Холдинг: пересечение любви

В просторной, залитой мягким светом гримерной загородного ресторанного комплекса царила предпраздничная суета. С момента того самого незабываемого предложения в Киото прошло около трех месяцев. За это время в жизни Кан Ха Ын и Хан Су Гана не было крупных размолвок — лишь редкие, едва заметные вспышки легкой взаимной ревности, которые только подчеркивали, насколько они дороги друг другу. Су Ган по-прежнему оберегал свою избранницу от любых внешних тревог и нападок прессы, а Ха Ын в ответ окружала его искренней, глубокой любовью и заботой.
Сегодня был день их свадьбы. На Ри аккуратно расправляла длинную фату, пока Ха Ын стояла перед огромным зеркалом, слегка дрожа от приятного волнения. Её свадебное платье было безупречным — роскошным, элегантным и во много раз превосходящим то, что ей приходилось надевать в прошлом. Су Ган лично нашел лучших мировых дизайнеров, чтобы они сшили наряд по индивидуальным эскизам и пожеланиям Ха Ын, и сам строго контролировал каждый этап работы, стремясь довести всё до идеала.
— Ну все, Кан Ха Ын... ой, то есть теперь уже Хан Ха Ын, ты полностью готова, — с теплой улыбкой произнесла На Ри, мягко положив ладони на плечи подруги.
Ха Ын искренне и счастливо улыбнулась своему отражению. Девушки крепко обнялись, после чего направились к массивным дверям, ведущим к началу свадебного алтаря.
Под вспышками сотен камер
У алтаря, оформленного каскадами живых цветов, уже ждал Хан Су Ган. Он выглядел невероятно статно и серьезно в безупречно скроенном черном смокинге. В руках мужчина держал огромный, пышный букет из белоснежных пионов. Как только двери распахнулись и он увидел свою любимую, суровое выражение его лица мгновенно исчезло, а взгляд стал удивительно мягким и теплым.
Когда Ха Ын вышла в зал, аккуратно придерживая под руку На Ри, десятки приглашенных фотографов одновременно нажали на затворы камер. Вспышки не прекращались ни на секунду, фиксируя каждый шаг невесты. Дойдя до середины дорожки, На Ри бережно передала руку подруги Су Гану и тихо, с легким волнением в голосе, произнесла:
— Береги её, Су Ган. Она заслуживает самого лучшего.
Су Ган лишь мягко и уверенно улыбнулся в ответ. Приняв ладонь Ха Ын, он вручил ей букет и бережно подвел к алтарю.
Регистратор, стоявший перед ними, открыл памятную книгу и торжественно начал:
— Господин Хан Су Ган, готовы ли вы взять в жены прекрасную Ха Ын, быть для нее надежной опорой и всегда поддерживать в любых жизненных ситуациях?
— Да, — четко, громко и без секундного колебания произнес Су Ган.
— Госпожа Кан Ха Ын, готовы ли вы выйти замуж за Су Гана, быть всегда вместе и разделять с ним все радости и трудности?
Ха Ын сделала короткую, наполненную искренними эмоциями паузу, и отчетливо произнесла:
— ДА!
Улыбаясь, она высоко подняла букет невесты и счастливо помахала рукой гостям. Су Ган, стоявший рядом, не мог отвести восхищенного взгляда от своей жены. На Ри поднесла на бархатной подушечке обручальные кольца. Молодожены надели их друг другу на пальцы и закрепили свои клятвы нежным, долгим поцелуем.
— Отныне Ха Ын официально стала госпожой Хан! Поздравляем молодоженов! — объявил регистратор.
Весь зал одновременно поднялся со своих мест, взорвавшись громкими аплодисментами. Где-то в углу террасы, слегка обнявшись, стояли Ли Сок Хун и На Ри — за эти насыщенные месяцы совместной работы их отношения тоже переросли в крепкий и гармоничный союз.
Три года спустя
Время летело незаметно. В загородном особняке Хан Су Гана больше никогда не было прежней угнетающей, стерильной тишины. Каждое утро мужчины начиналось одинаково прекрасно: он просыпался рядом с любимой женой и неизменно вдыхал аромат её волос, который по-прежнему оставался для него лучшим источником спокойствия. Иногда, открывая глаза, он сразу видел Ха Ын на кухне, увлеченно готовящую для них завтрак.
Их дом наполнился новой жизнью и веселым шумом — у супругов подрастала маленькая дочка, которой недавно исполнилось полтора года. Девочка росла удивительно милой, красивой и унаследовала лучшие черты своих родителей.
В один из обычных вечеров Су Ган вернулся домой после затянувшихся переговоров в холдинге. Ха Ын уже успела накрыть на стол, и они вместе с дочерью с нетерпением ждали главу семейства. Услышав знакомый щелчок открывающейся входной двери, малышка тут же радостно побежала в прихожую.
— Папа! — пролепетала она, протягивая маленькие ручки.
Су Ган с улыбкой подхватил дочь на руки, крепко обнял, поцеловал в щеку и аккуратно опустил обратно на пол. После этого он прошел на кухню, где у плиты стояла Ха Ын. Мужчина подошел со спины, надежно обхватил её за талию и коротко, но с нескрываемой нежностью поцеловал в губы.
За ужином в уютной семейной обстановке они начали вспоминать свои первые недели совместной работы в офисе — то, как Ха Ын иногда забавно путалась в строгих графиках, роняла папки и искренне переживала из-за каждой мелочи. Эти воспоминания вызвали у обоих добрый, счастливый смех.
Позже, когда утомленная играми дочка наконец уснула в своей комнате, Су Ган и Ха Ын вышли на просторный балкон второго этажа. Мужчина крепко обнял жену, укрывая её от прохладного ночного воздуха. Они сидели в обнимку, глядя на сверкающие огни ночного Сеула, тихо обсуждали всё на свете и счастливо смеялись, точно зная, что их личный мир теперь абсолютно защищен и наполнен настоящим теплом.