Наш маленький остров надежды

До звонка будильника оставалось несколько минут.
Квартира тонула в предрассветной тишине.
До Хён проснулся почти сразу, словно организм и сам понимал, что впереди необычный день.
Он сел на край кровати и некоторое время просто смотрел в окно.
Над городом медленно занимался рассвет.
Высотные дома еще скрывались в легкой дымке, а первые лучи солнца окрашивали стеклянные фасады в теплый золотистый цвет.
Когда-то именно этот вид убедил его купить квартиру.
Тогда ему казалось, что каждое утро, встречая восход над Сеулом, он будет чувствовать вдохновение.
Потом наступили годы бесконечных дежурств.
Иногда он возвращался домой уже после рассвета.
Иногда уходил затемно.
И очень скоро перестал замечать, какой вид открывается из окна.
Сегодня он смотрел на город так внимательно, будто видел его впервые.

В квартире почти ничего не осталось.
Два чемодана стояли у двери.
Небольшой рюкзак с ноутбуком и документами лежал на диване.
До Хён медленно прошелся по комнатам.
Проверил выключатели.
Закрыл окна.
Поставил ключи на тумбу в прихожей.
Потом снова взял их в руку.
Дом.
Странное слово.
За последние годы эта квартира стала скорее местом, где он спал между сменами, чем настоящим домом.
Он выключил свет.
Запер дверь.
И, не оглядываясь, направился к лифту.

Такси ехало по еще полупустым улицам.
Водитель оказался разговорчивым мужчиной лет шестидесяти.
Он несколько раз посмотрел в зеркало заднего вида.
— В аэропорт?
— Да.
— Командировка?
До Хён ненадолго задумался.
— Можно и так сказать.
— Надолго?
— На год.
Водитель присвистнул.
— Значит, серьезная командировка.
Ответа не последовало.
Но мужчина не обиделся.
Он словно почувствовал, что пассажир не из тех, кто любит долгие разговоры.
Некоторое время они ехали молча.
По радио негромко звучала старая песня.
За окнами медленно просыпался город.
У круглосуточных кафе уже выстраивались первые очереди.
Открывались небольшие магазины.
По велосипедной дорожке торопились курьеры.
Водитель вдруг снова заговорил.
— На Чеджу?
До Хён удивленно посмотрел на него.
— Как вы догадались?
— Чемоданы.
— Простите?
— Обычно люди с такими чемоданами либо летят на Чеджу, либо за границу.
До Хён едва заметно улыбнулся.
— Логично.
— Отдыхать?
— Работать.
— Тогда тем более хорошо.
— Почему?
Мужчина пожал плечами.
— Работать можно где угодно.
А море есть не везде.
До Хён перевел взгляд на окно.
Интересно.
Уже второй человек за последние сутки говорит ему о море.

Аэропорт встретил привычной суетой.
Объявления о посадке.
Гул голосов.
Чемоданы, катившиеся по блестящему полу.
До Хён зарегистрировал багаж, прошел досмотр и, оказавшись в зоне ожидания, впервые за долгое время понял, что ему совершенно нечем заняться.
Он машинально потянулся к телефону.
Несколько непрочитанных сообщений.
Ординаторы прислали фотографию всего отделения с короткой подписью:
«Возвращайтесь через год. Мы обещаем не развалить отделение.»
До Хён долго смотрел на снимок.
Потом написал всего одну строчку.
«Берегите пациентов.»
Через несколько секунд посыпались ответы.
«Есть, профессор!»
«Будем стараться!»
«Не переживайте.»
Он убрал телефон.
Непривычное чувство.
Кажется, впервые за долгое время он уезжал, не думая о том, кто проведет вместо него операцию.
Отделение продолжало жить.
Без него.
И это почему-то приносило спокойствие.

— Рейс до Чеджу объявляет посадку...
До Хён поднялся.
Пассажиры медленно двинулись к выходу.
В самолете ему досталось место у окна.
Когда лайнер начал набирать высоту, Сеул постепенно уменьшался.
Улицы превращались в тонкие линии.
Машины — в едва заметные точки.
Облака медленно закрывали город.
Через несколько минут в иллюминаторе осталось только яркое утреннее солнце.
До Хён откинулся на спинку кресла.
Полет должен был занять чуть больше часа.
Он достал из рюкзака папку, которую ему передали в администрации больницы.
На первой странице была краткая информация о больнице «Ханыль».
Количество коек.
Структура отделений.
Штат сотрудников.
Дальше следовал список врачей.
Он медленно пробежал взглядом по фамилиям.
Затем перевернул страницу.
Здесь находился список старших медицинских сестер каждого отделения.
Его взгляд невольно остановился на одной фамилии.
Юн Ха Ныль.
Старшая медицинская сестра хирургического отделения.
Стаж — шесть лет.
Небольшая фотография для служебного удостоверения.
Строгая прическа.
Спокойный взгляд.
Почти незаметная улыбка.
До Хён задержался на фотографии всего на пару секунд.
Не потому, что она чем-то его поразила.
Просто привычка.
Он всегда запоминал лица людей, с которыми предстояло работать.
Закрыв папку, он снова посмотрел в иллюминатор.
Под крылом самолета уже расстилалось бескрайнее море.
Темно-синее.
Спокойное.
Совсем не похожее на бетонные улицы, к которым он привык.