Брак по Расчëту

Было уже за полночь.

Хаын сидела в гостиной особняка, завернувшись в мягкий плед, и держала в руках горячую кружку с чаем. Она не могла уснуть. Мысли крутились в голове: университет, лаборатория, её планы, её муж, который каждый день возвращался поздно и даже не смотрел в её сторону.

Тишина в особняке была почти абсолютной. Только часы тикали на стене, и где-то далеко гудел ветер.

Она уже собиралась идти спать, когда услышала шаги. Тяжёлые, неуверенные, сбивающиеся. Хаын нахмурилась и повернулась к двери.

В гостиную вошёл Бан Чан.

Он был пьян. Это было очевидно - пошатывающаяся походка, расстёгнутая рубашка, небрежно висящий галстук, помятый пиджак, который он даже не снял. Волосы растрёпаны, глаза мутные, взгляд блуждающий.

Хаын замерла.

- Ты... - он остановился и уставился на неё. - Ты почему здесь?

- Я живу здесь, - спокойно ответила она. - Ты пьян, Чан.

- Я не пьян! - он шагнул ближе и чуть не споткнулся о ковёр. - Я... я в порядке. А ты... ты всегда такая? Такая... правильная? Такая идеальная? Думаешь, ты лучше всех?

Хаын поставила кружку на стол и встала. Она смотрела на него без страха, только с лёгкой тревогой.

- Ты просто пьян. Пойдём, я провожу тебя в комнату.

- Не надо меня провожать! - он махнул рукой. - Я сам... я сам могу дойти. Ты думаешь, я слабый? Я - Бан Кристофер Чан! Я могу всё!

Он сделал шаг и пошатнулся. Хаын быстро подошла и подхватила его под руку.

- Идём.

- Ты такая... всегда спокойная. Всегда знаешь, что делать, - бормотал он, пока она вела его по коридору. - А я... я устал, Хаын. Я устал быть сильным. Ты знаешь, каково это - быть всегда сильным? Все ждут, что ты решишь всё, исправишь всё. А я... я просто хочу отдохнуть.

- Ты отдохнёшь, - тихо сказала она.

В спальне

Они зашли в его спальню - огромную, тёмную, строгую. Хаын помогла ему сесть на край кровати.

- Ты такая... правильная, - продолжал он. - Везде у тебя порядок. Идеальная жена. Идеальная невеста. А я... я испорченный, Хаын. Я не достоин тебя. Ты это знаешь?

- Ты пьян, - сказала она, снимая с него пиджак. - Завтра ты этого не вспомнишь.

- Вспомню, - упрямо сказал он. - Я всё помню. Я помню, как ты смотрела на меня на свадьбе. Без улыбки. Как на врага.

Хаын замерла на секунду, но продолжила развязывать галстук.

- Ты была права, - тихо сказал он, глядя в пол. - Я - чудовище. Я купил тебя. Заключил сделку. А ты... ты мечтаешь о своей косметике. Ты заслуживаешь свободы. А я...

Он замолчал, закрыв глаза.

Хаын сняла с него галстук, положила на стул, поставила на столик таблетку и стакан воды.

- На утро выпьешь, - сказала она.

Она уже собиралась уходить, когда он вдруг схватил её за руку. Сильно, почти отчаянно.

- Не уходи, - сказал он, и голос его дрогнул. - Не уходи, пожалуйста.

Она застыла. Сердце пропустило удар.

Он уже не смотрел на неё - глаза были закрыты, дыхание стало ровнее. Он бормотал что-то во сне.

- Холодно... так холодно... не уходи...

Хаын поняла - ему снится кошмар. Его пальцы сжимали её запястье, как будто он боялся, что она исчезнет. Он выглядел совсем не как ледяной магнат. Он выглядел как испуганный мальчик.

Она помедлила секунду. Потом тихо вздохнула, сняла тапки и легла рядом с ним, на самый край кровати. Не близко, но достаточно, чтобы он чувствовал её присутствие.

- Я здесь, - прошептала она. - Спи.

Он сжал её руку чуть крепче, и его лицо расслабилось.

Они уснули вместе.

Утро

Солнце пробивалось сквозь шторы, заливая комнату мягким светом.

Хаын открыла глаза. Она лежала на самом краю кровати, всё ещё в одежде, и чувствовала, что её запястье всё ещё сжимает его рука. Она осторожно повернула голову.

Он спал. Лицо было спокойным, беззащитным, дыхание ровным. И его пальцы всё ещё держали её за руку, как будто даже во сне он боялся, что она исчезнет.

Хаын медленно попыталась высвободить свою руку. Но как только она пошевелилась, его пальцы сжались крепче.

- Нет... - пробормотал он во сне. - Не уходи...

Хаын замерла. Сердце сжалось. Она смотрела на него и видела того самого человека, который скрывался за ледяной маской. Уставшего. Одинокого. Боящегося, что его бросят.

- Я не уйду, - тихо сказала она. - Просто дай мне встать.

Она аккуратно, пальцами, стала вытаскивать свою руку из его захвата. Он сжал сильнее, но она продолжала медленно, осторожно, освобождаться.

- Всё хорошо, - шептала она. - Ты просто спи. Всё будет хорошо.

Наконец она освободила запястье. Встала, посмотрела на него. Он нахмурился во сне, как будто почувствовал её уход.

Хаын взяла плед, который лежал на кресле, и накрыла его. Аккуратно заправила край, укрывая плечи.

- Спи, - тихо сказала она. - У тебя проблемы со сном. Нужно высыпаться.

Она посмотрела на него ещё секунду, потом развернулась и вышла из комнаты.

Кухня

На кухне уже суетился повар. Хаын вошла и мягко улыбнулась.

- Доброе утро.

- Доброе утро, госпожа! Что вам приготовить?

- А вы отдыхайте, - сказала Хаын спокойно. - Я сегодня приготовлю сама. На двоих.

Повар удивлённо поднял брови:

- Но, госпожа, я должен...

- Вы должны отдыхать, - перебила Хаын с улыбкой. - Я справлюсь. Идите, я позову, если что-то понадобится.

Он нерешительно помялся, но потом кивнул и вышел, оставив её одну.

Хаын закатала рукава и начала готовить :

Не изысканно, но по-домашнему.

Когда всё было готово, она взяла красивый листок бумаги, который нашла на кухне, и написала аккуратным почерком:

«Чан, доброе утро. Я оставила для тебя таблетку и воду на тумбочке. Прими, пожалуйста, чтобы голова не болела.

Я жду тебя на кухне за завтраком.

Если ты ещё спишь - прости, что разбудла запиской.

Я люблю тебя.

Твоя Хаын.»

Она перечитала последние слова и замерла.

«Я люблю тебя», - написала она. Зачем она это написала? Она действительно так чувствует? Или это просто порыв?

Она покачала головой и убрала записку в карман. Слишком рано. Она не готова говорить это вслух. Или даже писать.

Она взяла новый листок и написала по-другому:

«Чан, доброе утро. Я оставила таблетку и воду на тумбочке. Пожалуйста, прими - голова пройдёт. Я жду тебя на кухне за завтраком.

Не опаздывай, еда остынет.

Твоя Хаын.»

Она снова посмотрела на слова «Твоя Хаын» и решила оставить так. Это было правдой. Она была его женой. И она начинала привыкать к этому.

Она вернулась в его комнату, тихо положила записку рядом с таблеткой и стаканом, и ушла на кухню ждать.

Спустя некоторое время

Через некоторое время в спальне Бан Чан медленно открыл глаза.

Голова болела, во рту пересохло. Он поморщился и провёл рукой по лицу. Потом заметил таблетку, стакан воды и записку. Он взял листок, прочитал, и на его лице появилась лёгкая, почти незаметная улыбка.

«Твоя Хаын», - прочитал он снова.

Он выпил таблетку, запил водой, потом сел и посмотрел на пустую сторону кровати. Она была здесь. Она легла рядом с ним. Она накрыла его пледом. Она заботилась о нём.

- Чёрт, - прошептал он. - Больше никогда не поеду с Минхо в бар. Никогда.

Он быстро привёл себя в порядок, переоделся в тёмную толстовку и штаны и вышел в коридор.

Он думал, что она ушла. Что она оставила записку и уехала в университет или к себе. Но когда он вошёл на кухню, она сидела за столом.

Перед ней стояла тарелка с омлетом и чашка чая. Она ждала его.

Она подняла глаза, увидела его и улыбнулась:

- Доброе утро.

Он остановился.

- Ты... ждала меня?

- А ты думал, я уйду? - она пожала плечами. - Я сказала, что жду тебя на кухне. И жду.

Бан Чан медленно подошёл к столу, сел напротив. Посмотрел на тарелку с завтраком, потом на неё.

- Ты готовила?

- Ага, - она склонила голову. - Ешь, пока не остыло. И выпей чай.

Он молча взял вилку, откусил кусок, и почувствовал вкус - простой, домашний, не такой, как у повара. Приятный. Тёплый.

- Вкусно, - сказал он тихо.

- Это тебя на утро, - ответила она спокойно.

Они ели молча. Но тишина была другой - не напряжённой, как раньше, а почти уютной.

- Хаын, - сказал он вдруг.

- Ммм?

- Спасибо.

Она подняла глаза, посмотрела на него и улыбнулась.

- За что?

- За всё, - ответил он, отводя взгляд. - За то, что осталась. За завтрак. За то, что ты есть.

Хаын смотрела на него, и внутри что-то трепетало.

«Он меняется, - подумала она. - Или он всегда был таким, но просто прятал это?»

Она опустила глаза в чашку и тихо сказала:

- Будешь часто ездить в бар - не буду готовить.

Он усмехнулся - впервые так легко, без напряжения.

- Договорились.

Они снова ели молча, но теперь между ними было что-то новое.

И это было началом.