ЧАСТЬ 3
"Прилёты, с которых всё началось."
***
Я почти уткнулась носом в стену. Видеть Шайбакову сейчас мне хотелось меньше всего. Какого чёрта?
Половица скрипнула возле двери в комнату, в которой была я. Грудь вздрогнула. Я не знала,что говорить, как себя вести. Ненависть к этому человеку все ещё сидела глубоко внутри меня, но вчера она сделала то, за что было бы правильным простить и быть благодарной. Но я не могла.
-А, хотя, она наверное спит. Не буду её тревожить. -тихо сказала Адель.
Я с облегчением выдохнула. Не сегодня.
Оказывается, Адель для этого и заходила, чтобы проверить как я. Но передумала в последний момент. Её нахождение в квартире Даши продлилось не больше пятнадцати минут. И я была безумно рада, что мне не пришлось с ней разговаривать. Я её ненавижу.
В часа два дня я заставила себя встать с кровати, принять душ и поесть, а после, поехала к нотариусу.
Все эти похоронные дела были безумно сложными. Отец при жизни говорил, что хотел бы особенный гроб, из особенного дерева. Я помнила, что он просил, но не помнила что именно. Поэтому, я заказала гроб близкий к вкусу отца.
Место на кладбище было куплено, уведомление о смерти и дата похорон разосланы нужным людям.
Сегодня был ужасный день. Как и вчера. Я села на скамейку в автобусной остановке, и просто сидела. Напротив был магазин одежды для мужчин. В нём я планировала купить отцу костюм, чтобы хоронили его в нём, но сегодня он уже закрылся. Все эти мысли заставили слезиться глаза. И вот, я уже плачу.
Возле меня стояли люди, мимо остановки проходили прохожие. Каждый из них оборачивался и с интересом рассматривал моё лицо. Каждый раз я им завидовала. Им сейчас легче,чем мне.
В шесть вечера я вернулась домой с желанием покончить с жизнью. Глаза были красными и опухшими от слёз.
-Крис? Твою мать. -сказала Даша увидев меня. Я стояла в прихожей заплаканная, пустым взглядом смотря на Каплан.
Подруга с огромным состраданием обняла меня, погладила по спине. Я заплакала снова, в этот раз навзрыд.
Думаю, когда Даша пускала меня в свою квартиру,она не думала, что все будет именно так, как сейчас. Бедная Даша.
19 октября, полдень. День похорон. Прошло четыре дня с тех пор, как Даша успокаивала меня в прихожей.
Чёрные лоферы, пиджаки, пальто. Громкий ливень стучал по стеклу автомобиля. Я видела как на улице резвятся дети, перепрыгивая через лужи. Как любящие пары целуются под дождём. Видела, как люди живут. А в моих руках две бордовые розы. Слеза тихо скатывалась по щеке. Даша, сидевшая на соседнем сидении, положила руку на моё колено, в знак поддержки.
Я устроила отцу тихие,скромные похороны. Так позволил мой бюджет. И я даже не знала, как бы отец хотел уйти из жизни. И хотел ли он вообще, чтобы те или иные люди пришли в этот день.
Я увидела кладбище. Внутри заныло.
Стояло несколько машин, священник.
Такси остановилось.
-Соболезную. -сказал водитель когда я выходила из машины. Даша взяла меня под руку, предварительно раскрыв над нами зонт. Земля от дождя набухла, и ноги почти проваливались в грязь. Запинаясь, мы дошли до уже разрытой ямы.
-Кристина Литвицкая? -спросил священник прижимая небольшую книгу к груди. Я кивнула. За последние дни мои веки стали особенно тяжёлыми.
-Примите мои соболезнования. Сегодня мы почтим память Михаила по всем правилам, и проводим на тот свет. -сказал священник с выразительной печалью в глазах. Я проигнорировала. Он каждый день был на похоронах, и другим людям говорил такие же слова.
Задержав взгляд на пустой яме сердце замерло. Где то здесь будет место, отведенное и мне тоже.
К кладбищу подъехала дюжина машин.
Родственники, друзья, бывшие коллеги и одноклассники. Каждый из них соболезновал мне, обменивался соболезнованиями друг с другом. Этот день я ненавидела с каждой минутой ещё больше. И с каждым "соболезную" я мечтала хоть на одну минуту снова попасть в день, когда мы с папой общались. Хотела увидеть, как он смеётся. Или услышать его голос.
Мы начали церемонию, когда закончился ливень. Все встали вокруг ямы, священник без остановки говорил заученную речь. Несколько мужчин погрузили гроб с отцом в могилу.
Послышались вздохи, охи, слова прощания. Церемония длилась не больше часа. Я бросила немного земли, мысленно обняла отца. Гроб засыпали землёй. Всё. Похороны закончились.
Домой мы ехали с горечью в груди. В голове не укладывалось, как мы едем в машине домой,а папа лежит под сырой землёй, холодный и мёртвый.
Всю дорогу я тихо плакала. И этого не заметила Даша. Я уже не хотела тревожить её всем этим. Она не должна так трястись надо мной.
Весь вечер я вспоминала отца, тихо сидя на кровати в своей комнате. От слёз уже болела голова, но я не могла остановиться. Я чувствовала вину. Что не была рядом последние года. Не застала его последние улыбки, появление новых морщин и скуки, в которой жил отец.
От усталости я быстро уснула.
Дни в трауре летели быстро. Я начала обильно курить, много спать, мало есть. Головная боль отвлекала от однотипных мыслей. Я не знала, как можно продолжать жить дальше как обычно. Прошло несколько дней.
-Ты должна поесть. -сказала Даша зайдя в комнату без стука. Я лежала на кровати, свернувшись в позу эмбриона.
-Позже. -ответила я, почувствовав запах домашней пиццы, доносящийся с кухни. Живот заурчал. Подруга села возле меня, и безнадёжно стала гладить меня по голове.
-Я не могу смотреть на то, как ты мучаешься. -сказала Даша.
-Тогда усыпи меня. -хрипло ответила я, и встала с кровати. Взяв пачку сигарет с тумбочки, ноги поволокли меня на балкон.
-Это уже вторая пачка за сегодня? -спросила подруга с удивлением в голосе.
-Заканчивается.
Я открыла дверь на балкон, и сильный ветер хлынул мне в лицо. По тонкой коже пробежали мурашки. Скоро ноябрь.
Я закурила мятную сигарету, в груди отдалось болью. Через стекло, я увидела отражение Даши. Она стояла за дверью балкона, и печально смотрела на меня. Я обернулась, и Даша тут же ушла.
Стало противно от своего поведения.
Прошло немного времени, прежде чем я пришла в себя. Как раз подошла дата, когда нужно было ехать к себе домой.
Солнце в этот день светило ярко. Лучи пробирались в серые здания, согревая души уставшим людям.
-Ты уже не такая бледная. -заметила Даша наблюдая за тем, как я пью чай.
-Все благодаря тебе, Даш.
Через полтора часа за мной должно заехать такси. Я уезжаю, и в дорогу Даша испекла мне имбирное печенье.
На фоне по телевизору шли новости. Мы с Дашей почти каждое утро их включали, но никогда не смотрели. Но это утро стало исключением.
-В регионе объявлен режим опасности атаки беспилотников. В данный момент Белгородская и Курская области находятся в красной зоне опасности. Многие рейсы подверглись задержке, а некоторые отменены вовсе.-передала по новостям телеведущая. Мы с Дашей переглянулись.
-Ты никуда не едешь. -сказала подруга.
-Я же на машине, со мной ничего не случится. -ответила я, поставив пустую кружку в раковину.
-Как сообщают местные власти, в результате падения обломков повреждено уже более тридцати частных домов, и около пятнадцати зданий из двух областей пострадали в результате прилетов. На месте работают оперативные службы.-передавали по новостям, прилагая к информации фото и видео с мест происшествий. Даша резко встала из-за стола и пошла в комнату. Я пошла за ней.
-Что ты делаешь?-удивилась я, увидев,что подруга показательно разбирает мои сумки с вещами.
-Я слишком дорожу тобой, чтобы отпустить. Подождёшь,пока все стихнет.-ответила Даша кидая мои шорты на кровать. Я вздохнула.
-У меня работа.
-Плевать. Ты останешься. -истерично сказала Даша. Мне оставалось только тереть переносицу. Иногда, забота подруги были через чур настырной.
Я взяла телефон, набрала номер, чтобы отменить такси. Но никто не брал трубку. Нахмурившись, я села на кровать. Даша продолжала разбирать сумки, как вдруг в дверь кто-то постучал. Мы с подругой снова переглянулись. Я тревожно встала, и не посмотрев в глазок, отворила дверь.
-Прилёты, там, прям по домам. Уже окна выбивает!-сказала запыханная Адель, ворвавшись на порог квартиры.
Я округлила глаза от неожиданности, а потом от тревоги.
______________________________________________
Извините за длительное ожидание продолжения.