Ошибка в номере, или как спасти подругу и влюбиться

Дни летели незаметно, наполненные нашими бесконечными переписками. Каждое утро начиналось с его сообщения, каждый вечер заканчивался нашим последним «спокойной ночи». Время неумолимо приближалось к Новому году.

Вот и 31 декабря. Вечером я собиралась встретиться с подругами — Ириной и Полиной, чтобы обменяться подарками. Ирина, моя лучшая школьная подруга, приехала из другого города, где училась в педагогическом колледже. Мы давно не виделись и безумно скучали друг по другу. Я уже собиралась звонить девчонкам, чтобы выйти, как на телефон пришло уведомление.

Сообщение было с телефона Кирилла. Я с радостью взяла телефон, предвкушая очередное милое сообщение, но улыбка быстро сползла с моего лица. Это была его мама.

В тексте было одно слово: «Кем вы приходитесь для Кирилла?» Я растерялась. Первая мысль — это какая-то глупая шутка. Но что-то внутри подсказало: это серьезно. Кирилл всегда говорил, что его мама классная, но очень строгая, и категорически против его общения с девушками. Я запаниковала, боясь ляпнуть что-то лишнее, и ответила, что Кирилл сам ей всё объяснит.

«Вам лучше найти другого парня, а с Кириллом прекратить общение», — пришло в ответ. Сердце упало.

Я вышла во двор, где меня уже ждали девчонки. Шел снег, хлопья медленно кружились в свете фонарей. Я обняла Ирину, вдохнув знакомый запах , а затем, едва сдерживая дрожь в голосе, рассказала им про эту странную ситуацию. Почему-то в тот момент мы все трое пришли к одному печальному выводу: Кирилл просто не хочет продолжать отношения и решил избавиться от меня таким вот «благородным» способом. Было грустно и обидно до слез, но Поля быстро подняла мне настроение.

Она вручила мне мой новогодний подарок: милую серебряную коробочку, внутри которой лежали лего в виде собачки, конфеты и нечто, завернутое в мишуру. Это был вязаный мужской член. Мы смеялись до упаду, кашляя от смеха на весь двор. Как ей только такое в голову пришло!

После мы с Полей пошли ко мне, чтобы выяснить ситуацию с Кириллом. Я взяла другой номер телефона и набрала его. Он взял трубку. Я уже приготовилась высказать ему всё, что думаю о его «гениальном» способе расставаться, как он заговорил первым.

Оказалось, его мама действительно проверяла его телефон и забрала его, запретив мне писать. А ответил он только потому, что она вышла во двор на пару минут, и он смог быстро схватить свой телефон. Я была невероятно расстроена, что его контролируют, но в то же время безумно рада, что всё хорошо, и он по-прежнему любит меня так же сильно, как и я его. Жаль только, что в Новый год мы не сможем общаться так, как я хотела. Но это не конец.

Новый год прошел довольно хорошо. Хоть и было грустно, но теперь, проснувшись рано утром первого января, я чувствовала себя по-другому. Солнце уже заглядывало в мою комнату, и в воздухе витал запах мандаринов и хвои. В родительской комнате, как обычно, шумел телевизор, но все еще спали. Я взглянула на телефон – шесть утра. И тут же замерла. Несколько сообщений от контакта "Любимый".

Сон как рукой сняло. Моментально. Я открыла чат. Несколько голосовых сообщений. Я надела наушники, которые мне вчера подарили.

Первое голосовое... Голос Кирилла, невнятный, заплетающийся. Он явно был пьян. "Почему я тебя не послушал, зачем выпил этот бокал, обещал же тебе, что не буду… я воин дракон, я тебя люблю, знаешь, да… бухой, но люблю". Я невольно хихикнула, несмотря на волнение. Ну, что ж, пьяные признания в любви мне еще не приходилось слышать. Забавно.

Но следующие сообщения... Улыбка сползла с лица, а смех застрял в горле. В них Кирилл с кем-то разговаривал. И фразы, доносившиеся из наушников, заставили мою кровь стынуть в жилах: "Иди сюда, сучка, я тебе сейчас в рот дам" и другие мерзкие, приторно-сладкие, отвратительные слова.

Противно. До тошноты. В голове пронеслось одно слово: "Козёл!" Изменяет. Мало того, что изменяет, так еще и записывает это на голосовые. Со злости я начала звонить ему. Раз. Два. Три. Каждый раз трубку сбрасывали.

Потом пришло сообщение: "Не звони. Все спят. Дура".

Эти слова ранили меня до самых слез. Обида, жгучая, невыносимая, захлестнула меня с головой. Дура? Я дура? Я продолжала звонить, обвиняя его в измене, в каждом пропущенном звонке, в каждом голосовом. Мои пальцы дрожали от злости и обиды, нажимая на кнопку вызова снова и снова.

Наконец, кажется, он понял, чего я добиваюсь и он сам позвонил мне по видео. Его лицо, немного опухшее, но с ясными глазами, появилось на экране.

Он повернул камеру, показал комнату. повсюду – только парни. Один из них, спящий на полу, получил пинок от Кирилла и пробурчал что-то недовольное.

"Ну-ка, скажи ей, что это ты был 'сучкой'!" – весело крикнул Кирилл.

Пробужденный парень, сонно протирая глаза, что-то промямлил о том, что они просто шутили, что это их обычные дурацкие приколы.

Я замерла. Потом медленно выдохнула. Глубоко-глубоко.

Смешно. Или не очень. Но смех все же прорвался наружу. Я почувствовала себя невероятной дурой. Слезы обиды высохли на щеках, оставив лишь легкое жжение. Кирилл засмеялся в ответ, глядя на мое перепуганное, а теперь уже смущенное лицо.

Убедилась?

Я кивнула, отключая вызов. Мозг, взбудораженный ночными "разборками", отказывался осознавать произошедшее. Но тело уже было измотано. Я легла обратно в постель, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. Уснуть снова было трудно, но облегчение, пришедшее после того, как все прояснилось, было огромным. Я уснула, крепко прижимая к себе мягкую собаку, которую мне подарили на день рождения, чувствуя себя невероятно глупой и невероятно счастливой одновременно.