Глава 45
Медовый месяц они планировали долго. Ещё в марте, когда подготовка к свадьбе только набирала обороты, Егор сказал: «После свадьбы мы уедем. Только ты и я. Никаких звонков, никаких встреч, никаких "деликатных вопросов". Две недели. Только мы».
Алиса тогда засомневалась: блог, университет, дела. Но Егор был непреклонен. Михаил взял на себя оперативное управление бизнесом, Лиза - блог и редактуру, Катя пообещала присматривать за всем остальным. «Если что-то случится - мы позвоним, - сказал Михаил. - Но лучше пусть ничего не случается».
И вот теперь, через два дня после свадьбы, они сидели в самолёте. Направление Егор держал в секрете до последнего - Алиса узнала, куда они летят, только когда в багаже оказались купальники и лёгкие платья. Греция. Маленький остров в Ионическом море, где не было ни толп туристов, ни шумных курортов. Белый дом на скале, увитый бугенвиллеей, спуск к частному пляжу, бесконечное синее море.
Они приехали туда на закате. Дом оказался именно таким, как на фотографиях: белые стены, синие ставни, терраса с видом на море. Внизу, под скалой, шептались волны. В воздухе пахло солью, хвоей и цветущим олеандром. Алиса вышла на террасу и замерла.
- Это рай, - сказала она.
- Это наш рай. На две недели.
Он обнял её сзади, положил подбородок на плечо. Они стояли и смотрели, как солнце медленно опускается в море, окрашивая небо в оранжевый, розовый и фиолетовый.
Первая ночь на острове была душной и звёздной. Они распаковали вещи, поужинали на террасе - оливки, сыр, свежий хлеб, местное вино, - а потом, даже не убрав со стола, оказались в спальне. Окна были распахнуты настежь, белые занавески колыхались от ветра, и шум моря смешивался с их дыханием.
Здесь, вдали от всего, они словно заново открывали друг друга. Без спешки, без оглядки на часы, без мыслей о том, что завтра рано вставать. Егор был ненасытен. Он касался её так, будто не мог насытиться - плечи, спина, бёдра, запястья. Он целовал каждый сантиметр её кожи, шептал её имя, и в его голосе было столько желания, что у неё кружилась голова.
- Ты как в первый раз, - прошептала она, когда он снова притянул её к себе.
- Так и есть. Каждый раз - как первый. Я не могу привыкнуть к тебе. Не хочу.
- И не надо.
Утром они проснулись поздно. Солнце стояло высоко, море сверкало. Завтрак им принесли в номер - местная женщина, которая готовила для гостей, оставила корзину с едой у двери. Они ели на террасе, голые, завернувшись в простыни. Алиса смеялась, говоря, что это неприлично. Егор отвечал, что им можно - они молодожёны.
Дни потекли, похожие один на другой, но каждый - наполненный до краёв.
Они купались в море. Вода была прозрачной, бирюзовой, и когда Алиса ныряла, ей казалось, что она плывёт в небе - такое оно было чистое. Егор плавал рядом, иногда хватал её за ногу под водой, она взвизгивала, а потом они целовались, солёные от моря. Однажды, когда пляж был совсем пустым, они занялись любовью прямо там - на песке, под шум волн. Это было дико, неожиданно и совершенно свободно. Потом они лежали, тяжело дыша, и смотрели в небо.
- Мы сумасшедшие, - сказала Алиса.
- Мы молодожёны. Нам можно.
- Если кто-то увидит...
- Никто не увидит. Это наш пляж.
Они гуляли по острову. Брали напрокат скутер и ездили по узким горным дорогам, вдыхая запах хвои и нагретой земли. Останавливались в маленьких тавернах, где хозяева не говорили по-английски, но улыбались и приносили лучшие блюда - осьминогов на гриле, мусаку, деревенское вино. Однажды они заблудились в оливковой роще и целый час искали дорогу обратно, смеясь над собственной бестолковостью. Когда наконец выбрались, солнце уже садилось, и они поехали домой по золотой от заката дороге.
Но больше всего они проводили времени в доме.
Егор не мог оторваться от неё. Это было почти первобытное, ненасытное желание, которое не ослабевало, а только росло с каждым днём. Он просыпался раньше и ждал, пока она откроет глаза, чтобы снова прикоснуться к ней. Она едва успевала проснуться, а он уже целовал её плечи, спускаясь ниже, и весь мир сужался до этой спальни, до этих простыней, до их сплетённых тел.
Однажды днём, когда жара стала невыносимой, они лежали в прохладной гостиной на каменном полу, спасаясь от зноя. Вентилятор лениво крутился под потолком. Алиса читала книгу, Егор дремал, положив голову ей на колени. Она рассеянно перебирала его волосы. Вдруг он открыл глаза и посмотрел на неё снизу вверх - тем самым взглядом, от которого у неё всё внутри переворачивалось.
- Что? - спросила она.
- Ничего. Просто ты красивая. Я уже говорил?
- Раз сто.
- Мало.
Он сел, взял книгу из её рук и отложил в сторону. Потом потянулся к ней - и мир снова исчез. Вентилятор жужжал, цикады трещали за окном, и они были одни во всей вселенной.
Другой раз была гроза. Небо потемнело, море стало серым и неспокойным. Ветер рвал ставни, где-то вдалеке громыхал гром. Они сидели на террасе под навесом, смотрели, как молнии рассекают небо. Алисе было немного страшно - она никогда не любила грозу. Егор обнял её, прижал к себе.
- Не бойся. Это просто погода.
- Я знаю. Но когда ты рядом - не страшно.
- Тогда я буду рядом всегда.
Гроза бушевала до вечера. Они перебрались в дом, зажгли свечи - электричество отключилось. Сидели в полумраке, пили вино, слушали дождь. А потом, когда гроза начала стихать, он взял её за руку и повёл в спальню. В ту ночь они любили друг друга особенно долго - под шум дождя, под раскаты далёкого грома. И это было как музыка - стихия снаружи и стихия внутри.
К концу первой недели Алиса поймала себя на мысли, что не помнит, какой сегодня день. Вторник? Суббота? Какая разница. Время здесь текло иначе. Не было расписания, не было дедлайнов, не было списка дел на завтра. Был только рассвет, полдень, закат. Был только он.
- О чём ты думаешь? - спросил Егор. Они сидели на террасе после ужина. Море было чёрным и гладким, как зеркало. В небе горели звёзды - так близко, что, казалось, можно протянуть руку.
- О том, что я не хочу, чтобы это заканчивалось. Здесь - только мы. Никаких проблем, никаких звонков, никакого прошлого. Только мы.
- Это не закончится. Мы вернёмся домой, но это - - он обвёл рукой море, звёзды, их двоих, - останется с нами. Мы будем помнить. И будем приезжать сюда. Каждый год.
- Обещаешь?
- Обещаю.
Она прижалась к нему. Где-то внизу волны разбивались о скалы. Пахло морем, олеандром и счастьем.
Вторая неделя была ещё более ленивой. Они почти не выходили из дома. Егор шутил, что они ведут себя как подростки, впервые дорвавшиеся до свободы. Алиса отвечала, что так и есть - только свобода эта была не в первый раз, а навсегда.
Однажды утром она проснулась и увидела, что его нет рядом. Вышла на террасу - он стоял, опершись на перила, и смотрел на море. Солнце только поднималось из-за горизонта, и его лучи золотили воду. Она подошла, обняла его со спины.
- Ты чего так рано?
- Не спалось. Думал.
- О чём?
- О нас. О том, что будет дальше. О том, что я хочу, чтобы у нас всё получилось. Не просто сейчас - а через пять, десять, двадцать лет.
- Получится.
- Ты так уверена?
- Да. Мы прошли через такое, что большинство пар не проходят за всю жизнь. Мы знаем друг друга настоящими. Со всеми шрамами. И мы всё ещё здесь. Это больше, чем уверенность. Это знание.
Он повернулся, взял её лицо в ладони. В его глазах было что-то, чего она раньше не видела. Не страсть, не желание. Покой.
- Я люблю тебя, - сказал он. - Иногда мне кажется, что я не заслуживаю всего этого. Тебя. Этого места. Этой жизни.
- Ты заслуживаешь. Ты заплатил за всё сполна. А теперь - пришло время получать.
Он поцеловал её. Солнце поднималось над морем, начинался новый день. Один из многих. И каждый из них был подарком.
Последний вечер на острове они провели на пляже. Разожгли костёр - Егор где-то нашёл дрова, соорудил очаг из камней. Сидели на пледе, смотрели на огонь. Море было тихим, волны едва касались берега. Где-то далеко светились огоньки рыбацких лодок.
- Ты счастлива? - спросил он.
- Это самый счастливый период в моей жизни. Я даже не знала, что так бывает. Что можно просыпаться и засыпать с одним человеком, и чтобы каждый раз это было как откровение. Чтобы каждое прикосновение - как в первый раз. Чтобы через неделю, через месяц, через год - всё ещё хотеть. Всё ещё любить. Всё ещё быть вместе.
- Это потому что мы не просто любим. Мы подходим друг другу. Как два пазла. Разные, но вместе - целое.
- Красиво сказано. Ты становишься поэтом.
- Это ты на меня влияешь.
Она положила голову ему на плечо. Звёзды горели над ними - яркие, крупные, южные. Завтра они сядут в самолёт и вернутся домой. Завтра начнётся обычная жизнь. Но эта ночь - последняя ночь медового месяца - останется с ними навсегда.
Они вернулись домой загорелыми, отдохнувшими и совершенно счастливыми. В аэропорту их встречал Михаил. Он оглядел Егора, хмыкнул.
- Выглядишь как человек, который две недели ничего не решал.
- Так и есть. Как бизнес?
- В порядке. Пара мелких проблем, но я уладил. Блог тоже жив, Лиза справляется. Можете не волноваться.
- Спасибо.
- Не за что. Это моя работа.
Вечером, когда они разобрали чемоданы и снова оказались в своей постели - уже не под шум моря, а под привычный гул города, - Алиса прижалась к Егору и сказала:
- Знаешь, я думала, что после медового месяца всё станет обычным. Рутина, быт, работа. Но знаешь что?
- Что?
- Я всё ещё хочу тебя. Так же сильно, как там, на острове. Может, даже сильнее.
- Это потому что мы - это мы. Остров не при чём.
- Наверное. Но давай будем возвращаться туда. Каждый год. Хотя бы на несколько дней. Чтобы помнить, какими мы были в самом начале.
- Договорились. Каждый год. Обещаю.
Он поцеловал её, и ночь снова стала только их. Медовый месяц закончился. Но медовое чувство - нет. Оно осталось с ними. И обещало остаться надолго. Может быть - навсегда.