Глава 14.Ночевка
Пока я жадно уплетала ложку за ложкой, Гюзаль тихо сказала:
- У тебя такая классная мама...
Она задумчиво помешивала суп ложкой.
Я на секунду перестала есть и улыбнулась.
- Знаю...
Я посмотрела в сторону кухни, где мама что-то делала.
- Она хорошая.
Гюзаль тяжело вздохнула.
- Наверное... такой и должна быть мама.
На мгновение я задумалась.
А потом просто вложила свою ладонь в её.
- Тогда считай, что моя мама теперь немного и твоя.
Гюзаль удивлённо посмотрела на меня.
- Ведь она же назвала Демира своим сыном, правда?
На её лице появилась тёплая улыбка.
Она тихо рассмеялась и ласково погладила меня по голове.
- Маленькая ты совсем, Ами...
Она покачала головой.
- И такая смешная.
Я лишь нахмурилась.
- Я вообще-то уже взрослая!
Но Гюзаль только ещё сильнее рассмеялась.
---
Наконец мы поднялись наверх и легли на мою кровать под мягкое тёплое одеяло.
- У-ух... как я устала...
Я даже не стала переодеваться и просто плюхнулась на кровать прямо в домашней одежде.
Гюзаль рассмеялась и сделала то же самое.
- Эхэ, Ами...
Она повернула голову в мою сторону.
- Я говорила, что люблю тебя?
Я тоже улыбнулась.
- Нет.
Она задумалась на секунду, а потом серьёзно сказала:
- Тогда говорю сейчас.
Я тихо рассмеялась.
- Какая ты всё-таки странная, Гюзи.
Но внутри мне было так тепло.
После всех тяжёлых дней...
После больницы.
После страха.
После слёз...
Наконец рядом был человек, с которым можно было просто лежать, смеяться и чувствовать себя дома.Я думала, что мы будем болтать всю ночь.
Обсуждать всё на свете, смеяться, вспоминать смешные моменты...
Но, конечно же, обе мы просто вырубились, как только часы пробили 22:00.
Слишком много всего произошло за последние дни.
Слишком много эмоций.
Наутро мы так же вместе проснулись и отправились в школу.
И так прошёл месяц.
Месяц, который изменил многое.
Гюзаль решила пожить у нас.
И, честно говоря, мы с мамой были только рады.
Дом стал немного шумнее.
Теплее.
Теперь по утрам кто-то ещё торопился в школу, кто-то забывал свои вещи, а Муиза иногда смотрела на нас так, будто мы нарушили её спокойную жизнь.
Но мне нравилось.
Мне нравилось, что Гюзаль больше не была одна.
Мне нравилось видеть, как её улыбка постепенно возвращается.
А я...
Я всё это время продолжала ходить к Демиру в больницу.
Каждый день.
Я садилась возле его кровати и рассказывала ему всё.
О том, как прошёл мой день.
О школе.
О Гюзаль.
О Муизе.
О том, как мама готовила.
О том, как я скучала по нему.
Я даже начала вести дневник.
Не для себя.
Для него.
Чтобы однажды, когда он откроет глаза, я смогла сесть рядом и сказать:
«Демир... пока ты спал, столько всего произошло».
Я записывала каждую мелочь.
Каждую мысль.
Каждый момент.
Потому что верила...
Он обязательно это услышит.
А ещё я стала больше уделять времени Корану.
Больше делать дуа.
Каждую ночь я просила Всевышнего только об одном.
О здоровье Демира.
О том, чтобы он снова открыл глаза.
О том, чтобы однажды я снова услышала знакомое:
- Акилсыз...
И чтобы после этого я могла улыбнуться и ответить:
- Котожор.
Потому что иногда самое большое чудо - это просто снова увидеть человека, которого любишь, рядом с собой.