Цуёи Каивано. Мать.
Цуёи Кирогу, ныне носящая фамилию Каивано, выглядит как призрак в собственном доме. Если Шираиши-это холодный мрамор и застывшая лава, то Цуёи-это пепел, влажная глина и увядающий цветок, который забыли полить. Её внешность лишена агрессии мужа; она соткана из тихой, всепроникающей меланхолии.
Волосы: Её волосы длинные, гораздо длиннее, чем у среднего сына, и опускаются до самых бедер тяжелой, бесформенной массой. Их цвет-тот же сложный светло-лиловый оттенок, что и у Хироку, но время и страдания лишили его всякой яркости. Это не нежный сиреневый, а выцветший серо-лавандовый, местами переходящий в тусклую платину с болезненной желтизной на кончиках. Волосы утратили здоровый блеск и шелковистость. Они кажутся сухими, ломкими и спутанными, словно старая пряжа. Цуёи никогда их не укладывает: они лежат на плечах безжизненным полотном или собраны в небрежный, едва держащийся узел на затылке, из которого постоянно выбиваются тонкие пряди, падая на лицо грязно-серыми сосульками. Эта схожесть прически с сыном-единственное, что физически связывает её с прошлым, от которого она отчаянно пытается сбежать в алкогольное забытье.
Лицо и глаза: Когда-то её черты наверняка были тонкими и изящными, но сейчас лицо осунулось. Кожа приобрела нездоровый, землистый, бледно-желтоватый оттенок, под глазами залегли глубокие тени цвета синяков. Под впалыми щеками проступают острые скулы. Уголки тонких губ навсегда опущены вниз, запечатлев маску бесконечной усталости. Но самое страшное и пронзительное в ней-это глаза. Большие, тёмно-серые, почти черные во мраке комнаты, они потеряли способность фокусироваться. В них нет ни злобы, ни любви, ни даже страха-только абсолютная, выжженная пустота эмоционального выгорания. Зрачки часто бывают неестественно расширенными или, наоборот, мутными, если она находится под воздействием спиртного. Она смотрит сквозь людей и предметы, будто реальность для неё стала слишком резкой, и взгляд постоянно расфокусирован, устремлен куда-то внутрь черепной коробки. Когда она моргает, веки смыкаются медленно и тяжело, словно к ним привязаны невидимые грузила.
Телосложение и пластика: Цуёи кажется хрупкой и полупрозрачной. У неё узкие плечи, тонкие запястья, которые выглядывают из рукавов растянутых кардиганов, и по-птичьи выпирающие ключицы. Фигура лишена женской мягкости-годы стресса высушили её, оставив лишь костлявый каркас, обтянутый бледной кожей. Движется она абсолютно беззвучно, плывет по дому бесплотным силуэтом. В её пластике нет грации, есть только механическая заторможенность. Она может застыть посреди коридора на несколько минут, глядя в стену перед собой, прежде чем вспомнить, куда шла. Руки у неё всегда чуть дрожат-эта мелкая, постоянная вибрация выдает хроническую интоксикацию и нервное истощение. Пальцы худые, с заметно выступающими суставами, кожа на них истончена.
Одежда: Она носит то, во что буквально «проваливается». Бесформенные, длинные кардиганы крупной вязки, старые фланелевые рубашки Шираиши, широкие брюки из мягкой ткани. Всё это-преимущественно в пыльных, приглушенных тонах: выцветшем бежевом, табачном, мышином, болотном. Ткани всегда помятые, иногда испачканные засохшим вином или кофе. От неё исходит слабый, кисловатый запах алкоголя, смешанный с запахом старых книг и остывшего чая. Одежда висит на ней мешком, скрывая фигуру и делая её похожей на огородное пугало, забытое в опустевшем саду после сбора урожая.
Голос: Голос Цуёи звучит редко, и когда это происходит, он больше похож на шуршание сухих листьев. Он низкий, надломленный, со скрипучими нотками вечной простуды. Она говорит короткими, рваными фразами, часто прерываясь на середине слова, чтобы сделать долгий глоток из бокала. Губы сухие, искусанные в кровь, вечно потрескавшиеся-она проводит по ним языком бессознательным, нервным жестом.
В совокупности облик Цуёи вызывает не жалость, а тяжелое чувство неловкости и холода. Она похожа на сломанную куклу или на утренний туман, который вот-вот рассеется под первыми лучами солнца, не оставив после себя ничего, кроме холодной сырости на траве. Она здесь присутствует материально, но духовно давно покинула этот дом, растворившись в собственной боли задолго до того, как дети успели запомнить её живой.
Примечание от Сашеньки:
Я очень устал это писать, надеюсь АУ получится хорошим.) Я очень старался описать всё подробно, даже искал красивые сравнения и речевые обороты(❁´◡`❁) Завтра выпущу ещё главы, а пока напишу посты в сообщество) Всем пока☺ (А кому-то спокойной ночи)