Мне нужна лишь ты

**2-я глава**

— Ты есть будешь? — спросил он с набитым ртом.

— Да-да, конечно, — я сняла крышку контейнера и взяла вилку. Ещё раз посмотрела на салат и вздохнула, а потом наколола на вилку кусочек курицы, положила его в рот, прожевала и проглотила.

Я съела примерно четверть порции, но дальше кусок не лез в горло. Отложила вилку и контейнер в сторону.

— Ты чего?

— Я больше не могу.

— Ты почти ничего не съела. Ты в порядке? Ты случайно не заболела?

Я помотала головой.

— Аппетита нет уже неделю.

Он прищурился.

— Ты что, на голодовке сидишь? — рассмеялся он.

Я вяло улыбнулась и, опустив глаза в пол, промолчала.

— Ты серьёзно? — тут же изменилось его выражение лица.

Я кивнула. Он вздохнул.

— Почему? Я не понимаю причины. Ты очень красива. Зачем мучить себя этими комплексами? Какая разница, что сказал какой-то… мамкин педик? — он закатил глаза. — Ладно, вставай.

— Зачем?

— Я повезу тебя к врачу. Я не хочу, чтобы ты умерла в двадцать лет, и не хочу лишиться такой визажистки, как ты. У тебя золотые руки.

— Я не пойду.

— Пойдёшь, Ви. Это очень важно. Ты нужна нам здоровой.

Я промолчала.

Мы вышли на улицу. Меня пробрал озноб, и я вздрогнула.

— Тебе холодно? — он снял куртку и остался в одной футболке, затем протянул её мне.

— Не сто…

Он встал передо мной, накинул куртку мне на плечи и заботливо закутал.

— Не простудись, — улыбнулся он.

Затем открыл передо мной дверь машины, приглашая сесть на переднее сиденье. Я села.

Мы двинулись в путь. Час дороги пролетел незаметно: мы весело общались. Я рассказала, что мой отец приехал из Британии, а он делился историями о своей семье.

— Приехали, — объявил он, открывая мне дверь.

Я вышла. Мы вошли в здание.

Подойдя к ресепшену, меня попросили назвать имя и фамилию.

— Виктория Амелия Мур, — ответила я.

Женщина что-то записала в компьютере.

— Вы первый раз у нас? — спросила она. Я кивнула. — Отлично. К какому врачу пришли?

Я посмотрела на Ярика. Он подошёл ближе.

— У девушки налицо симптомы РПП.

— Запишу вас к психотерапевту. Кабинет № «***» на четвёртом этаже.

— Спасибо, — улыбнулся Ярик. — Пойдём, — сказал он, поворачиваясь ко мне.

— Мур? Как кошка. Так и буду тебя звать, — усмехнулся он.

Я промолчала, бросив на него прожигающий взгляд.

Мы поднялись на нужный этаж. Там было пусто, ни души.

— Я подожду тебя на улице. Если что — звони, — сказал Ярик.

Я кивнула и направилась к нужному кабинету. Постучав, вошла.

Приём длился полтора часа. За это время я рассказала врачу всё — абсолютно всё. И мне стало невыносимо тяжело: всё, что я хотела забыть много лет, пришлось вспомнить за эти полтора часа. Слёзы накатывались на глаза.

Врач выписал мне антидепрессанты и направление к диетологу. Тот, в свою очередь, назначил диету.

Когда я вышла на улицу, Ярик стоял у машины и курил сигарету. Я чувствовала себя подавленной и разбитой. Подойдя к нему, забрала сигарету, сделала затяжку и закашлялась.

— Фу, как ты это куришь? — проговорила я, затягиваясь ещё раз, а потом затушила сигарету и, отмахнувшись от дыма, села в машину.

На всё это Ярик смотрел с распахнутыми глазами. Вслед за мной он сел в машину. Взглянул на меня. Я быстро моргала и смотрела в потолок, пытаясь сдержать слёзы.

— Ви, — прошептал он.

Я повернулась.

Он прижал меня к себе, а я плакала.

— Всё, всё… То, что я так хотела забыть, мне пришлось вспомнить за один час. Мне так больно, страшно… Я ненавижу всё это. Ненавижу себя за страх, за неуверенность… Я просто ненавижу себя, — безудержно шептала я.

Он гладил меня по голове.

— Я не прошу тебя рассказать то, что ты пережила. Не сейчас. Позже. Но я уверен: это того не стоит.

Я молча плакала.

Через пару минут я немного успокоилась, но он продолжал меня обнимать.

— Я знаю, что тебе нужно: что-нибудь сладкое или мороженое и сопливая мелодрама, — сказал он.

Я рассмеялась.

Отстранившись, Ярик завёл машину, и мы тронулись.