Healer/Целительница

Учёба девушки проходила дистанционно. Посещать школу со сломанной ногой — закованной в гипс, с костылями, которые вечно скользили на полу, — было крайне тяжело. Не говоря уже о том, что таскать рюкзак и ловить взгляды одноклассников, которые смотрели как на инвалида, удовольствие ниже среднего.

— Ну да, — вздыхала она, ковыляя от кровати до стола, — я теперь местная достопримечательность. «Девушка, которая сломала ногу в лесу, спасая маму».

От слов друзей она узнала, что Дерек уехал. Никто не знал — надолго ли. Может, на неделю. Может, навсегда.

Эта новость навевала на Алтею грусть и печаль. Она сама от себя этого не ожидала, но в какой-то момент поймала себя на мысли, что скучает по хмурому Хейлу. По его тяжёлому взгляду. По тому, как он молчал, но был рядом.

— Вот же ирония, — бормотала она, глядя в потолок. — Сначала бегала от его бет по лесу, теперь скучаю. Может, у меня сотрясение? Или просто нечем заняться.

Мать девушки уехала на родину, в Корею, по делам. Брат работал допоздна — его график превратился в ад после всех этих событий. Поэтому Алтея целыми днями была одна, если не считать коротких визитов друзей. Лидия забегала с учебниками, Элисон приносила кофе и пыталась подбодрить, Стайлз названивал каждые пару часов — проверял, жива ли.

— Не волнуйся, — отвечала она ему в трубку, — я не умру от скуки. Пока. Но если ты не приедешь с пиццей, я начинаю подозревать заговор.

Она так же рассказала обо всех непонятных вещах, которые с ней происходили, — друзьям и боссу Скотта, Дитону. Тот обещал постараться выяснить, что она такое. Выслушал спокойно, без лишних эмоций, покивал и сказал, что это может занять время.

— Время, — фыркнула Алтея, ковыляя по комнате. — У меня его полно. А вот терпения — не очень.

Алтея сама шерстила интернет. Вбивала в поиск странные запросы: «быстрое исцеление людей», «голоса в голове», «что такое неметон», «кто может слышать мысли других». Страница за страницей, сайт за сайтом — ничего. Ни одного внятного ответа. Только бред сумасшедших и мутные форумы про экстрасенсов.

— Ну конечно, — она откинулась на спинку стула и уставилась в потолок. — Гугл не знает. Дитон не знает. Я не знаю. Может, мне стоит открыть свой сайт: «Загадочная девушка ищет ответы».

Поиски не увенчались успехом, что ещё больше раздражало. Где-то глубоко внутри зрело не только любопытство, но и страх. А что, если она действительно не человек? Или что-то похуже?

— Нет, — одёрнула она себя. — Сначала докажу, что я не больна на голову. А потом уже паниковать.

Она закрыла ноутбук, взяла костыли и, ковыляя, направилась к окну. За стеклом был обычный город, обычная жизнь. И где-то там, возможно, бродил Дерек. Или уже не бродил.

— Вернись, Хейл, — тихо сказала она в пустоту. — Мы тут без твоей хмурой физиономии с ума сходим. Ну, я по крайней мере.

Она криво усмехнулась собственным мыслям и побрела заваривать чай — пятый за сегодня.

Проходя мимо зеркала, Алтея на секунду остановилась. Разглядывала себя, всматриваясь в отражённое лицо — бледное, с кругами под глазами, с растрёпанными волосами. Просто уставшая девушка.

И вдруг — на секунду её глаза мелькнули лилово-фиолетовым цветом.

Алтея замерла. Проморгалась. Посмотрела снова. Обычные зелёные глаза смотрели на неё из зеркала — усталые, но привычные.

— У меня что, галлюцинации? — спросила она себя вслух. Голос дрогнул. — Здорово.

Она приблизилась к зеркалу, вглядываясь в собственные зрачки.

— Так. Или я схожу с ума, или у меня... глаза меняют цвет. Лиловый? Серьёзно? Это не вписывается вообще ни в один нормальный сценарий.

Она отступила на шаг, опираясь на костыль.

— Элисон мерещится тётя-психопатка. Скотт боится, что он волк на людях. Стайлз путает сон с реальностью. А я... я вижу фиолетовый оттенок в зеркале. Команда «А», блин.

Алтея провела рукой по лицу, пытаясь успокоиться.

Она отвернулась от зеркала, чувствуя, как внутри нарастает знакомое жжение — не страх, но тревога.

— Дитон обещал узнать. Стайлз обещал узнать. А я пока могу только пялиться в зеркало и ждать, когда из меня вылупится... кто? — усмехнулась она собственной мысли, но вышло невесело.

Алтея взяла костыли и, хромая, направилась к окну.

— Надеюсь, я просто сплю, — сказала она в пустоту. — Или это был отблеск света. Или... неважно.

Она посмотрела на улицу, где уже зажигались фонари.

— Важно, что я всё ещё здесь. И пока не превратилась в монстра. Пока.

На утро следующего дня Бреннан поехала в больницу. Дорога привычно заняла полчаса, но ей казалось — вечность. Она сидела в приёмной, нетерпеливо постукивая пальцами по подлокотнику, и поглядывала на дверь кабинета.

Наконец, её пригласили внутрь. Врач — пожилой, усталый мужчина, который, кажется, видел уже всё, — жестом предложил сесть на кушетку. Алтея послушалась, вытянув ногу в тяжёлом гипсе.

Пила зажужжала. Гипс распался на две половинки с сухим треском. Алтея затаила дыхание, боясь даже смотреть.

— Попробуйте встать, — сказал врач.

Она осторожно спустила ногу с кушетки, коснулась ступнёй холодного пола. Потом надавила. Потом встала на обе ноги.

Никакой боли. Ни хруста, ни прострела. Только лёгкая слабость, будто мышцы отвыкли от нагрузки.

— Боже, наконец-то свобода, — облегчённо выдохнула девушка, сияя улыбкой. Она сделала пару шагов по кабинету, наслаждаясь каждым движением.

Врач слегка усмехнулся.

— Алтея, вы у нас стали частым гостем. Берегите себя, — напоследок сказал он, протягивая ей направление на лёгкую гимнастику для восстановления.

— Постараюсь, — Алтея взяла бумажку, спрятала в карман и добавила с лёгкой усмешкой: — Но, честно говоря, с моей удачей лучше сразу записаться на абонемент. Может, будут скидки для постоянных пациентов.

Врач покачал головой, но без осуждения — скорее с доброй улыбкой.

Девушка покинула кабинет, гордо наступая на обе ноги без помощи костылей. В коридоре она даже пританцовывать начала, поймала на себе удивлённый взгляд медсестры, но не смутилась.

— Что? — спросила Алтея вслух, обращаясь к стене. — Я заслужила маленький танец. Две недели на костылях — это вам не шутки.

Она вышла из больницы, подставила лицо солнцу и глубоко вдохнула. Свобода. Настоящая, какая-то новая, даже на вкус. Пахло весной, асфальтом и свободой.

— Теперь бы ещё выяснить, что со мной происходит, — пробормотала она, садясь в машину. — Но это уже после обеда. Сначала — нормальная ходьба.

Она завела двигатель и улыбнулась своим мыслям.