от судьбы не убежишь

В воскресенье Артём уехал. А в понедельник, после учебы, я отправилась на работу.

Папа сказал, что Татьяна собрала часть вещей и уехала. Вроде как, она давно догадывалась о том, что происходит на самом деле, но боялась спросить об этом у него прямо. Поэтому провоцировала меня. А в пятницу её терпение лопнуло, что-то такое произошло, что она решила, что хочет знать правду. И почему-то у меня такое чувство, что она вернётся. Странно это, но она взяла время подумать. И папа, кажется, хочет, чтобы она вновь была с ним. О чём уж договорятся, не знаю. Только бы оба были счастливы от принятых решений!

На учебе я ожидала, что со мной захочет пообщаться Лена или её подруга, но ничего такого не было. Что меня очень удивило и закралось чувство тревоги. Даже во время обеда, когда Ната и Глеб сидели со мной за столом, и парень выдал вот такое:

-   Ирина, какая-то ты загадочная! Неужели это ты на фотке у Никитина? Как у вас дела? Можно сворачивать спор?

-   Тише-е-е, - прошипела я, закрыв лицо руками.

Через пальцы увидела, что некоторые повернули к нам головы. В том числе и Лена с подружками, сидящие, как обычно, неподалеку. Но больше ничего не произошло. Только Наташа округлила глаза, а после тихо сказала:

-   Глеб, не подставляй Иру! Наверняка у Артёма есть воздыхательницы, которые не в восторге от того, что он с кем-то сошёлся.

-   Будто вам интересно их мнение, - хмыкнул он, подхватывая очередную сладость, которые неизменно брал откуда-то.

-   Почему ты всё время ешь сладкое? - подозрительно спросила Наташа. - Я уже столько раз спрашивала, но ты молчишь.

Глеб положил руку на спинку стула, позади Наташи. Кажется, манёвр подруги сработал, и обо мне благополучно забыли.

Уф.

- Зачем тебе это знать? - спросил Наваров, глядя в её глаза и тонко улыбаясь. - Это моя слабость. Зависимость, наверное. Я люблю всё сладкое, вкусное, яркое, красивое... Притягивающее взгляд, соблазнительное... - вдруг он замолчал, а Наташа та самая королева Ната густо покраснела.

Ой-ой, кажется, кто-то не на шутку разошелся, и последние слова были вовсе не про вкусняшки. Похоже, ребята тоже зря времени не теряют. Но я вижу, что Наташа осторожничает и будто не подпускает его слишком близко.

-   Спасибо за ответ, - ответила подруга, медленно отвернувшись от него, отпила чай. - Кгхм...

-   Глеб, я не собираюсь отвечать на твой вопрос. Ты сам всё увидишь, когда придёт время. В соц. сетях, либо здесь, в универе. А пока страдай и гадай.

Наташа выдохнула, а парень только хмыкнул с таким видом, словно ему всё это абсолютно безразлично.

- Да всё очевидно. Но, так уж и быть, дождусь официального объявления. Я знал, что ты не подведёшь, - оставил своё экспертное мнение.

-   Когда-нибудь я в тебя что-нибудь кину, - буркнула я, но он услышал.

-   И я отправлю тебя стирать мои вещи. Либо покупать новые. А это явно тебе не по карману, так что оставь свои амбиции, - предупредил Глеб вполне серьезно.

Звучало убедительно и грозно. Зато честно. И я в который раз удивилась тому, до чего же разные люди меня окружают. А прямолинейность, которую продемонстрировал Глеб, записала мысленно ему в плюсы. Не каждый готов открыто говорить о своих границах и правилах. Ната, в который уже раз за обед, удивилась.

-   Ты серьезно? - спросила она ошарашенно.

-   Да. И это ещё очень мягкие последствия. И только потому, что Ирина мне уже почти как сестра. Да, Ирина? - спросил Наваров и придвинул ко мне восточную сладость, название которой я не смогла запомнить.

-   Двадцатиюродная? - спросила я, поморщившись и игнорируя его жест.

-   Если такие существуют, то да.

-   Поняла. Значит, если бросать что-то в тебя, то сразу кирпич. Нат, да он злодей.

-   Похоже на то.

У кого-то с громким звоном упала алюминиевая вилка на плиточный пол, Наташа резко обернулась на звук, и, надо же такому случиться, стукнула рукой кружку. Та, будто управляемая кем-то невидимым, отскочила к Глебу и радостно выплеснула весь чай ему на светлый пуловер и тёмные джинсы... Благо, чай давно должен был остыть. Парень даже не дернулся.
Только опустил голову и внимательно рассматривал, как коричневое пятно расползается по ткани.

-   Глеб, прости, я случайно, - сконфуженно произнесла Ната, когда увидела масштабы катастрофы. - Не ожидала от себя такой неловкости, - очень мягко проговорила она, положив ладонь ему на предплечье.

-   А он мне так нравился, - сказал, наконец, Глеб, стягивая пуловер прямо тут, в столовой. - Стирать его мы, конечно же, не пойдем. Но, если ты хочешь утешить человека, потерявшего практически, вязаного друга, можешь слетать со мной в пятницу в Москву. Обратно вернёмся в воскресенье вечером. Важные дела, а одному лететь жуть как не хочется.

Наташа растерялась. Я вообще её не узнавала. С Глебом она была совсем другой, нежели с кем-то ещё. Неужели он, правда, ей так понравился?

- Я даже не знаю, как-то слишком внезапно.

Глеб страдальчески взглянул на пострадавший предмет одежды. Даже вздохнул для верности.

- Ладно, давай. Только давай обо всём заранее договоримся.

Я уже закончила с едой и решила, что пора оставить ребят наедине. У них тут квантовый скачок в отношениях намечается.

- Всё, я побежала, а вы тут договаривайтесь.

Ната кивнула мне, а Глеб протянул свой пуловер.

-   Ирина, прихвати. Бросишь куда-нибудь.

-   Пф, да сейчас же. Это же твой друг. Сохрани на память, - сказала я и быстренько покинула столовую.

***

И вот после ещё двух пар я вновь на том же месте, где работала в прошлый раз.

Снова раздавала листовки в теплой куртке, и радовалась, что забрала вещи. Жаль только, ботинки не успела переодеть, но ничего, замёрзнуть не должна. Ветер почти не напрягал, час прошёл незаметно. Ещё оставалось два.

Думала о Артёме, о нашем поцелуе, о вчерашней короткой, но милой переписке. Почувствовала, что губы растянулись в улыбке и на сердце стало тепло-тепло. Почти не глядя раздавала разноцветные бумажки, спокойно воспринимая отказы.
Плавно рабочее время подошло к концу. Я забрала деньги и вышла из здания. Почти дошла до остановки, как вдруг кто-то потянул меня за рукав. Настойчиво, требовательно. Испуганно обернулась.

- Ира, есть разговор, - пропела запыхавшаяся Лена, останавливаясь рядом, но не отпуская меня.

Осторожно выдернула руку из её захвата.

- Говори, - ответила я.

На многолюдной, оживленной площади рядом с торговыми центрами мне нечего было бояться. Может, и в другом месте так, но кто знает, что у неё на уме? В школе у нас периодически случались драки, шантаж, странные угрозы. Меня тоже однажды подкараулили после кружка по волейболу две девочки, в десятом классе, и хотели научить, как вежливо говорить с этими барышнями, то есть с ними. Впрочем, я тогда даже не остановилась, продолжила быстро идти домой. Понимала, что их двое, и весовые категории у нас очень разные. Поэтому спешила, но позиций не сдавала. Обращалась, как подобает, что им не нрави-лось. Они уже начали постепенно хватать меня за одежду, чтобы я остановилась. До дома всего ничего оставалось. И вдруг из-за угла, прямо нам под ноги, прилетела петарда. Девчонки завизжали, а я ринулась домой. После этого они больше не приставали, а с одной из них, спустя время, мы даже вполне сносно общались. Но бывало, что моих подружек прямо избивали и, надо сказать, не сильно-то и большая разница в мужских и женских драках. И мне перепадало, когда бросалась разнимать.

-   Ты же понимаешь, что я не могу это оставить так просто? - спросила она самоуверенно и замолчала.

-   Что именно?

- Это ты у него на фотке? - спросила, и я прямо почувствовала, как она затаила дыхание.

Мне стало не по себе. А если Лена, и правда, сильно ждала их женитьбы? Мечтала о ней, готовилась, может быть. А тут по-явилась я и всё испортила? Хотя, до меня у них, видимо, тоже не особо продвигалось. И всё же, вдруг я помешала её надеждам? Неприятно. Но сейчас нужно выяснить, что она хочет.

-   Я не собираюсь отвечать на этот вопрос, - упрямо ответила я.

-   В смысле? - удивилась девушка, выгнув брови.

-   Я не собираюсь отвечать на этот вопрос, - терпеливо повторила я. - Ещё что-то?

Ответ ее точно не устроил.

-   Артём сказал тебе, что мы собирались пожениться?

-   Не совсем так, но да. Сказал, - ответила я.

-   Что ещё тебе известно? - всё меньше скрывая раздражение спросила она.

-   Лен, это ты хотела поговорить, не я. Мне, вообще-то, ехать надо.

-   Да что же ты трудная такая? Мне нужен Артём. Так понятно? У наших родителей намечается крупная сделка. Если Никитин сейчас пойдёт на попятную, его родители очень многое по-теряют. Таких партнёров они больше нигде не найдут. Хотя, о чём это я? Ты всё равно не поймёшь. Сомневаюсь, что тебе известно, что такое репутация и как она ценится.

-   С моей репутацией всё замечательно, Лен. Если это всё, то я пойду. Это не имеет отношения ко мне. Не я принимаю решения за Артёма, тебя или его родителей.

-   Что у тебя с ним? Я понять не могу, чем ты его могла зацепить? Или это он мне назло? Как с той дурой, которая пришла мстить Звереву за своего парня. Не понимаю его симпатии к убогим. А может, это жалость?

Солнце уже скрылось, зажглись фонари. Блики от огней торгового центра попадали на наши лица. Лена выглядела озлобленной, раздосадованной.

- Я не хочу это слушать, - сказала я и развернулась, чтобы уйти, но девушка нагнала.

Странно, но я уже ничего не чувствовала. Каких-то угрызений, вины.

-   Стой, Петренко. Артём - мой. Мне пофиг, что у него к тебе, но он будет со мной. Рано или поздно. А если ты на деньги повелась, так не к тому прицепилась. Беги к Звереву, он тобой интересуется, я видела. И он любит дарить дорогие подарки своим девушкам.

-   Ох, как же я так прогадала. Ай-ай-ай, - сказала я. Происходящее начинало бесить.

-   Я серьёзно. Никитин не слишком перспективный для тебя вариант. Ну или давай с кем другим тебя познакомлю? Или, может, тебе денег дать, чтоб ты отвязалась? - не отставала она, поспевая за мной.

Мы уже почти подошли к остановке. Я не выдержала. Развернулась к ней.

-   Да, Лена, это была я. И с Артёмом у меня все прекрасно. А тебе желаю удачи.

-   Хах. Вот увидишь, ты ещё сама об этом пожалеешь. Просто обрати внимание, как он будет относиться к тебе в универе. Многое поймёшь, - сказала она насмешливо и стремительно понеслась в ту сторону, откуда мы пришли.

Весь разговор напоминал бред.
Но последнее предупреждение оставило неприятный осадок. Что она имела в виду? Очень странно. Я очень надеялась, что это пустая угроза, лишний повод вызвать у меня сомнения. Или нет?

Вскоре подъехала маршрутка и только в ней я ощутила, как замёрзли ноги. Зря я не сменила ботинки. Теперь бы не разболеться. А то в пятницу намерзлась, и сегодня вот. И я снова пожалела об этом, пока шла в общежитие. Стемнело, стало совсем прохладно. Странная нынче осень. Как в прежние времена, когда к первому числу ноября уже кругом были сугробы. Давно такого не было. А судя по холоду, скоро выпадет снег. Пусть и растает быстро, но все равно.

В сумке услышала сигнал телефона. Обрадовалась, что это Артём, так хотелось с ним поговорить, но это оказалась Ксю. Да и Никитин предупреждал, что вечером у него вторая тренировка по плаванию, освободиться должен позднее. И всё равно чуть-чуть огорчилась.

-   Ирочка, солнышко, ты где? - спросила Ксюша милым голоском.

-   Уже к общаге подхожу, на середине пути. Тебе что-то в магазине нужно?

-   Какая ты догадливая! - восхитилась она.

-   Ты эти штучки оставь для своего мужа, - засмеялась я. - Что купить?

- Мне нужен чай. Зеленый, китайский. Он только рядом с остановкой продается, там, в торговом центре, небольшой магазин с чаем и кофе на развес. Возьмёшь? Ты же знаешь, я без него жить не могу.

И правда. Ксюша могла сорваться за ним хоть ранним утром, хоть перед самым закрытием. И всё время переживала, что он закончится. Она нас как-то раз угощала, но я вкус не очень поняла, как и другие девчонки. На что Ксю ответила, что его надо прочувствовать.

-   Ладно, сейчас зайду, - согласилась я.

-   Спасибо-спасибо-спасибо! Деньги на карту кину, - сказала она и сбросила вызов.

В общежитие я пришла уже совершенно разбитая. Не знаю, в чем дело, но меня знобило и дико ныли ноги. А ещё болело всё в районе поясницы. Неужели застудила что-то?

-   Ир, что случилось? Тебе плохо? - спросила Ксю, ожидающая прямо у двери.

-   Нехорошо, - ответила я, передавая пакетик с чаем.

-   Что ж ты не сказала? Эх ты, - покачала она головой и помчалась ставить чайник.

-   Заболела? - спросила Лиза со своей кровати, отрывая голову от ноутбука.

-   Похоже на то.

Я с трудом разделась, ощущая сильную слабость и головокружение. Девчонки, спасибо им, напоили меня чаем и накормили бутербродами, и пораньше легли спать, чтоб не мешать мне. Это бесценно. Я легла в кровать, ноги болели все сильнее, и морозило жутко. Написала Артёму, пожелала ему доброй ночи.
На большее меня не хватило, даже не могла телефон держать в руках, так меня потряхивало. Похоже, поднималась температура. Я то засыпала, то просыпалась и всё в какой-то полудреме. Ранним утром не выдержала, начала искать градусник, но не нашла, и пошла мерить температуру на вахту. Удивилась, услышав громкий храп. Но стоило мне подойти к вахте, как звук прекратился, и ко мне вышла заспанная женщина. Я озвучила просьбу, и она молча протянула градусник.

- Так, Петренко, что это с тобой? Ты мне тут ребят не зарази. Либо домой езжай, либо в больницу, - сказала женщина с вахты, имя которой я благополучно забыла уже раз в десятый.

И как она нас только запоминает?

-   Да у меня только температура и боли. Горло и нос в норме, - ответила расстроенно. Температура была выше тридцати девяти. - Мне бы жар сбить, и я на пары пойду. Как раз ко второй сегодня, успею ещё поспать.

-   Ничего не знаю, у нас такие порядки. У меня тут лекарств нет, не смогу помочь. Где болит хоть? - спросила она, смягчившись.

И я перечислила. А за ночь добавилась боль в боку и другие, не самые приятные симптомы.

-   Так. С этим не шутят. Давай-ка я тебе скорую вызову. Окажется ещё аппендицит какой-нибудь. Иди, собирай вещи, сейчас позвоню им.

-   Давайте тогда хотя бы позже, там же девочки спят.

-   Бери всё необходимое и спускайся, здесь тебя посмотрят. Долго не задерживайся, они там нервные могут попасть. Как уж повезёт.

- Ладно, - убито прошептала я, уже понимая, что так просто мне не отделаться.

Приплыли.