Татарин || Турбо

После разговора с Цыганом я ни с кем больше не попрощалась.

Просто вышла.

Ночной воздух оказался неожиданно холодным. Район уже почти спал. Лишь изредка где-то лаяли собаки, а редкие фонари бросали на асфальт длинные жёлтые полосы света.

Дом.

Когда-то это слово значило для меня многое. Теперь — просто место, где остались вещи.

Я медленно поднялась по лестнице и остановилась перед дверью квартиры.

Запасной ключ всегда был под ковром, перед входом.

Странно...

Будто восемь лет и не прошло. Замок поддался не сразу. Дверь тихо скрипнула.

Внутри стояла непривычная тишина.

— Мам?..

Ответа не было. Я прошла дальше. Всё осталось почти таким же. Старый шкаф. Кухонный стол. Фотография на стене...

Только воздуха живого здесь больше не чувствовалось.

Я медленно открыла дверь в комнату матери.

Пусто.

На кровати лежало аккуратно сложенное покрывало. На спинке стула всё ещё висел старый халат. Будто его сняли вчера. Но слой пыли говорил совсем о другом. Я подошла ближе. На комоде стояли духи. Засохший цветок в вазе. Книги. Ничего не было тронуто. Я провела пальцем по поверхности.

Пыль. Много пыли. Слишком много. Будто здесь никто не жил уже очень давно. В груди неприятно сжалось.

— Что за...

Я быстро обошла квартиру. Никаких признаков жизни. Ни свежей одежды, ни продуктов, ни записки. Ничего.

Только ощущение, что время здесь остановилось несколько лет назад.

Я медленно выдохнула.

«Нет...»

Этого не может быть. Если кто и знает, что произошло, то только в городской больнице.

Я быстро умылась холодной водой, накинула куртку и снова вышла на улицу.

Часы на руке показывали почти два часа ночи.

Город уже спал. Но мне было всё равно. Я должна была узнать, где мама.

Я уверенно пошла по улице, пока впереди не показалась знакомая фигура.

Парень шёл, засунув руки в карманы. Услышав шаги, он поднял голову. Несколько секунд просто смотрел. Потом узнал.

— Саня?

Я остановилась.

— Турбо.

Он подошёл ближе.

— Ты чего одна в такое время?

— Гуляю.

Он усмехнулся.

— В два часа ночи?

— А есть закон, который запрещает?

— Нет.

Он покачал головой.

— Просто спросил.

Я пожала плечами.

— А я ответила.

Несколько секунд мы молчали. Потом он снова заговорил:

— Куда идёшь?

Я спокойно посмотрела на него.

— По-твоему, я обязана перед тобой отчитываться?

Он поднял ладони.

— Полегче. Я не со зла.Просто интересуюсь.

Я ничего не ответила и пошла дальше.Через несколько секунд услышала шаги рядом. Он догнал меня.

— Можно хотя бы рядом пройтись?

Я мельком посмотрела на него.

— Ноги твои. Ходи где хочешь.

Он тихо рассмеялся.

— Уже лучше.

— Не обольщайся.

Мы ещё какое-то время шли молча. Тишина почему-то не давила.

Наоборот. Она казалась спокойной. Турбо первым нарушил её:

— Ты вообще всегда такая?

— Какая?

— Колючая.

Я хмыкнула.

— С незнакомыми — да.

— Мы уже вроде познакомились.

— Познакомились.

Я перевела взгляд на него.

— Но это не значит, что ты стал своим.

Он понимающе кивнул.

— Логично.

Через несколько минут я неожиданно остановилась. Осмотрелась по сторонам. Фонари.
Пустые улицы. Незнакомый перекрёсток.
Я негромко выругалась себе под нос.

Турбо заметил это сразу.

— Заблудилась?

Я помолчала пару секунд. Потом нехотя призналась:

— Не помню, где теперь городская больница.

Он удивлённо посмотрел на меня.

— В больницу?

Я спокойно встретилась с ним взглядом.

— По-братски. Покажи дорогу, если не трудно.

Он нахмурился.

— Что случилось?

— А теперь... — Я слегка улыбнулась. — Меньше знаешь — крепче спишь.

Он не стал настаивать. Лишь спокойно ответил:

— Мне не трудно. Я просто переживаю.

Потому что ночью в больницу обычно идут не от хорошей жизни. Я впервые за весь разговор посмотрела на него чуть мягче. Совсем немного.

— Спасибо.

Но дальше я справлюсь сама. Турбо покачал головой.

— Нет.

Раз уж встретились — провожу.

Мало ли что. Я хотела отказаться. Но почему-то не стала. Молча кивнула.

И они вместе пошли по почти пустым ночным улицам — каждый со своими мыслями, не задавая друг другу лишних вопросов.

Двери городской больницы с тихим скрипом закрылись за моей спиной.

Я уже хотела сказать Турбо, чтобы дальше он не шёл. Обернулась.

— Дальше я...

Но договорить не смогла. Он просто стоял рядом. Спокойно. Без лишних слов. Не лез с вопросами и не пытался быть героем.
Почему-то внутри что-то подсказало не прогонять его.Я лишь молча кивнула в сторону коридора.

— Я не помню, куда идти.

Он понимающе кивнул.

— За мной.

Мы молча прошли по почти пустому коридору. Белые стены, запах лекарств, редкие шаги дежурного персонала — всё это почему-то казалось чужим.

Турбо остановился возле стойки регистрации.

За столом сидела молодая девушка. Светлые кудрявые волосы были собраны в высокий хвост, перед ней лежала стопка документов.

Турбо негромко постучал костяшками пальцев по стойке.

— Наташ.

Девушка подняла голову.

— О, привет, Валера.

Она улыбнулась, но, заметив меня, улыбка стала чуть сдержаннее.

— А это кто?

Турбо посмотрел на меня.

— Она сама расскажет.

Наташа перевела взгляд.

— Чем могу помочь?

Я подошла ближе.

— Можно узнать информацию об одном человеке?

— Какую именно?

Я на секунду замолчала.

— Хочу узнать... жива ли она.

Наташа удивлённо посмотрела на меня.

— Родственница?

— Родная мать.

На лице девушки промелькнуло сочувствие. Она молча достала небольшой листок.

— Напишите фамилию, имя, отчество... и дату рождения.

Я быстро заполнила бумагу и протянула ей. Она внимательно посмотрела записи.

— Подождите несколько минут. Придётся поднять старые архивы.

Я коротко кивнула.

— Спасибо.

Наташа скрылась за дверью архива. Мы с Турбо остались вдвоём. Прошло минут пять. Потом семь. Потом десять.
Я тяжело выдохнула.

— Пойдём покурим.

Он ничего не ответил. Просто пошёл следом.

На улице было прохладно. Я достала сигареты. Щёлкнула зажигалкой. Глубоко затянулась. Потом ещё раз.

И только тогда заметила, что почти сразу прикурила вторую сигарету, даже не докурив первую.

Я тихо усмехнулась самой себе.

— Совсем уже...

Турбо стоял рядом, прислонившись к стене.

Он тоже курил. Но чаще смотрел не на сигарету, а на меня. Без жалости. Без любопытства. Будто просто пытался понять. Я чувствовала этот взгляд, но ничего не говорила.

Молчание сейчас было гораздо легче любых разговоров.

Наконец он негромко спросил:

— Давно не виделась с мамой?

Я несколько секунд молчала.

— Восемь лет. — Он опустил взгляд. — Когда сегодня зашла домой... — Я запнулась. — Там всё осталось почти так же. Только... — Ком подступил к горлу. — Такое чувство, будто там никто не жил уже очень давно.

Турбо ничего не сказал. И именно это почему-то оказалось правильным. Не было дежурного «всё будет хорошо». Не было ненужных утешений. Он просто стоял рядом.И этого хватало.

Минут через семь мы вернулись обратно. Наташи всё ещё не было. Мы сели на стулья у стены. Тишина. Время тянулось мучительно медленно.

Минут через двадцать пять дверь наконец открылась.

Наташа вышла, держа в руках папку. По её лицу я всё поняла ещё до того, как она заговорила.
Она медленно подошла ближе.

— Простите... Тяжело было найти архив.

Я молча смотрела на неё.Наверное, в моих глазах был только один вопрос.

«Ну?»

Наташа тяжело вздохнула.

— Ваша мама... — Она сделала короткую паузу.— Умерла семь лет назад.

Мир будто стал тише. Я смотрела на неё, но словно перестала слышать всё вокруг. Где-то глубоко внутри ещё жила крошечная надежда.

Глупая. Почти невозможная. Но она была. И сейчас её не стало. Я едва слышно спросила:

— Из-за чего?

Наташа опустила глаза.

— Алкогольная зависимость... Организм не справился.

Я медленно сжала кулаки. Так сильно, что ногти впились в ладони. Воздуха вдруг стало мало. Перед глазами вспыхнули обрывки воспоминаний.

Мама на кухне. Её смех. Её усталый взгляд. Последняя ссора. Последний день перед арестом. Я не успела. Не смогла. Семь лет...

Она была одна.

Я закрыла глаза всего на секунду.Когда открыла их снова, лицо оставалось таким же спокойным. Только внутри будто что-то окончательно оборвалось.

— Где она похоронена?

Наташа поняла вопрос сразу.

— Центральное кладбище.

Она посмотрела в бумаги.

— Участок тридцать пятый. Место двести семнадцать.

Я молча кивнула.

— Спасибо.

В этот момент я почувствовала, как чья-то ладонь осторожно легла мне на плечо.

Турбо.

Он не сжимал его. Не пытался утешить. Просто дал понять, что я сейчас не одна. Я не убрала его руку.

Наверное, впервые за долгое время у меня просто не осталось сил кого-то отталкивать.

Я ещё раз посмотрела на Наташу.

— Спасибо, что нашли.

Она тихо кивнула.

— Примите мои соболезнования.

Я лишь коротко наклонила голову. Потом повернулась к Турбо. Голос прозвучал спокойно. Слишком спокойно.

— Пошли.

Он ничего не спросил. Молча пошёл рядом.

И только когда двери больницы остались позади, между ними снова повисла тишина — уже совсем другая, тяжёлая, наполненная словами, которые сейчас не смогли бы ничего изменить...

Такая чувствительная глава..
Ставим Звездочки!
Тт: tyyrkina
Тгк: Tyrkina