Пролог.
Очнулась я от того, что в этом ящике невероятно душно.
Достаточно ветхая конструкция - кажется, лифт - шатается от любого моего телодвижения. Рядом гремят ящики с неизвестным мне содержимым. С Божьей силой встав на ноги, я сразу облокотилась на стену, потому что эту тряску просто невозможно вынести без дополнительной опоры.
Голова трещит так, словно перед появлением меня либо жёстко вмазало, либо я сильно где-то приложилась затылком. Веки наливаются свинцом, хочется снова провалиться в сон, но я держусь из последних сил, потому что буквально вижу свет в конце туннеля. Звон в ушах только нарастал.
Наконец эта дряхлая машина остановилась, и меня не слишком радушно встретила огромная свора парней разных возрастов и народов. Взгляд зацепился за самых ближних: русый паренёк со смешными бровями, хлипкий юноша с пшеничными волосами, а также выбритый под ноль черный парень.
- Эй, салага, - смешнобровый протянул мне руку, и я схватилась за неё со всей силы. - Имя своё помнишь?
Парни засмеялись.
И тут я осознала, что не то что имени не помню - я не помню вообще ничего из прошлой жизни. В голове остался только отборный мат. В принципе, этого достаточно для выживания среди десятков парней, верно?
Я хотела использовать свои навыки красноречия, но смогла выдавить только тихий хрип. Первая попытка, вторая... Успехом не увенчалась ни одна. Голова вновь заболела.
Во рту пересохло.
- Язык проглотила? - с усмешкой спросил один из юношей.
- Так даже лучше, - с сальным взглядом сказал другой.
Вновь раздался смех.
- Не, шанк, без языка не так круто, - возразил третий.
Мой взгляд сразу упал на какую-то вышку. Пока парни смеялись без остановки, я быстро ретировалась на самую верхушку. Снизу сразу все столпились, и я в ту же секунду принялась швырять в них рядом лежащие камни - да самые крупные. Грязные извращенцы! Надеюсь, я попаду кому-нибудь в глаз или пах.
Через время все резко стихли. Я проследила за их взглядом и увидела, как из странных и до одури огромных ворот выбегает группа парней. Один бежал чуть впереди - видимо, лидер, или что-то вроде того. Надеюсь, хоть он адекватный, раз при его появлении замолчало такое большое количество людей. Несмотря на мои надежды, азиат пробежал мимо, только сверив меня заинтересованным взглядом. Таким образом поступили и его подсосы.
- Успокойся, прошу, - после длительной тишины начал чернокожий, - мы не причиним тебе вреда. Спускайся.
Конечно же, я ему не поверила. На заборе тоже много чего написано! Я не самоубийца, чтобы прыгать в объятия десятков представителей мужского пола в самом разгаре пубертата, так ещё и, по моим наблюдениям, без единой девушки. Либо мне не посчастливилось быть здесь первой дамой, либо прошлые эксплуатируются, либо вообще мертвы. Тело бросило в дрожь.
Я хотела закричать. Правда хотела. Но вместо крика вновь вырывался лишь тихий хрип. По горлу будто полоснули ножом. Я подняла средний палец и показала его абсолютно всем внизу. Затем, выждав, когда внимание незнакомцев переключится только на мою ладонь, снова забросала их камнями, чтобы они не успели укрыться. Одному из них - тому, что только недавно шутил про работу ртом, - я, кажется, проломила череп. Внимание всех сразу переключилось к нему. В мою сторону моментально полетела куча оскорблений, но попытку подойти парни больше не совершали. Я спокойно выдохнула.
- Слушай, верховая! - крикнул рыжий со смешными бровями, прикрывая голову рукой. - Ты калека, мы поняли. Но если ты сейчас кого-нибудь угробишь, тебя скрутят и скормят гриверам. У нас тут, знаешь ли, тоже не рай.
Гриверы? Что за название такое? Это местные каннибалы, монстры или культисты? За спиной смешнобрового стоял тот самый азиат. Похлопал парня по плечу и резко выбежал к моей вышке, начал подниматься. Я стала лихорадочно искать любой острый предмет или хоть что-то, что защитит меня эффективнее камней.
Как только он оказался слишком близко, я кинула в него самый крупный камень, который только нашла. Лидер без усилий перехватил его одной рукой, словно тот ничего не весил. Мне конец. Только я уже начала мысленно отсчитывать секунды до своей кончины или будущего рабства, как парень просто сел передо мной на корточки. В глазах не было похоти или ярости, как у других. Была просто очень сильная усталость и желание со всем покончить.
- Спускайся. Я очень устал и не хочу лишней мороки. Поверь, лучше спуститься со мной, нежели отказаться и вновь оказаться в одном пространстве с кучей парней.
Хотелось вновь бросить в него камень, но рука отозвалась жгучей болью, словно тело само отговаривало от сопротивления. Только вглядевшись в лицо собеседника, я поняла, что оно выглядит до жути знакомо. Я посмотрела на свои ладони. Кровоточащие сбитые костяшки выглядели не слишком привлекательно. Получила царапины я явно не от моих начинаний молодого скалолаза. Может, с кем-то подралась до прибытия сюда?
Хотелось довериться знакомому лицу. Но я понимала, что являюсь единственной девушкой среди дюжины парней, и с ходу доверять парню, который просто повёл себя не как мудак, - затея явно не самая лучшая. Пока я медленно протягивала ему руку, успела примерно прикинуть маршрут отступления: если в нужный момент успею ухватиться за торчащую доску из вышки, а затем устрою марафон по толстым ветвям густых деревьев, находящихся внизу, - то у меня есть шанс убежать. Лишь бы подальше от них всех.
В следующую секунду я принялась за исполнение плана. Резко спрыгнула, перескочив небольшие ограждения, и затерялась среди густой листвы, маневрируя по веткам. В какие-то моменты я бежала, в какие-то - вновь лазала по деревьям. Только я села передохнуть на дереве, как рядом со мной пронеслась орда парней. Я старалась даже не дышать. По ощущениям прошел час. Два. Три. Может, все десять. Уже вечерело, а я до сих пор сидела на дереве. В животе предательски завурчало.
Впервые за весь этот блядский день я дала волю эмоциям по-настоящему. Плакала - как последняя сука, как маленький ребёнок, и даже не боялась, что меня услышат. За эти часы я успела понять, что есть только два варианта: либо выслушать незнакомцев, либо покончить жизнь самоубийством. Оба варианта меня не слишком привлекали.
На удивление, когда пару часов назад около меня пробегали парни, среди них не было того самого азиата. Надеюсь, ему действительно на меня всё равно. Видимо, он единственный, кто не страдает здесь от сперматоксикоза. Откуда я вообще знаю этот термин? Наверное, либо была врачом, либо училась на него. Ну, или это шуточное выражение,исключать нельзя. В любом случае я что-то помню. Это радует.
Уже была ночь. Где-то там, где парни собрались все вместе, горел костёр и жарилось сочное мясо. Живот снова завурчал, а тело покрылось мурашками от холода. Не самые приятные условия. Решив, что если они все собраны в одном месте, значит, по остальному периметру других быть не должно, я юркнула в ближайшую хижину, которая, к моему счастью, была открыта. На место жительства она не была похожа: в самой середине стоял стол с какой-то конструкцией, рядом пара скамеек и ничего больше.
Только я успела расслабиться, как дверь в хижину открылась. Я вздрогнула, сразу ухватилась за лежащую рядом и вполне острую ветку. Обернулась.
Там стоял он.
Тот самый азиат.
Комментарии