Когда улыбка Чонгука важнее контракта

ОТ ЛИЦА ЧЕЁН (РОЗЕ)

Я, после всей этой своей огромной, наэлектризованной поэмы про Дженни и Юнги, жутко сильно хотела поскорее уйти к себе в номер. Сердце колотилось где-то в районе горла, а лицо до сих пор сокрушительно горело пунцовым румянцем смущения после того, как я драматично упала на колени на глазах у Сахарка.

И вдруг прямо посреди этого длинного бельгийского коридора ХАЙБа я отчётливо увидела знакомую, родную тень Чимина.

Мне в ту же микросекунду стало так жутко страшно! Настоящая паника накрыла меня с головой, и мне дико захотелось прямо сейчас уйти отсюда куда-нибудь подальше, лишь бы спрятаться от его внимательного взгляда под блондинистой чёлкой. А если... Если я в таком стрессе сейчас опять что-то случайно нагло перепутаю?

Но с другой стороны, я ведь прекрасно знала, что у нашего нежного вокалиста сейчас разбито сердце из-за Лалисы, и мне, как хорошей подруге, нужно было во что бы то ни стало его поддержать! Я обязана была включить мозг, отбросить трусость и закрыть этот регламент неловкости.

— Розе? Ты чего это сейчас стоишь тут одна такая жутко грустная? — вдруг тихо спросил Чимин, медленно повернулся ко мне со стороны лестницы. Наш ласковый ангелок утомлённо вздохнул, слегка пошмыгивая носом, и испуганно округлил свои очаровательные глаза-щёлочки, заглядывая мне прямо в лицо.

— А? Д-да... То есть нет! Я вообще ни разу не грустная, Чимин-щи! — панически, лихорадочно заикаясь от пусанского ангста, истошно вывалила я, судорожно сжимая пальцами ткань своей кофты. — Это... Это я просто капец как серьёзно задумалась!

— Ладно, хорошо, — Чимин очаровательно, жутко ласково улыбнулся, капризно выпятив губу. — Раз уж мы оба до сих пор не спим... Хочешь прямо сейчас вместе прогуляться и просто пройтись по этим тёмным коридорам отеля?

— Что?! Ты... Ты сейчас на полном серьёзе меня приглашаешь?! — в тотальном шоке и панике выкрикнула я, ошарашенно захлопав ресницами и чувствовала, как по коже побежали огромные мурашки. А затем я панически прикусила себе язык под чёлкой и лихорадочно, смущённо исправилась: — Конечно, я согласна! Ой, в смысле... Ну, я могу составить тебе компанию по работе стаффа, если тебе скучно!

Я шла совсем рядом с ним, чувствуя, как от его плеча исходит такое жутко приятное, обжигающее тепло. Когда Пак Чимин находился в такой запредельной близости от меня, дышать под блондинистой чёлкой становилось жутко трудно!

Но просто так молчать всю дорогу ведь тоже ни+уя не надо было! И почему, ну почему перед девчонками из нашей банды стаффа и даже перед суровым Юнги я могу сокрушительно отбросить всю скромность, включить актрису и хоть на колени упасть ради шекспировской поэмы? Что я, собственно, только что на глазах у Джису и сделала! А тут... Стоило этому нежному пусанскому вокалисту оказаться рядом, как вся моя наглая уверенность стилистки пулей испарилась, а предохранители в голове напрочь сорвало от паники.

— Чимин-щи... Сегодня такой прекрасный пень!... — робко выдохнула я посреди затихшего коридора ХАЙБа, заливаясь густым, пунцовым румянцем до самых кончиков ушей. Моё сердце сокрушительно ушло в пятки от тотального позора. Я судорожно замахала руками и лихорадочно, заикаясь, исправилась: — Э-э-э, точнее, день! Прекрасный день! Я... я глупо ошиблась, не обращай внимания!

— Тебе что, жутко страшно стоять здесь посреди этих тёмных коридоров отеля? — Чимин ласково, жутко тепло улыбнулся, капризно выпятив губу. Наш нежный вокалист поудобнее перехватил рукава своей кофты, иронично сощурил свои очаровательные глаза-щёлочки и предложил: — Ладно, Розе, пошли тогда лучше прямо ко мне в номер. Там тепло, и пресса нас точно не подслушает.

Только не это! Спасите личного стилиста ХАЙБа! Оказаться там, в абсолютно закрытом, уединённом пространстве, один на один прямо рядом с ним в его комнате?! Да за такую наглую субординацию не то что все Арми и Блинки мира на Ваттпаде — я сама себя на месте со всей дури прибью!

— Чимин-щи, я... я жутко боюсь... — робко, еле слышно прошептала я под своей блондинистой чёлкой, судорожно сжимая пальцами ткань кофты и заливаясь густым, пунцовым румянцем смущения до самых кончиков ушей.

Чимин от моих слов вдруг улыбнулся такой запредельно доброй, каноничной и ласковой улыбкой, что я чуть сокрушительно не упала прямо на ковровую дорожку Брюсселя от тотального шока. Боже, ну до чего же классная, жутко красивая у него улыбка, когда он находится в такой безумной близости от меня! Все маркерные буквы «ЛМ» и слёзы в подушку моментально вылетели из моей головы.

— Да ладно тебе, Чеён, всё нормально будет, честное слово, — бархатным пусанским тоном пробормотал парень, делая один уверенный шаг вперёд и заглядывая мне прямо в глаза. — Я тебя ни разу пальцем не трону без твоего согласия.

— Правда?.. — я ошарашенно захлопав ресницами, полностью теряя остатки контроля. Мой мозг окончательно отключился от пусанского ангста, и я наэлектризованно выдала вслух самую опасную вещь: — А... Ну, я на самом деле тебе там, в номере, хотела кое-что жутко важное сказать...

О БОЖЕ, ДА ЧТО Я ВООБЩЕ СЕЙЧАС ТАКОЕ ГЛУПОЕ ЛЯПНУЛА ПРЯМО ЕМУ В ЛИЦО?! КАКАЯ ЖЕ Я ВСЁ-ТАКИ ТОТАЛЬНАЯ ДУРА, СЛОВ НЕТ!!! Мой язык моментально выдал мой позор! Я ведь сейчас на ровном месте едва не рассекретила, что вся та огромная ночная поэма на коленях про сладкие речи и мучения предназначалась вовсе не Дженни, а именно ему!

Чимин уверенно шёл впереди по ковровой дорожке, а я просто послушно плелась сзади, словно меня прямо сейчас официально приговорили к пожизненному сроку. Каждая секунда этого пути и каждый шаг были для меня самым настоящим, жутко тяжёлым испытанием.

Наконец мы дошли до его номера и переступили порог апартаментов ХАЙБа. Я изо всех сил упрямо отводила взгляд в сторону, отчаянно пытаясь не смотреть на ту самую зловещую маркерную надпись «ЛМ» на стене, которая до сих пор напоминала мне о его разбитом сердце. Чимин аккуратно присел на мягкий диван, вальяжно поправил рукава своей кофты и наэлектризованно уставился мне прямо в глаза, причём сам он был жутко спокоен и явно вообще ни разу не волновался.

— Ну так что, Розе? Про новые стили причёсок для мирового тура поговорить хотела? Или о чём? — ласково спросил наш нежный вокалист, капризно выпятив губу и иронично сощурив свои очаровательные глаза-щёлочки.

— Н-нет... Ну это... — я панически заикалась, чувствуя, как лицо моментально обдаёт мощным, пунцовым румянцем смущения до самых кончиков ушей. Я изо всех своих последних девичьих сил безумно хотела прямо сейчас открыто признаться ему в своей слепой любви! И в этот критический момент от тотального страха я совершила одну жутко глупую ошибку: я мысленно представила, что передо мной на диване сидит вовсе не Пак Чимин, а Лалиса, Дженни и Джису, собранные вместе только в одном этом мужском теле. Словно я снова стою на коленях посреди коридора и репетирую подкат!

Вся моя трусость стилистки в ту же микросекунду испарилась. Я судорожно сжала пальцами ткань кофты, набрала в лёгкие побольше воздуха и на одном дыхании нагло выдала ему этот сокрушительный вопрос прямо в лицо:

— Чимин-щи... Скажи честно, ты... ты хоть один раз за всё это время нашего мирового тура замечал меня... не как обычную сотрудницу стаффа или просто хорошую подругу по работе?

Если честно, когда я мысленно представила на его месте девочек, мне действительно на пару секунд стало жутко спокойней. Вся эта наэлектризованная, удушающая паника перед парнем немного отступила. Правда, смотреть ему прямо в его пронизывающие глаза мне всё равно ни+уя не хотелось, поэтому я упрямо уставилась в пол, лихорадочно разглядывая узор на ковре отеля.

Но Чимин упорно молчал. Проходила секунда за секундой, а в номере до сих пор стояла леденящая, просто гробовая тишина. Я испуганно сглотнула, чувствуя, как моё лицо сокрушительно заливается пунцовым румянцем стыда до самых кончиков ушей. Он наверно просто намертво завис от такого моего наглого вопроса в лоб... Или... О БОЖЕ, ИЛИ ОН ПРЯМО СЕЙЧАС ТАК ОФИЦИАЛЬНО И БЕЗ СЛОВ ПЫТАЕТСЯ МНЕ НАМЕКНУТЬ, ЧТО СОВЕРШЕННО НИ+РАЗУ НЕ ЛЮБИТ МЕНЯ?! У меня внутри всё сильно сжалось от подкатившего ангста. В голове моментально всплыли те маркерные буквы «ЛМ» на стене, и мне дико, жутко захотелось прямо сейчас разреветься и пулей убежать обратно к себе в комнату!

— Чимин-щи... Ну скажи уже хоть что-нибудь, умоляю тебя, не молчи так, — жутко тихо, робко выдохнула я под своей блондинистой чёлкой, судорожно сжимая пальцами ткань кофты и едва сдерживая горькие слёзы. — Я... ну... это... как тебе сказать? Ну...

Я в ту же секунду испуганно подумала, что ему, наверное, сейчас много времени нужно. Просто чтобы окончательно понять, КАКАЯ ЖЕ ВСЁ-ТАКИ ТУПАЯ ДУРА ЕМУ СЕЙЧАС ТУТ В СВОЕЙ ЛЮБВИ ПРИЗНАЛАСЬ! Моё сердце сокрушительно ушло куда-то глубоко в пятки от тотального позора.

Я быстро, жутко нервно схватила со стола свою рабочую сумку стилиста, намертво вцепилась в ремешок пальцами и уже лихорадочно начала искать глазами спасительный выход из этих апартаментов ХАЙБа. Мне дико хотелось пулей выскочить в тёмный коридор, запереться у себя и горько разрыдаться в мокрую подушку.

Хотя Пак Чимин мне совершенно не дал сбежать из этой ловушки. Наш нежный вокалист одним резким, наэлектризованно движением уверенного в себе парня пафосно встал с дивана, мгновенно преграждая мне путь своим сильным телом. Его очаровательные глаза-щёлочки смотрели на меня жутко серьёзно, а пунцовый румянец смущения уже вовсю заливал его щёки до самых кончиков ушей.

— Розе, погоди... Останься здесь, — жутко тихо, леденящим и жутко низким, бархатным пусанским тоном пробормотал он прямо мне в лицо.

— Ч-ч-что?! — в тотальном шоке и панике еле слышно пискнула я, ошарашенно заклипав ресницами и осознала, как по коже бегут огромные мурашки. Я от такого сокрушительного приказа чуть со всей дури не упала прямо на ковёр посреди его номера! Предохранители в моей голове окончательно сорвало. Значит... Получается, свой самый главный ответ по нашему контракту чувств он готов дать мне прямо здесь и сейчас?! Ну вот зачем, зачем я ему вообще сдуру призналась?! Зачем я нарушила всю субординацию стаффа?! Ну какова же дура!

— Чимин-щи... Разве я вообще достойна сейчас услышать твои ответные слова? — жутко тихо, робко прошептала я под своей блондинистой чёлкой, упрямо пряча глаза в пол и едва сдерживая горькие слёзы смущения.

— Не достойна, — жутко тихим и серьёзным пусанским тоном выдал парень, замирая прямо напротив меня. Так я внутри себя сокрушительно и знала! Моё сердце испуганно упало куда-то в район пяток. Мне дико захотелось бросить свою рабочую книгу, разрыдаться и пулей убежать из его номера. Но Чимин ласково сощурил свои очаровательные глаза-щёлочки и жутко нежно добавил:

— Ты прямо сейчас достойна исключительно моих действий, Чеён.

О Боже, ну и жутко неожиданная концовка фразы! Ой! Бли-и-ин, да что вообще весь этот его романтичный пусанский настрой сейчас должен значит для меня?! Пока мой мозг лихорадочно пытался переварить шок, Чимин медленно сделал один уверенный шаг вперёд. Он бережно, жутко ласково переплёл свои маленькие тёплые пальцы с моими, заставляя по всей моей коже побежать огромные мурашки. Как же мне сейчас одновременно до безумия хочется пулей убежать отсюда куда-нибудь подальше от этого смущения... Но в то же самое время остаться здесь с ним на веки вечные!

Чимин своей свободной, мягкой рукой аккуратно приподнял мою голову за подбородок повыше, заставляя меня наконец-то открыто посмотреть прямо в его бархатные глаза. Моё лицо в эту микросекунду моментально полыхнуло пунцовым румянцем жарче, чем все кулинарные плиты на шоу! А моё несчастное влюблённое сердце прямо сейчас можно было смело и беспрекословно отпускать на любые спортивные гонки — оно без всякой физкультуры сокрушительно заняло бы там самое первое, победное место по скорости стука!

— Прости меня, Чеён, — жутко тихо, бархатным и невероятно нежным пусанским тоном пробормотал Чимин, преданно всматриваясь в мои глаза и бережно сжимая мои пальцы в своих руках. — Прости меня за всё. За то, что раньше ни разу не замечал твоих горьких слёз в подушку. За то, что заставил тебя так сильно страдать всё это время.

И прямо в этот самый наэлектризованный момент его горящие, милые и такие родные губы аккуратно, жутко ласково коснулись моих. В ту же микросекунду весь мир вокруг нас просто сокрушительно перестал существовать. Если бы прямо сейчас кто-то подошёл ко мне и строго спросил, как вообще нужно правильно дышать в этой жизни — ответить я бы точно не смогла! Моё дыхание полностью перехватило от запредельного счастья. Ни единой капли прошлого фанатского страха или неуверенности во мне больше не осталось. Я была настолько сильно заворожена его нежностью, что не могла даже шепнуть хоть одно лишнее слово, полностью растворяясь в его руках. Вся комната наполнилась жутко сладким, тёплым пламенем.

И именно в этот безумный момент, когда наши чувства взлетели на самую вершину, от дальнейшей романтической неловкости меня сокрушительно спасла... Лалиса! Входная дубовая дверь с оглушительным грохотом распахнулась, и моя лучшая подруга со всей дури пафосно упала лицом прямо на ковёр в квартиру, лихорадочно утирая нос! А следом за ней, тяжело дыша и жутко нервно заталкивая рукава, ворвались взбешённый Чонгук и Ким Тэхён со своей взъерошенной тёмной чёлкой! Вся наша уединённая сказка в ту же секунду превратилась в угарный хаос!

Конец бонус серии