Все тот же номер
Я кивнула Веронике и зашла в отель. На стойке регистрации меня встретила добрая тетенька, которая попросила паспорт, пробила бронь через компьютер и дала ключ-карту от номера.
Заходя в номер, который находился на 10 этаже, меня встретила двухспальная кровать, рядом с ней стоял стол с зеркалом, напротив шкаф-купе с двумя створками и одним зеркалом.
Осмотревшись, я положила чемодан на пол и достала из него косметичку, в которой были не только средства для ухода, но и старая фотография меня и Вероники, которая была сделана в тот вечер, когда мы вместе сбежали от родителей и с важной встречи.
Увидев ее, как она уже почти выцвела, я убрала ее обратно и косметичку отнесла в ванную. После, села на кровать и достала телефон, чтоб сообщить менеджеру Сергею о такой подставе с Вероникой, офисом и доложить о том что я заселилась.
Телефон зазвонил, когда я как раз раскладывала вещи. На экране высветилось имя, от которого я невольно улыбнулась.
– Юлька, ты знаешь, сколько сейчас времени в Лондоне?
– Я знаю, что у тебя там уже ночь! – ее голос звучал так, будто она только что бежала марафон. – Я сгораю от любопытства, Марин! Ты долетела? Отель нормальный? Есть кто-то рядом? Что за город?
– Долетела. Отель хороший. Город красивый. А еще я встретила кое-кого в аэропорту.
Юлька замолчала на секунду.
– Кого?
– Веронику. – сказала я и тут в трубке послышалась гробовая тишина.
– ЭТУ ВЕРОНИКУ? – ее голос взлетел на несколько октав. – МАРИНА РЕЙСОН! ТЫ, НАВЕРНОЕ, ШУТИШЬ!
– Не шучу.
– И что ты сделала? Ты ударила ее? Ты наорала на нее? Ты вылила на нее кофе?
– Я выпила с ней кофе.
Юлька издала звук, похожий на сдавленный писк.
– Ты что, серьезно?
– Да.
– И... ну, как она? – голос Юльки стал осторожным, почти шепотом. – Она изменилась? Она... хоть что-то сказала о том, что случилось тогда?
Я помолчала, глядя на ночной Сидней за окном.
– Она сказала, что хочет все объяснить.
– И ты ей поверила?
– Не знаю, Юль. Я просто... не знаю.
Она вздохнула.
– Слушай, Марин, я тебя знаю. Если она появилась спустя пять лет, в том же аэропорту, это не случайно. Но, пожалуйста, будь осторожна. Ты мне нужна живая и невредимая.
– Обещаю.
– А если нет – я прилечу.
Я засмеялась.
– Ладно. Спи уже. Завтра позвоню и чтобы все было хорошо.
– Хорошо, Юль. Спасибо, что позвонила.
– Не за что, – ответила она, и я услышала в ее голосе улыбку. – Я же твоя подруга. Я всегда буду звонить. Даже если мы разделены океаном.
В это время, пока я разговаривала с девушкой на ресепшене, заселялась и разговаривала с Юлей, Вероника вернулась в машину и еще какое-то время сидела молча, глядя на вход в отель, где я скрылась.
– Семеныч, поехали в офис. Завтра с утра совещание, а я даже не готовилась, – говорит она водителю, а сама уже достает телефон и открывает мой контакт. Тот самый, который не удаляла пять лет. Палец зависает над кнопкой написать, и Вероника все-таки набирает короткое: “Спасибо, что не сменила номер. И что согласилась на кофе. Отдыхай – завтра напишу, когда и где”.
Отправляет и откидывается на сиденье, чувствуя, как сердце все еще колотится где-то в горле.
В этот момент, как только я написала менеджеру про заселение и офис неподалеку, раздался от него звонок.
– Сереж, ты гений или как? Как можно было так не проверить? – сообщила я ему в трубку телефона.