Ангар Красных Псов
> "Ночь стелилась по Детройту, как черная собака — тихая, злобная, готовая вцепиться в глотку каждому, кто оступится."
---
Ангар стоял на окраине Детройта, где асфальт давно сдался под тяжестью гнили и пыли.
Пахло старым железом, потом и злостью. В углу кто-то нервно курил — дым полосами расползался в воздухе, цепляясь за ржавые балки.
Десмонд стоял у своей машины, облокотившись на капот, чёрный кейс — его личная сатанинская игрушка — лежал рядом.
На нём отблескивали лампы холодным светом, будто сам ад протянул руку.
В его взгляде было столько тьмы, что даже ночь вокруг казалась светлее.
Кровь в его венах клокотала.
Каллен.
Миронов.
Эти твари не просто тронули его семью — они пытались стереть её с лица земли.
Они убили его деда. Продали его мать. Они думали, что он забыл? Что он простил?
Да чтоб их кости провалились в самую гнилую яму ада.
В рации шипение — и голос Сантьяго:
— "Босс, сука, мы все на позициях. Эти хуесосы в здании. Пять минут и начнем шоу."
Десмонд усмехнулся.
— "Не проеби, Сантьяго. Сегодня никто, блядь, не уйдёт."
— "А я что, монах, чтобы проёбывать, а? Ведьмочка бы меня съела, если бы я обломал тебя!" — ржал Сантьяго.
— "Не играй с огнём, брат. Ведь я могу кастрировать тебя за одну ещё фразу в её сторону"— меня не ебеть что он там говорит, если это не касается моей ведьмочки.
—"Йоу, всё успокойся. Влюбленный ты мой" — слышны были чмокивания словно он посылал воздушный поцелуй через рации или изображал наши поцелуи.
Десмонд заскрипел зубами. При упоминании Скай в таком тоне хотелось выбить братцу все зубы.
Но он знал — Сантьяго был бы последним, кто хоть пальцем тронул бы её.
Братья крови. Без права на предательство.
Шорох ботинок по гравию.
Резкий запах масла.
Щелчок снятого предохранителя.
Каждый звук был, как выстрел в замершем воздухе.
Парни из команды — здоровенные лбы, каждый с жизнью на войне за спиной — рассредоточились вокруг, скрываясь за машинами, бочками, тенями.
Каллен — старый лис. Всегда в костюмах цвета мёртвого снега, пахнущий дорогим одеколоном и смертью.
Улыбка у него была, как у змеи перед укусом. И сегодня он привёл с собой десяток таких же ублюдков.
Но Десмонд знал: количество не имеет значения, когда за дело берутся голодные псы.
Миронов — жирная крыса в пиджаке. Лицо налилось кровью от жадности.
Он хотел протолкнуть девушек и наркотики Каллену в обмен на украденное оружие Десмонда.
На его совести была жизнь матери Десмонда.
На его счету было только предательство.
В центре ангара стоял длинный стол.
На нём — чемодан с наркотой, куча липовых документов, и чертов кейс с оружием.
Каллен протянул руку.
Миронов щерился, будто пёс на цепи.
Десмонд щелкнул рацией:
— "Пора, братцы. Пора покрасить этот ёбаный ангар."
Гул. Шорох.
И тишина сорвалась в клочья, когда первый выстрел прошил ночь.
---
Парни вылетели из укрытий, будто звери из клеток.
Дым стелился над полом, запах пороха забивал дыхание.
Десмонд шёл через бойню, как чёрный бог войны.
Косуха расстёгнута, под ней футболка, пропитанная потом и злостью.
В руке — пистолет с глушителем, холодный как поцелуй мертвеца.
Он видел, как падают люди Каллена — один за другим.
Как Миронов, обоссав штаны, пытается спрятаться за ящиками.
Как Каллен орет на своих людей, теряя остатки надменности.
Шаг. Выстрел. Крик.
Кто-то рухнул у его ног, захлебнувшись кровью.
Десмонд даже не посмотрел.
В его голове была только одна мысль:
"Вы не заслужили лёгкой смерти, ублюдки."
---
Погода была адская.
Дождь — липкий, грязный, как сама улица Детройта.
Молнии вспарывали небо, словно кто-то резал плоть города.
Сантьяго смеялся в рацию:
— "Босс! Минус пятнадцать ублюдков! Танцую с автоматом, как сучка на шесте!"
Десмонд зарычал в ответ:
— "Сделай так, чтобы они визжали, как поросята в бойне."
— "Есть, босс!"
---
Он выхватил кейс.
Открыл его прямо на глазах у обалдевших врагов.
Там были инструменты боли:
Электрошокеры,
Иглы под ногти,
Острые, как бритвы, ножи,
И прибор, который вибрировал в руке, обещая нескончаемую агонию.
Каллен замер, впервые в жизни испугавшись.
Десмонд двинулся на него, будто медведь, учуявший запах крови.
— Ты забрал у меня отца, тварь — проговорил он тихо.
— Ты продал мою мать.
Каллен открыл рот, хотел что-то сказать —
но Десмонд вмазал ему прикладом в лицо с такой силой, что тот рухнул, захлебываясь своей же кровью.
— Ты думал, я забуду? Хуй тебе, Каллен. Я принёс тебе подарок...
Он поднял прибор из кейса.
Каллен завизжал, когда острие вонзилось в его плечо, пробивая кость.
— Будет больно. Очень, блядь, больно.
---
Грохот в ангаре стихал.
В живых остались только их команда и пара пленников.
Миронова выволокли на середину, пнув в брюхо.
— Давай, крысина морда, — прорычал Сантьяго, — скажи что-нибудь смешное. Нам тут скучно!
В этот момент Сантьяго так засмеялся и начал подходит к мужчине словно психопат к жертве. Да, этот парень был тот ещё психом по сравнению со мной.
Миронов затрясся, бормоча на ломаном английском, но Десмонд его не слушал.
Взгляд его был прикован к Каллену.
И в этих глазах не осталось ни капли человечности.
---
Ветер свистел сквозь дыры в крыше.
Капли дождя падали на бетон, как капли крови на лезвие ножа.
Ангар стал алтарём возмездия.
И ночь пожирала своих детей с утробным урчанием.
---
Продолжение следует....