от судьбы не убежишь

Я проторчала там две недели. Две недели! Мой врач, что заставал меня постоянно что-то жующую, сказал:

«- Уж больно ты худенькая, Петренко. Как бы болячка тебя снова не застала. Не следишь за здоровьем, а тут почти санаторий. Смотри, поправляешься на глазах. Может тебя ещё на недельку оставить?»

Повезло - не оставили!

Анализы все хорошие поступили и всё, на выписку. Ноутбук сильно спас - я успела сделать очень многое по учебе. Мама приезжала ещё два раза. В первые же выходные примчалась Кристина. Даже Ната заходила. Моя любимая медсестра, которая работала сутки через сутки из-за того, что «- Понабрали больных всяких сотрудниц, да с детьми, а нам отдуваться», не забыла мне сделать замечание по этому поводу:

- Это вам не гостиница, чтоб гостей табунами водить. Нечего грязь разводить.

А в день выписки, в пятницу, за мной приехал Артём. Ох, сколько радости было! Он должен был вернуться в город только на следующий день, но что-то изменилось в графике и всех распустили пораньше. И прибыл он ко мне чуть ли не с самого утра.

Мои соседки по палате уже сменились, и осталось нас всего трое. По моей просьбе Никитин привёз для любимой медсестры большую коробку очень вкусных конфет. Я хотела сама их подарить.

- Знаю я, как ты отдашь. Она их просто не примет из твоих рук, - прошептал он, когда мы сидели на скамейке в коридоре и поглядывали в сторону сестринского поста. - Я сам. Смотри и учись.

Артём направился к Людмиле Александровне, так её звали. Наклонился, облокачиваясь на стойку, как это обычно приходилось делать с его ростом, и начал ей что-то говорить. Сначала Людмила никак не реагировала. Вообще никак. Сжала губы и смотрела подозрительно через линзы очков. А потом Артём подозвал меня к себе. Вот ведь! А говорил, что сам справится.

- Вот, это моя Ира вам просила передать. Сказала, что вы её любимая медсестра, - с улыбкой произнес этот жук и протянул коробку Людмиле.

Она посмотрела на нее, на него, на меня. Выражение лица «Как же вы меня все бесите»  не дрогнуло. Я стояла красная и готова была сбежать.

-   И ты ей поверил? - спросила она.

-   Конечно. Ира очень добрая и хорошая. Хочет, чтобы и у вас настроение улучшилось, и никто не бесил больше. А то таблетки забывают пить, вопросы тупые задают круглыми сутками, рекомендации не выполняют, дергают со всех сторон. Будет на что отвлечься, - закончил он, и я кивнула раз десять, полностью с ним соглашаясь.

Улыбки мы не дождались. Но конфеты Людмила Александровна приняла, и даже сжатая челюсть расслабилась.

-   Чай попьём с девчонками. Спасибо. А ты, Петренко, не приезжай больше сюда. Молодая, рано тебе в таких местах торчать. Бережнее к себе относись.

-   Спасибо, - быстро улыбнулась я и потащила Артёма, который отсыпал ей какие-то комплименты, обратно к палате.

В общагу в ближайшие пару дней я не попала. Из больницы мы прямиком поехали к Никитину. За эти две недели на расстоянии мы так сблизились. Он меня сильно поддерживал. А я его.
И он смог отобраться на соревнования, в которых сможет постараться стать Мастером спорта. И я верила, что ему это удастся!

- Только спать будем на одной кровати, - выдал Артём условие, когда мы с моими котомками ехали к нему. - Я свихнусь, если ты ещё хоть день будешь на расстоянии от меня.

Я быстро взглянула на него.

- Договорились. Только можно я, как приедем, в душ схожу? Кажется, по этому я скучала больше всего на свете.

-   Чего? А по мне, значит, не так скучала? - возмутился он, глядя на дорогу. - Вот как.

-   Ну нет. По тебе я соскучилась сильнее, - миролюбиво заключила я, ведь это было правдой.

-   Ладно, принято. У меня сегодня на удивление хорошее настроение. А что ещё хочешь?

-   Если честно, хочу, наверное, фастфуд. Бургер какой-нибудь. Или пиццу. Или роллы. А может, пасту? Ох, не знаю, столько всего хочется..

-   Ни слова больше! - прогремел Артём, отчего я чуть не подпрыгнула. — Будет сделано!

На что я расхохоталась.

До его квартиры домчались быстро. Хорошо, что меня выписали до обеда, проскочили без пробок и впереди был ещё целый день.

На улице заметно похолодало, а неделю назад выпал снег. А ведь ещё только начало октября. Вот и сегодня морозный воздух резво проник под воротник, а ветер услужливо швырнул охапку снежинок в лицо. Но я так скучала по свежему воздуху и прогулкам, что не удержалась.

-   Тём, постоим чуть-чуть? Подышать хочу, - сказала я, когда мы возле его подъезда остановились.

-   Конечно, - сказал он и быстрым движением затянул завязки капюшона так, чтобы ветер больше не трогал мою шею.

-   Спасибо, - ответила, ощущая себя счастливой.

-   Ох, Ира, не смотри на меня так, а то прямо здесь к тебе начну приставать.

-   Ла-а-дно.

Я прикрыла глаза и наслаждалась.

Снежинки путались в волосах, ветер продолжал их активно разбрасывать в хаотичном порядке. Дышала медленно, максимально глубоко, смакуя каждый вдох и выдох. Всё-таки я привыкла всегда дышать полноценно, а в больнице с этим не так просто. Лишний раз окно не откроешь, чтоб проветрить. И на улицу я толком не выходила.

- Ну нет, Ира, ты меня точно с ума сведёшь, - услышала голос Дани совсем рядом.

Он обнял меня, сцепив руки за моей спиной, наклонился, и теперь кончики наших носов соприкоснулись. Это было так нежно, странно и волнительно. Я ухватилась за его предплечья.

- У меня от тебя напрочь крышу срывает, - сказал тихо, губами почти касаясь моих. - Но пока ещё удаётся держать себя в руках. Почти всегда.

Теплые губы обожгли мои, почему-то прохладные. Глаза прикрылись сами собой, и мне казалось, что меня уносит в изумительный хоровод маленьких снежинок. Вот только они прохладные, а я настоящий огонь, настолько быстро зажглась от поцелуя, который из нежного за пару секунд превратился в требовательный, настойчивый, жаркий и безумно головокружительный!
Я даже не поняла, как мы оказались в квартире. Как стянули куртки. И как Артём сбежал в ванную комнату. Эм. Что? Просто прервал поцелуй и ушёл. Я так и стояла посреди коридора, хлопая глазами и глядя на закрытую дверь. Хм. Сняла обувь и тихонько постучала.

- Заходи, - услышала, но почему-то постеснялась.

Дверь открылась, и я выдохнула. Никитин умылся, судя по влажным прядям, и теперь споласкивал ванну. Офигеть.

-   Ну что ты так смотришь?

-   Да я просто подумала... Не то что-то...

-   Не то, да про меня? Ай-ай-ай. Ира, я начинаю бояться твоих фантазий, - засмеялся он. - Ничто так не успокаивает, как какая-нибудь работа по дому. Сейчас примешь ванную, поедим, потом все остальное. Мне тоже в душ надо будет, всю ночь добирался, пришлось с пересадкой лететь, иначе не успел бы тебя забрать. Но я пойду позже.

-   Ну ладно. Ты меня просто смутил, и я не знала, что думать.

Артём присел на край ванны и притянул меня к себе. Теперь наши глаза были на одном уровне. Почти. Он обнял, мягко погладил по спине.

-   Ты же не хочешь торопить события? - я кивнула.

-   Не хочу.

-   Получается, придётся целовать тебя дозированно и строго по расписанию. А это значит, следующая процедура наступит... Сейчас.

Новая волна трепета и восторга захлестнула с ног до головы. И как он только это делает? Или дело в наших чувствах?

Не знаю, но это что-то нереальное. Его губы сладкие, руки горячие, блуждающие по моей спине, ноги, между которых оказались мои бёдра... Что он там говорил про не торопиться?

-   Всё, Ира, быстро в ванну, иначе я не отстану, - проговорил он севшим голосом, отстраняясь. - И пойду вместе с тобой.

-   Чего? Я пока к такому не готова.

-   Да я пошутил, - успокоил меня. - Но если не поторопишься...

- Уже мчу!

Я взяла бельё и вернулась обратно. Артём оставил для меня полотенце, а еще свои футболку и штаны, потому что в вещи после больницы лезть не хотелось. И ушёл с крайне загадочным видом. Вода уже набиралась, и я предвкушала полное расслабление. Кажется, врач ничего не говорил про приём ванн.
Но не буду рисковать - десяти-пятнадцати минут будет вполне достаточно. И воду сделаю не слишком горячей.

В ванной я пробыла дольше запланированного, но никто не покушался на моё личное пространство. Когда я вылезла и причесала волосы, поняла, что решительно настроена съесть всё съедобное в этом доме. Вода смыла остатки стационара, забрала усталость и зарядила бодростью. Хотелось жить и двигаться!

Накинула футболку, которая аккуратно сползала с плеча, и если оставить волосы распущенными, будет выглядеть вполне мило. Вот только она мне была почти по колено, а штаны... Я в них утонула и еле выплыла! Такие они были длинные и широкие в поясе. Так и не скажешь, что у Никитина такой обхват бедер. Но он полон сюрпризов и, кажется, мне ещё предстоит их открывать и открывать.
В общем, от идеи со штанами я отказалась и вышла в футболке, больше похожей на свободное светлое платье.

Артёма нашла в прихожей. Он сидел на диване и раскладывал по тарелочкам тарталетки с чем-то мега аппетитным. Там уже стояли ролы, бутерброды, пицца...

-   Вот это да, - произнесла я, присаживаясь к парню. - Неужели есть такая быстрая служба доставки?

-   Есть, - ухмыльнулся Даня. - Если заказываешь все заранее.

-   Ой, ты ещё и свечки зажёг... И пахнет чем-то так вкусно, не только едой. Артём, да ты коварный соблазнитель! - не на шутку разволновалась я.

-   Я думал, ты скажешь романтик, - хмыкнул он и, наконец, посмотрел на меня. А точнее, на мои ноги. - Ох, Ира. А ты, оказывается, совсем бесстрашная.

-   Я? - возмутилась, краснея, ощущая себя даже провокатор-шей. - Я в твои штаны могу с головой залезть и обернуть их вокруг себя. Кто виноват, что у тебя размеры там гигантские? - повысила голос.

Заметила, что он силится сдержать улыбку. И старается не смотреть на мои ноги.

- Да что? - не поняла я, и принялась рассматривать ноги. Знаю же, что они максимально гладкие, ещё в ванной проверила это на десять раз. - Никитин!

-   Да нет, ничего. Ты такая проницательная. Там у меня тоже все в порядке с размерами, это так, - ответил он и, спрятав рот ладонью, наблюдал за моей реакцией.

-   Где там? Ааа... ты про там... - и теперь моя очередь пришла прятать лицо в ладони. - Никитин, ты пошляк, а не романтик. Давай уже поедим! Я с утра ничего не ела, как и ты.

Артём захохотал, но потом, как ни в чём ни бывало, добавил:

-   Я, вообще-то, про ноги говорил. Хорошие у них пропорции, прямо как должно быть. И я этому рад.

-   Да-да, - ответила я, присаживаясь ближе. - И я про них. Давай больше не будем отвлекаться от самого важного, - в предвкушении обеда уже, разве что, слюнки не текли.

- Ещё секунду, - показал указательный палец и скрылся в коридоре. Вернулся со стаканами и прозрачной бутылкой сока.

-   Помню, ты алкоголь не пьешь, а мне между соревнованиями крайне нежелательно. Так что сок.

-   Отлично. Не чувствуешь себя как на школьном утреннике? - хихикнула, но этот вопрос меня правда тревожил.
Даня склонил голову вбок.

-   К счастью, зрелость, мудрость и просто то, хороший ли ты человек измеряется не наличием чего-то алкогольного на столе. Рядом с тобой мне классно. Да, в чём-то ты бываешь чуточку наивна, но это здорово, мне очень нравится. А в чём-то ты большая молодец, Ир. Я не воспринимаю тебя какой-то малолеткой, если ты об этом.

Я выдохнула.

-   Это очень хорошо. Спасибо, что сказал.

-   Налетай, - улыбнулся он, подвигая мне столовые приборы.

В полной тишине есть оказалось не так-то просто. В голову лезли всякие мысли, хотелось болтать, спрашивать, рассказывать но, ммм, есть я хотела сильнее. В какой-то момент Артём ткнул на пульт.

- Иначе твои ножки сведут меня с ума, - признался он, отводя от них взгляд на телевизор.

Включился какой-то знакомый, старый американский фильм, но названия я не вспомнила. С ним получилось спокойно перекусить и даже вникнуть в суть сюжета. В итоге, когда я отставила стакан, Артём придвинул меня к себе и обнял за талию. Я положила голову ему на плечо, и мы продолжили просмотр фильма. Было невероятно спокойно, уютно, хорошо.

Так хорошо, что в сердце распускались цветы.

Мы оба неожиданно отключились.

Точнее, сначала я заметила, что Артём уже клюёт носом, всё-таки ночь почти бессонная, а потом и я начала зевать. Он завернул нас в плед, и мы легли там же, только звук убавили. И в этот раз я уже ни о чем не беспокоилась и просто позволила себе провалиться в сон, наслаждаясь тёплыми объятиями.