« Дорога к свету »

В среду утром Брэд переступил порог школы в весьма помятом и непривычном для себя состоянии. От его фирменной, вальяжной походки уверенного в себе капитана футбольной команды не осталось и следа. Плечи жутко ныли, спину ломило после каждого шага, а на ладонях красовались огромные, наспех заклеенные широкими белыми пластырями мозоли. Каждое, даже самое простое движение давалось ему с явным трудом. На первом же уроке европейской истории Брэд с трудом удерживал обычную шариковую ручку, морщась и тихо шипя от боли при каждом нажатии. Это зрелище, конечно же, не укрылось от зоркого и проницательного взгляда Ирем, которая сидела всего через два ряда от него и внимательно наблюдала за его мучениями.

Когда наконец прозвенел долгожданный звонок на большую перемену, Карима и Ирем, весело обсуждая предстоящие выходные, направились в общую школьную столовую. Брэд уже сидел за своим привычным угловым столом. Но сегодня вокруг него не было шумной компании футболистов. Он сидел совершенно один, уныло и безуспешно пытаясь открыть тугую крышку пластиковой бутылки с апельсиновым соком своими стёртыми в кровь ладонями. Его лицо кривилось от острой боли при каждом новом усилии.

Девочки со своими подносами остановились прямо напротив его стола. Ирем, бросив всего один единственный взгляд на обилие белых пластырей на его пальцах и на его измученную, но странно гордую физиономию, мгновенно обо всём догадалась. Её тёмные глаза весело блеснули, а на губах заиграла та самая хитрая, фирменная стамбульская ухмылка. Она слишком хорошо знала суровый характер своего соседа Тарика и сразу поняла, чьих рук это дело.

Ирем: (нарочито громко, так что обернулись ученики за соседним столом, и присаживаясь на край стула) О, Брэд! Привет! Что сегодня случилось с твоими чемпионскими руками лидера школы? Неужели на утренней тренировке по футболу тренер заставил вас разгружать целые вагоны с углём? Или ты внезапно открыл в себе скрытую страсть к автомеханике и тяжёлому физическому труду на самой окраине Бруклина?
Брэд: (его лицо в одно мгновение покраснело до самых ушей, и он судорожно попытался спрятать свои руки глубоко под стол) Привет, девчонки... Да нет, вы чего. Просто... обычные домашние дела. Решил вчера немного помочь кое-кому в одном старом гараже. Ерунда короче, ничего особенного, завтра уже всё заживёт.
Карима: (искренне удивившись и с лёгкой тревогой всматриваясь в его исцарапанные, заклеенные пальцы) Брэд, тебе нужно быть гораздо аккуратнее с такими вещами. В такие глубокие открытые мозоли можно запросто занести какую-нибудь дорожную инфекцию. Хочешь, я попрошу в школьном медпункте хорошую заживляющую мазь на травах? У меня брат Тарик тоже часто допоздна возится в гараже с папой, у него после работы всегда точно такие же руки. Это действительно очень тяжёлый и опасный труд, я знаю.

Брэд буквально замер на месте, перестав дышать. Он смотрел на Кариму, на её чистый, открытый взгляд, и его сердце бешено, оглушительно заколотилось в груди от её неожиданной, мягкой и такой искренней женской заботы. В этот миг он напрочь позабыл и про жуткую боль в ладонях, и про усталость в спине.

Ирем: (едва сдерживая громкий смех и очень красноречиво, весело подмигнув Брэду) Да-да, Карима абсолютно права! Ты обязательно прими её совет. И обязательно передай своему таинственному «кое-кому в гараже», что его практические уроки скромности очень эффективны, но хорошая мазь тебе сегодня точно пригодится. Кстати, Брэд, этот самый «кое-кто» просил передать, что сегодня вечером сломанный карбюратор ждёт своего продолжения. Смотри не опоздай на вторую лекцию, учитель не любит ждать!

Карима удивлённо и недоумённо перевела взгляд с улыбающейся во весь рот Ирем на густо краснеющего, смущённого Брэда, совершенно не понимая скрытого смысла их забавного и загадочного диалога. Ирем шустро подхватила подругу под руку и потащила её к выходу из столовой, тихо и победоносно хихикая в кулак.

Брэд остался сидеть за столом, наконец-то сумев с сотой попытки открыть этот злосчастный сок. Руки горели огнём, но на его лице впервые за всё это тяжёлое утро появилась счастливая, широкая и немного глупая улыбка. Он окончательно понял: Тарик не соврал ему в гараже. Честный труд, отказ от прежней гордости и уважение к правилам действительно начали топить лед. Пускай пока только через весёлые шутки Ирем, но Карима впервые в жизни заметила его по-настоящему, как мужчину.