Глава 17. Смена сезона
Оставшийся месяц лета пролетел для Лии как один затяжной, безумный и очень счастливый трек, поставленный на повтор. С того самого дня, как в её жизни появились Марк, Ян, Лера и Софа, всё её привычное пространство сузилось до размеров репетиционного зала. Это было странное, но чертовски приятное чувство: Лия, которая всегда привыкла вариться в собственных мыслях, создавать персонажей в тишине и тренироваться в одиночку перед зеркалом, вдруг стала частью чего-то общего. Частью банды.
Они зависали в зале часами, теряя счет времени. Стены, зеркала во всю высоту и затертый паркет стали свидетелями сотен их споров. Они ругались до хрипоты из-за музыкальных акцентов, когда Ян требовал резкой изоляции на сильную долю, а Софа настаивала на мягком, тягучем переходе. Они стирали подошвы кроссовок до дыр, выжимая футболки после очередной трехчасовой прогонки связки, а потом, обессиленные, падали прямо на пол. Заказная пицца привозилась прямо к дверям студии, и они ели её, сидя в кругу на холодном паркете, перекидываясь шутками и делясь планами.
В этой атмосфере Лия раскрылась совершенно по-новому. Её движения, которые раньше были просто техничными, налились настоящей уличной силой. Появилась та самая уверенная, породистая расслабленность, которая отличает профессионального танцора от любителя. Она больше не боялась выглядеть глупо или ошибиться в шаге - ребята ловили её волну, исправляли, подстраивались. Старая цифровая камера Лии, которую она вечно таскала с собой, теперь была забита под завязку. На флешке хранились сотни живых, смазанных кадров: смеющийся Марк с надвинутой на глаза бейсболкой, Лера, завязывающая шнурки на огромных кедах, Ян в прыжке, пойманный против закатного солнца, заливающего зал сквозь огромные окна, и, конечно же, наброски костюмов, которые Лия набрасывала в перерывах прямо на коленке.
Но у любого, даже самого крутого и качающего трека, рано или поздно наступает финал.
Лия опомнилась только тогда, когда в один из августовских вечеров, выйдя после тренировки на улицу, ощутила непривычную, покалывающую кожу прохладу. Ветер больше не был душным и теплым. Он пах сыростью и близкой большой водой. Август тихо, без лишнего шума собрал свои чемоданы, уступая место осени.
Сентябрь ворвался в город внезапно, словно резкий щелчок переключателя.Город мгновенно наполнился тяжелым запахом влажного асфальта, утренними плотными туманами, из-за которых не было видно шпилей, и глухим шуршанием первых пожелтевших листьев, которые Лия пинала подошвами своих массивных черных суперстаров.
Для нее эта осень была не просто очередной сменой цифр в календаре. Наступал девятый класс. Время, когда беззаботность официально подходила к концу, уступая место суровому слову «экзамены». Лия прекрасно понимала: если она расслабится хоть на секунду, её просто завалит лавиной из школьных уроков, бесконечных тестов, подготовки к ОГЭ, танцевальных тренировок и, конечно, её любимого творчества, которое она не собиралась бросать ни при каких обстоятельствах.
Чтобы не сойти с ума и выжить в этом водовороте, Лия еще в середине лета, сидя теплыми вечерами за столом, разработала для себя жесткий, почти армейский график. Это была пошаговая структура, оформленная в отдельном блокноте, где каждый час был расписан и подчинен строгой логике. Ранние подъемы, четко выделенные блоки для самостоятельной учебы, время на рисование эскизов и дизайн, и, как финальный аккорд дня, вечерние изнурительные тренировки. Лия знала: этот график - её единственный щит от хаоса. И она собиралась соблюдать его до последней запятой.
Будильник зазвонил ровно в 6:30 утра. Звук разрезал тишину комнаты, и Лия тут же протянула руку, выключая его до того, как он успел надоесть. Никаких «понежиться еще пять минут». График начался.
За окном раскинулось классическое серое, прохладное питерское небо, затянутое плотными тучами, сквозь которые едва пробивался блеклый утренний свет. Лия поднялась с кровати, ощущая прохладу пола босыми ногами, и направилась в ванную.
Остановившись перед зеркалом, она внимательно всмотрелась в свое отражение. Сегодня был важный день - день перемен. На полке больше не лежали её привычные очки в темной оправе. Накануне Лия приняла твердое решение: со зрением шутить нельзя, но на тренировках очки постоянно мешали, съезжали от пота и ограничивали обзор. Поэтому теперь их место заняли контактные линзы.
Процесс надевания линз в первые разы казался той еще пыткой, но Лия упрямо, шаг за шагом, справилась с этим. Когда вторая линза наконец встала на место, мир вокруг обрел невероятную, звенящую четкость. Никаких запотевших стекол с мороза, никакого страха, что они слетят во время резкого поворота головы или прыжка. Полная свобода.
Лия взяла расческу и принялась за свои волосы. У нее были абсолютно прямые, тяжелые, ровные вытянутые пряди, которые она в последнее время твердо решила отращивать дальше. Волосы уже заметно прибавили в длине, красиво спадая на плечи. Лия аккуратно, волосок к волоску, зачесала их назад, собирая в низкий, идеально гладкий и тугой пучок на затылке. Возле лица она намеренно оставила чёлку которую тоже отращивала, придавая образу легкую уличную утонченность. Осмотрев себя со всех сторон, она осталась довольна. Чистый канон.
Сборы одежды осенью - это всегда отдельный вид искусства для Лии. Погода не оставляла выбора, требуя многослойности и практичности, но стиль всегда оставался на первом месте. Она достала из шкафа свои любимые, проверенные временем широкие джинсы из плотного денима, слегка потертые на коленях, которые сидели идеально свободно на низкой посадке. На ноги обула массивные черные суперстары с белыми полосками, которые уже прошли с ней не один десяток километров.
И, конечно, главная деталь - сверху она накинула то самое худи Адель. Мягкая, тяжелая ткань мгновенно окутала ее теплом. Огромный капюшон был готов в любой момент защитить от питерской сырости и ветра. Это худи было для нее не просто одеждой, а своеобразным коконом, персональной зоной комфорта. Когда ты укутан в такую вещь, кажется, что весь внешний мир с его проблемами и суетой остается где-то далеко за пределами этой плотной ткани. Можно было полностью погрузиться в себя, в свои мысли и музыку.
Лия взяла со стола тяжелую школьную сумку черного цвета, в которой уже были сложены новенькие школьные тетради, ручки и, самое главное ее читательский дневник . Вставив в телефон штекер проводных наушников и натянув их, она пролистала плейлист и остановилась на знакомых аккордах группы «Нервы». Голос Жени Мильковского зазвучал в ушах, задавая правильное настроение. Лия закинула сумку на плечо, накинула капюшон худи и вышла из квартиры, аккуратно заперев за собой дверь.
Улица встретила ее резким порывом ветра, который тут же заставил глубже спрятать руки в просторные карманы худи Адель. Город уже вовсю жил своей суетливой сентябрьской жизнью. Мимо проносились машины, разбрызгивая воду из луж, по тротуарам спешили школьники младших классов в отутюженной, строгой форме, за заборчиками которых бдительно следили сонные родители. Студенты с огромными стаканами горячего кофе на бегу переговаривались, спеша на первые пары.
Но Лия двигалась в своем собственном, размеренном ритме, четко попадая шагами в удары барабанов, звучащих в наушниках. Внутри нее не было страха перед неизвестностью девятого класса. Напротив, там зрело глухое, упрямое упрямство и желание пахать. Она знала, ради чего все это делает. Ради танцев, ради своих рисунков, ради того, чтобы доказать самой себе - она может справиться с любой нагрузкой.
Школа встретила её привычным гулом голосов, запахом свежей краски и вымытых полов. Лия спокойно шла по коридорам, ловя на себе заинтересованные взгляды. Многие одноклассники за лето изменились, но Лия в своем луке, с гладким пучком прямых волос и без привычных очков выглядела настолько уверенно и стильно, что выделялась из общей массы без всяких усилий.
Первый учебный день, как это обычно и бывает, оказался чистой формальностью. Уроков в привычном понимании не было - учителя в основном решали организационные вопросы, диктовали списки необходимой литературы, раздавали тяжелые стопки учебников, которые тут же отправлялись на дно сумки, и проводили дежурные инструктажи по технике безопасности.
На переменах одноклассники сбивались в кучки, шумно обсуждая, кто где побывал за эти три месяца: кто-то ездил на море, кто-то тусовался в загородных лагерях, кто-то просто просидел все лето за компом. Лия вежливо улыбалась, когда к ней подходили с расспросами, отвечала короткими, общими фразами, но мыслями была совершенно в другом месте. На ее коленях под партой лежал открытый блокнот с её летним графиком. Она мысленно сопоставляла школьное расписание с часами тренировок, понимая, что свободного времени у нее практически не остается. Но это её только подстегивало.
Когда финальный звонок последнего организационного часа наконец пронзил тишину коридора, Лия с облегчением вздохнула. Она стремительно собрала вещи, закинула потяжелевший шоппер на плечо и буквально вылетела из душного школьного здания на свежий воздух.
На школьном крыльце, чуть в стороне от общего потока учеников, её уже ждал Марк. Он выглядел как всегда - максимально расслабленно. На нем были свободные штаны, легкая куртка, а на голове неизменная бейсболка козырьком назад, из-под которой выбивались короткие волосы. Он стоял, прислонившись спиной к кованым перилам, и увлеченно что-то листал в своем телефоне, изредка хмурясь.
Заметив Лию, Марк тут же поднял голову. Его лицо мгновенно просветлело, и он широко, открыто улыбнулся, убирая мобильник в карман.
- Привет, школьница! - громко крикнул он, делая шаг навстречу. - Ну как оно? Не заснула там на первой парте под рассказы о великом будущем девятиклассников?
Лия рассмеялась, подходя ближе и глубже пряча ладони в карманы своего объемного худи Адель, спасаясь от набиравшего силу ветра.
- Почти. Если бы не музыка в наушниках, точно бы отключилась где-то между раздачей учебников по геометрии и физике. Рада тебя видеть, Марк. Ну что, у нас по плану сразу в зал?
Марк заговорщицки прищурился, огляделся по сторонам и, сделав шаг ближе, понизил голос до таинственного шепота. В его глазах горел тот самый фанатичный огонек, который Лия так полюбила за этот месяц.
- Не просто в зал, Лия. Всё гораздо круче. Пока ты там протирала штаны за партой, мне на почту пришло официальное письмо. Нам подтвердили заявку. Мы в деле.
Лия замерла, чувствуя, как сердце пропустило удар, а затем забилось в два раза быстрее.
- Подожди... Ты серьезно? Тот самый батл?
- Именно, - Марк победно щелкнул пальцами и кивнул в сторону станции метро. - Конец этого месяца. «Стрит Бит Арена». Самая топовая площадка в городе. Организаторы только что вывесили окончательный регламент и прислали список судей. И поверь мне на слово, Лия... там всё максимально серьезно. Никаких поблажек для новичков не будет. Судить нас будут ребята из старой школы, которые видят любую лажу за километр. Так что лафа закончилась. Нам придется пахать так, как мы еще никогда в жизни не пахали. Софа и Ян уже в студии, греют паркет и ждут только нас. У Леры есть пара идей по поводу интро.
Внутри Лии от этих слов разлилась сладкая, обжигающая волна предвкушения. Это был именно тот вызов, которого она ждала. Настоящий батл. Огромная сцена, свет софитов, сотни глаз и жесткая конкуренция. Девятый класс, который еще утром казался ей нудной рутиной, прямо сейчас обещал стать самым безумным, ярким и незабываемым периодом в её жизни.
Она поправила лямку тяжелого шоппера, поглубже натянула капюшон своего худи Адель и уверенно посмотрела на Марка. Новые линзы обеспечивали идеальный, четкий обзор, и в её взгляде не было ни капли сомнения. Только чистый азарт.
- Тогда какого черта мы еще здесь стоим и теряем время? - с дерзкой улыбкой спросила она. - Погнали в зал. Покажем этим судьям и «Стрит Бит Арене», на что способна наша банда.
Марк довольно ухмыльнулся, хлопнул её по плечу, и они вместе быстрым шагом направились в сторону метро, растворяясь в шумной, осенней питерской толпе. Сезон официально начался, и Лия была готова заявить о себе во весь голос.