима кивнул.

— Понял.

Он ушёл. В комнате остались Вова, Кощей и Турбо.
Вова сидел молча, глядя в пол. Марат не пришёл домой. Теперь выяснилось, что у Разъезда пропали автор и старшие. А всё это каким-то образом началось с Марата. Вова медленно поднял голову.

— Если этот Марат сегодня не объявится, — тихо сказал он, — отошью к чертям.

Кощей ничего не ответил. Потому что понимал: теперь это уже не обычная прогулка. Марат действительно влип.

После нашего разговора я всё-таки заставила Марата нормально сесть и обработала ему все раны.

Ссадины, разбитые костяшки, синяк под глазом — ничего критичного, но выглядел он так, будто всю ночь не дрался, а пытался лично проверить на прочность каждый кирпич в городе. Марат, конечно, старался делать вид, что всё нормально.

— Не щиплет? — спросила я, когда приложила вату к рассечённой коже.

— Нет.

— Врёшь.

— Немного.

Я покачала головой.

— Терпи.

Он сжал зубы, но ничего не сказал. Боль есть боль. Как бы он ни пытался строить из себя взрослого, организм всё равно напоминал, что вчерашняя ночь была далеко не прогулкой. Когда закончила, я убрала всё обратно в аптечку.

— Всё.

Марат посмотрел на свои руки.

— Спасибо.

— Не за что.

Он зевнул. Я посмотрела на часы. Ночь уже давно перевалила за середину.

— Иди спать.

Я расстелила ему диван, принесла подушку и одеяло.

— Тут спишь.

— Окей.

— Я если что в комнате.

— Спасибо.

Он лёг, а я ещё несколько минут стояла возле окна, глядя на тёмный двор.

Слишком много всего произошло за один вечер. Я не стала больше ничего говорить. Просто ушла к себе.

Проснулась я примерно в девять часов утра. Первое ощущение было такое, будто по мне проехался грузовик. Я лежала неподвижно, глядя в потолок, и несколько секунд вообще не понимала, зачем нужно вставать.

Потом вспомнила вчерашнюю ночь.

Марат.
Разговор.
Драка.
Разъезд.
Трупы.
Универсам.
И всё остальное.

Я тяжело выдохнула. В душе было какое-то странное ощущение пустоты. Но вместе с ним — и гордость.

За своих. За то, что они смогли убрать последствия вчерашней драки.

Хотя я даже не хотела особо углубляться в это. Сегодня была другая задача. Объясниться. И увидеть своих.

Я поднялась с кровати, умылась и прошла на кухню.
Марат ещё спал. Я поставила чайник, достала сигарету и подошла к окну. Закурила.

На улице уже начиналась обычная жизнь. Кто-то куда-то шёл, машины проезжали по дороге, люди спешили по своим делам. А у меня в голове всё ещё был вчерашний вечер.

Минут через семь я услышала, как в коридоре скрипнула дверь.

Марат встал. Прошёл в ванную. Через несколько минут появился на кухне и сел рядом.

Я повернулась к нему.

— Ну как ты, герой?

Он потёр лицо.

— Херово.

Я усмехнулась.

— Всю ночь думал, как брат отреагирует?

— Ага. — Он тяжело вздохнул. — Если Универсам по районам не шляется, значит, всё не настолько плохо.

Я на секунду задумалась.

— Смотри... Если Универсам действительно не вышел на район, значит, ситуация не критична.

Марат кивнул.

— Вот и я о том же.

Я докурила сигарету и потушила её.

— Чай или кофе?

— Наверное, чай.

— Хорошо.

Я поставила перед ним кружку. Себе сделала крепкий кофе. Пока вода закипала, решила приготовить ему что-нибудь поесть. Сама утром есть вообще не хотела. Но Марат должен был поесть. Я разбила яйца на сковороду, быстро приготовила яичницу и поставила тарелку перед ним.

— Держи.

Марат посмотрел на тарелку.

— А ты?

— Я не завтракаю.

— Почему?

— Не привыкла. — Я сделала глоток кофе. — Приятного аппетита. Только не подавись.

Он посмотрел на меня.

— Спасибо. Очень добрая ты с утра.

— А ты чего ожидал?

Он усмехнулся и начал есть. Я молча наблюдала за ним, периодически отпивая кофе. Через несколько минут тарелка опустела.

— Спасибо, Сань.

Я просто кивнула.

— Так понимаю, идём сейчас?

— Куда?

— К вашим. У вас во сколько сборы?

Марат задумался.

— В одиннадцать.

Я посмотрела на часы. Начало десятого.

— Тогда потихоньку собираемся.

Он кивнул. Я ушла в комнату.

Открыла шкаф и достала серый спортивный костюм.
Переоделась, волосы собрала в невысокий хвост. Под глазами были заметные следы недосыпа, поэтому я быстро прошлась тональным кремом и немного подкрасила ресницы.

Посмотрела на себя в зеркало. Выглядела я, конечно, убито.

— Прекрасно, — пробормотала себе под нос.

Через несколько минут вышла обратно. Марат уже был собран. И всё ещё в своей вчерашней одежде. На ней остались пятна крови и грязи. Я посмотрела на него сверху вниз.

— Теперь вдвойне придётся объясняться.

Он нервно усмехнулся.

— Чувствую, жопа нам.

— Мне кажется, это даже не обсуждается. — Я взяла куртку. — Пошли.

На улице было прохладно. Мы шли рядом, но оба молчали. Каждый понимал, куда идёт. И каждый по-своему нервничал.

Я тоже не знала, как буду всё объяснять. Я слишком хорошо представляла реакцию Вовы.

— Давай сначала на базу к моим, — сказала я. — Думаю, всё равно кто-нибудь там должен быть.

Марат кивнул.

— Я там никогда не был.

Я усмехнулась.

— Ну, всё когда-то бывает впервые.

Через некоторое время мы дошли до базы. Я открыла дверь. И практически сразу увидела знакомые лица.

Цыган.
Дым.
Змей.
Моя любимая троица.

— О, какие люди, — протянул Цыган.

Он уже собирался что-то сказать, но я его перебила

— Цыган, вот с утра мозги не делай.

Змей усмехнулся .

— Доброе утро.

— Оно добрым станет, когда ты объяснишь, что вчера произошло, — ответил Цыган, намекая на меня.

Я покачала головой.

— Потом.

Мы с Маратом подошли к старшим. Поздоровались, как положено. Я посмотрела на Дыма.

— Много наших в больнице?

Он вздохнул.

— Меньше десяти.

Я кивнула.

— В основном кто?

— Помладше пострадали.

Я помрачнела.

— А Разъезд?

Змей ответил:

— Разъезду сильно досталось.

— Убрали?

— Да.

— Думаем, никто не спалился.

Я кивнула.

— Хорошо. — Несколько секунд подумала. — Ладно. Передайте всем, что сегодня у всех выходной.

Цыган удивлённо посмотрел на меня.

— А завтра?

— А завтра я сама не знаю, что будет. — Я пожала плечами. — Когда будет сбор — сообщу.

— Понял.

Я уже собиралась уходить, но остановилась.

— Всё, чао, ребят. Может, ещё загляну.

— Давай, — ответил Дым.

Мы с Маратом вышли.

До района Универсама мы дошли почти молча.
С каждым шагом я всё больше понимала, что дальше будет сложнее.

Хади Такташ — это одно.
А Универсам — совсем другое.

Там был Вова. Кощей. Остальные.

И мне предстояло объяснить, почему их младший оказался рядом со мной и что вообще произошло вчера.

Я ещё не успела ничего сказать, как навстречу показались трое. Мы сразу поняли, кто это.

Разъезд.

Даже издалека было видно, что ночью им пришлось несладко. Один шёл с перебинтованной рукой, второй заметно хромал, у третьего лицо было покрыто синяками.
Марат посмотрел на меня.

— Сань...

— Что?

— Это разъездовские?

Я кивнула.

— Похоже.

— Они меня знают?

— Думаю, теперь знают.

Я заметила впереди небольшой магазин.

— Пошли.

— Куда?

— В магазин.

Мы быстро зашли внутрь. Я сделала вид, что рассматриваю прилавок. Через несколько секунд мимо прошли трое старших Разъезда.
Я дождалась, пока они скроются из виду.

— Всё. Пошли.

Марат кивнул. Мы снова вышли на улицу.

До качалки оставалось совсем немного. Но чем ближе мы подходили, тем сильнее я чувствовала напряжение.

И тут навстречу вышел Пальто. Увидев Марата, он сразу усмехнулся.

— Вот и потеряшка нашёлся.

— Здорово, — Марат пожал ему руку.

Пальто внимательно посмотрел на него.

— Переживаешь?

Марат честно ответил:

— Честно? Да.

Пальто хмыкнул.

— Представляю.

Потом он посмотрел на меня.

— Здравствуй.

— Здорово.

Мы пожали руки. Я посмотрела на Марата.

— Пошли говорить.

Он тяжело вздохнул.

— Пошли.

Мы подошли к качалке. Я остановилась перед дверью. Марат посмотрел на меня.

— Готов?

— Нет.

— Я тоже.

Я открыла дверь. И перед нами предстала прекрасная картина. Вова сидел в кресле. По его лицу было невозможно понять, что именно он сейчас чувствовал — злость, тревогу, усталость или всё сразу. Рядом сидел Кощей, такой же хмурый.

Турбо стоял возле груши и молча набивал её, будто пытался выбить из неё всю злость за последние сутки. Зима курил в стороне. Несколько человек разговаривали между собой. Но стоило нам войти, как постепенно все начали оборачиваться.

Один.
Второй.
Третий.

И вскоре вся качалка смотрела на нас. Я замерла буквально на секунду. Не потому что испугалась. Просто я отвыкла от таких взглядов. Марат тихо выдохнул рядом.

— Пошли.

Я посмотрела на него.

— Пошли.

Мы сделали несколько шагов вперёд. И только тогда Вова поднял голову. Его взгляд сначала остановился на Марате. Потом медленно перешёл на меня. Я почувствовала, как в помещении становится ещё тише. Вот теперь разговор точно будет непростым.

— Все на выход, — коротко сказал Кощей.

Никто не стал спорить. Один за другим ребята начали выходить из качалки. Кто-то ещё переглядывался, кто-то бросал на Марата заинтересованный взгляд, но никто не задавал вопросов. Через несколько минут в помещении остались только:

Кощей.
Вова.
Зима.
Турбо.
И я с Маратом.

Все четверо парней стояли напротив нас, явно ожидая объяснений.

В основном — от Марата.

Я это сразу заметила. Медленно провела взглядом по комнате и на несколько секунд задержалась на Турбо.

Чуть дольше, чем следовало. Турбо тоже посмотрел на меня. И на мгновение всё вокруг будто исчезло.
Просто взгляд. Короткий. Но какой-то слишком знакомый.

Будто между нами действительно проскочила маленькая искра, которую оба заметили, но ни один не собирался показывать.

Я первой отвела взгляд. Турбо тоже отвернулся.

— Ну что? — наконец произнёс Вова. — Марат молчал. — Я тебя спрашиваю, — голос Вовы стал жёстче. — Какого хера ты вчера вообще исчез?

Марат сглотнул.

— Я...

— Где ты был?

— Был занят.

— До часа ночи?

Марат опустил взгляд.

— Да.

— И даже предупредить никого не додумался?

— Вов..

— Что «Вов»? — Вова сделал шаг вперёд. — Ты вообще понимаешь, что я себе место не находил с ночи? — Марат молчал. — Причём здесь Разъезд? — продолжил Вова. — Причём здесь Хади Такташ? Какого хера ты вообще вчера туда полез?

— Я не...

Марат не успел договорить. Вова резко ударил его по лицу. Раздался глухой хлопок. Марат пошатнулся.
Из носа сразу пошла кровь. Я даже не вздрогнула.
Я прекрасно понимала, что подобное могло произойти. Но хуже всего было другое. Марат действительно был виноват далеко не во всём.

— Адидас... — сказала я.

Вова резко повернулся ко мне.

— Не лезь.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— А ты меня не затыкай. Я знаю, что Марат провинился. — Говорила я спокойно..Пока. — Но здесь чисто моя вина.

Вова нахмурился.

— В смысле?

— Если хочешь кому-то прописать — пропиши мне. Ему и так вчера досталось.

Кощей тут же вмешался:

— Сань, вот ты не лезь.

Я медленно повернула голову к нему.

— А я и не лезу.

— Это мужские дела. — продолжил он.

На секунду я замерла. Эту фразу я уже слышала её вчера. От человека из Разъезда.

«Не лезь. Это мужские дела».

Пальцы медленно сжались в кулаки. Костяшки побелели. Я сделала глубокий вдох.

— Я в этих мужских делах уже лет десять торчу.

Голос прозвучал совершенно иначе. Холодно. Твёрдо. И непривычно для всех присутствующих.

Кощей нахмурился. Зима переглянулся с Турбо.
Турбо перестал бить грушу. Но Зима всё же первым нарушил молчание.

— Сань, при всём уважении, — спокойно начал он, — ты правда не лезь.

— А еще что?

— Это чисто универсамовские дела.

Турбо тоже посмотрел на меня.

— Сань... — В его голосе уже не было привычной лёгкости. — Марат наш пацан. — Он сделал паузу. — Может, в тюрьме у тебя был авторитет. Но здесь это другое. Здесь свои порядки.

Я медленно подняла на него глаза. Ничего не ответила сразу. Просто смотрела. На всех.

На Вову, на Кощея, на Зиму, на Турбо.
Внутри уже начинало закипать.

«Сука. Неужели они действительно не понимают?
Неужели до сих пор не сложили два и два?»

Марат всё это время стоял немного впереди меня, всё ещё держась рукой за нос.

Я посмотрела на него. Потом положила ладонь ему на плечо и аккуратно отвела чуть назад. Марат удивлённо посмотрел на меня, но спорить не стал.

Теперь я стояла перед ним. А за моей спиной — Марат.

Все четверо универсамовских смотрели на меня уже с заметным удивлением. Я медленно подняла подбородок.

— Я так понимаю, вы уже знаете?

Кощей нахмурился.

— Знаем что?

— О вчерашней ночи.

Вова посмотрел на меня.

— Что ты хочешь этим сказать?

Я усмехнулась.

— Хочу спросить, что вы знаете?

Несколько секунд никто не отвечал. Первым заговорил Кощей:

— Ты тоже знаешь?

— Смотря что?

— Знаем, что Марат вчера помог Хади Такташ положить Разъезд.

Я краем глаза посмотрела на Марата. Он выглядел так, будто сам впервые слышал эту версию. В его глазах читалось настоящее непонимание. Он всё ещё прижимал руку к носу и явно не знал, что говорить.

Кощей продолжил:

— Ещё знаем, что у Разъезда пропал автор.

Зима добавил:

— И несколько старших. Причём они пропали во время той самой заварухи.

Я слушала молча. Марат выглядел совершенно потерянным. Он вроде хотел что-то объяснить, но не знал, с чего начать.

А я уже всё поняла. Вся картина передо мной сложилась окончательно. На губах появилась едва заметная усмешка.

— Хорошо, — тихо сказала я. — Все посмотрели на меня. — В принципе, вся суть понятна.

Кощей нахмурился.

— Какая ещё суть?

Я оглядела всех по очереди.

— И вы до сих пор не сложили два плюс два?

В помещении повисла тишина. Турбо первым не выдержал.

— Ты можешь, блять, нормально сказать или нет?

Зима сразу положил руку ему на плечо.

— Турбо.

Будто заранее понимал, что ещё секунда — и тот сорвётся. Я посмотрела на Турбо. И неожиданно усмехнулась. Спокойно, почти насмешливо.

— Да.

Я чуть повернула голову в сторону Марата.

— Марат помог Хади Такташ. — Потом снова посмотрела на Турбо. — И что? — Никто не ответил. Я сделала шаг вперёд. — Вы что-то против Хади Такташ имеете?

На этой прекрасной ноте мы закончим главу.
Ставим Звездочки!
Тт: tyyrkina
Тгк: Tyrkina