Глава 50: «Безумие в глазах хозяина»
Изуми зевнула так широко, что даже Сильвер невольно зевнул в ответ — чисто рефлекторно, хотя кофе всё ещё гудел в венах, не давая усталости пробиться.
— Силь, ты спать не хочешь, м?..
Пробормотала она, потирая глаза, будто пыталась стереть из них весь этот длинный день.
Сильвер покосился на неё, потом снова уставился на звёзды — они теперь казались ему не такими уж уютными, скорее далёкими и равнодушными.
— Не‑а. Я сегодня две чашки кофе навернул. Ещё часа два точно буду как будто у меня дилдак в жопе.
Изуми хмыкнула, кивнула, будто приняла это как факт, и медленно поднялась со скамейки, чуть покачнувшись от усталости.
— Мм.. А я так спать хочу… Так что я пойду?
Сильвер снова посмотрел на неё, чуть задержал взгляд, будто хотел убедиться, что она правда просто устала, а не что‑то ещё, и коротко кивнул:
— Окей. Спокойной ночи.
Она улыбнулась, чуть криво, сонно, и тихо сказала:
— И тебе спокойной.
И пошла к дверям общежития, слегка шаркая ногами, как ребёнок, которого насильно ведут спать. Дверь тихо щёлкнула, закрываясь за ней, и двор снова стал темнее, будто вместе с ней ушла часть света.
Сильвер остался один. Он посидел ещё минуту, слушая, как затихают её шаги внутри здания, потом сунул руку в карман, достал пачку сигарет, вытряхнул одну и прикурил. Пламя зажигалки на секунду осветило его лицо — усталое, с тёмными кругами под глазами, но упрямое.
Он взял сигарету двумя пальцами, затянулся и выдохнул дым. Тот поднялся тонкой серой струйкой и растворился в воздухе, будто его и не было. Светили только тусклые фонари, которые освещали территорию академии редкими жёлтыми пятнами. Между этими пятнами лежала густая темнота — такая, в которой легко спрятаться чему угодно.
Сильвер смотрел на звёзды, но теперь они не казались ему маяками. Они были просто точками на чёрном полотне, холодными и безразличными.
И тут он услышал шорох. Тихий, едва уловимый, будто кто‑то провёл ладонью по сухой траве. Сильвер повернул голову в ту сторону, прищурился, вглядываясь в темноту. Ничего. Только тени, которые двигались сами по себе — от ветра, от качающихся веток, от игры света.
Он пожал плечами, снова затянулся и уже хотел отвернуться, как вдруг услышал шёпот.
Прямо у своего уха. Так близко, что волоски на шее встали дыбом.
— Ты всё ещё не хочешь этого… Си‑ль‑ве‑р…~
Голос был тягучим, маслянистым, будто слова липли к коже.
Сильвер резко вскочил со скамейки так, что она скрипнула и чуть не опрокинулась. Сигарета выпала из его пальцев, покатилась по асфальту и погасла. Он резко обернулся, сердце колотилось где‑то в горле, перекрывая все остальные звуки.
— Кто здесь?! Покажись!
Рявкнул он, голос дрожал, но в нём всё ещё была злость — единственное, что не давало страху взять верх.
Но вокруг была только тишина. И темнота. И эти проклятые фонари, которые светили ровно настолько, чтобы не дать ничего разглядеть.
А потом он увидел.
В темноте, там, где тени были гуще всего, стоял силуэт. Тот самый. С длинными изогнутыми когтями, с которых капала густая, тёмная кровь. В руках он держал кусок мяса, который истекал кровью и вонял гнилью — запах ударил в нос, тяжёлый, тошнотворный, будто смерть пришла и встала рядом.
Это был тот самый силуэт из сна. Тот, который указывал когтем. Тот, который шептал.
Сильвер инстинктивно отступил на шаг, потом ещё один. Его зрачки дрожали, расширяясь, пытаясь впитать хоть каплю света, хоть что‑то, что помогло бы ему понять, что происходит.
— Что ты… такое?..
Прошептал он, и собственный голос показался ему чужим, тонким, почти детским.
Силуэт не ответил. Он медленно, нарочито неторопливо посмотрел на свои когти, будто проверял, достаточно ли они остры. Потом медленно повернул голову обратно к Сильверу. Движение было неестественно плавным, как у сломанной куклы.
Мясо выпало из его руки и с неприятным влажным звуком шлёпнулось на асфальт.
А потом силуэт рванулся вперёд.
Быстро. Резко. Ужасающе.
— ААААА!
Заорал Сильвер, голос сорвался на крик, который, казалось, мог разбудить весь город.
— В ПОМОЩЬ! КТО-НИБУДЬ!-..
Крик разлетелся по двору, ударил в стены, отскочил от окон, заставил задребезжать стёкла. Где‑то хлопнула дверь, кто‑то закричал в ответ, кто‑то звал коменданта, кто‑то кричал: «Что там?!»
Но Сильвер этого уже почти не слышал.
Он пытался бежать, спотыкался, падал, снова вскакивал, но когтистая рука схватила его за лодыжку и резко дёрнула на себя. Сильвер рухнул на асфальт, ударился головой о край скамейки, и на секунду мир перед глазами поплыл, окрасившись в красный.
Силуэт навис над ним. Когти мелькнули в тусклом свете фонаря, и Сильвер почувствовал резкую, обжигающую боль в области ключиц — когти прошлись по коже, разрывая ткань футболки и плоть под ней. Дышать стало тяжело, каждый вдох отдавался в груди острой иглой.
Потом когти сомкнулись у него на горле. Не сильно, не сразу, а так, будто силуэт хотел, чтобы Сильвер понял: он может убить его в любую секунду. Просто по желанию.
Сильвер хрипел, пытался кричать, звать на помощь, но воздух не шёл, а в глазах темнело, как будто кто‑то медленно опускал занавес.
И вдруг силуэт замер. Его голова чуть дёрнулась, будто он что‑то услышал — что‑то, чего Сильвер не мог уловить сквозь собственный хрип. Потом он резко отпустил его, когти скользнули по коже, оставляя ещё одну полосу, и силуэт растворился в темноте, как дым на ветру.
Последнее, что увидел Сильвер, прежде чем мир окончательно почернел, — это чьи‑то быстрые тени, бегущие к нему из дверей общежития. Зеро. Неон. Кто‑то ещё.
Из разодранных ключиц текла кровь, смешиваясь с потом и пылью. По щекам катились слёзы — не от боли, а от того, что он наконец‑то понял: этот кошмар не был просто сном. Он был здесь. Он был реальным.
И он только начинался.
________________________________________
|888 слов|