Мой босс фанат бл дорам и мой краш 2

Поцелуй, начавшийся как секундный порыв, мгновенно перерос в нечто большее. Это было отчаянное, горячее и пугающе страстное столкновение. Феликс вложил в это касание всю свою накопившуюся боль, обиду на Минхо и жажду простого человеческого тепла. Его губы, всё ещё хранившие терпкий вкус рубинового вина, настойчиво сминали губы друга.
Хёнджин замер, его сердце пропустило удар. Шок ледяной волной окатил его с ног до головы, заглушая все мысли. Когда пальцы Ликса судорожно запутались в его длинных волосах, Хёнджин наконец пришёл в себя.
С трудом преодолев бешеное притяжение, он резко прервал поцелуй, мягко, но настойчиво отстранив Феликса за плечи. Тяжёлое дыхание обоих нарушало тишину комнаты.
- Ликс... - выдохнул Хёнджин, его округлившиеся от потрясения глаза блестели в полумраке. - Что ты...
Ликс словно очнулся от гипноза. Пелена алкогольного жара спала, уступая место липкому, леденящему стыду. Он посмотрел на опешившего друга, и его глаза мгновенно наполнились слезами. Он осознал, что только что переступил черту.
- Прости... - Феликс испуганно спрятал лицо в ладонях, его голос задрожал от подступающей истерики. - Прости меня, Хён, я правда дурак... Боже, какой же я дурак. Я пойду. Мне нужно уйти.
Он резко вскочил с дивана, едва не задев бокал на столике, и бросился к выходу из гостиной, мечтая провалиться сквозь землю.
Но уйти ему не дали.
Хёнджин среагировал мгновенно. Он поднялся на ноги в один шаг, настиг Феликса у самого выхода и крепко схватил его за руку.
- Феликс, стой! - крикнул Хёнджин.
Одним резким движением он развернул покрасневшего, плачущего парня лицом к себе. Секунду Хёнджин смотрел на его подрагивающие губы и мокрые ресницы, чувствуя, как внутри рушатся последние барьеры здравого смысла. Чёртов Ли Минхо не ценил то сокровище, которое было у него в руках. Но Хёнджин больше не собирался стоять в стороне.
Притянув Феликса к себе за талию почти вплотную, Хёнджин наклонился и снова поцеловал его - на этот раз сам, глубоко, безумно и невероятно страстно, не давая ни единого шанса вырваться или усомниться в происходящем.