Глава 21. «Рассказывай»
Я была дома только через час. Всю дорогу меня мутило, а бок ныл так, что хотелось просто сесть на ближайшую лавку и никуда больше не идти. Каждый шаг отдавался болью где-то под ребрами. Как только я зашла в квартиру, на пороге меня сразу встретила мама.
— Ты чего так рано домой вернулась?
Я стянула кроссовки и поморщилась.
— Мам, чувствую себя плохо.
Мама тут же подошла ближе и внимательно посмотрела на меня.
— Белая, как смерть. Что случилось, Ань?
— Ничего, просто... голова раскалывается, тошнит...
Она нахмурилась.
— Опять давление?
— Не знаю.
— Иди отдохни. Кушать хочешь?
— Нет, спасибо.
— Точно?
— Мгм.
Мама еще пару секунд смотрела на меня, словно чувствовала, что я что-то недоговариваю, но ничего больше спрашивать не стала.
— Если хуже станет — скажи мне.
— Хорошо.
Я быстро ушла в свою комнату и сразу легла на диван, поджав ноги. Положила руки на живот и зажмурилась. Все болело ужасно.
Бок горел огнем, плечи ломило, а в голове будто кто-то стучал молотком. Надо было как-то достать мазь из аптечки, но сделать это так, чтобы мама не заметила синяки.
Иначе начнутся вопросы. А отвечать на них я точно не хотела.
18:45
Я почти весь день пролежала на диване. Иногда проваливалась в сон, иногда просто смотрела в потолок. Телефон валялся рядом, но даже листать ленту сил не было. Вдруг экран загорелся.
Борис Хенкин. 18:45
— Выходи, мы тебя у падика ждем.
Я несколько секунд тупо пялилась в сообщение. Потом перечитала еще раз. Что?
Аня Огнева. 18:45
— Чего? В смысле?
Ответ прилетел почти сразу.
Борис Хенкин. 18:46
— В прямом, я, Киса, Мел. В гараж пойдем, за тобой решили зайти.
Я тяжело выдохнула и отбросила телефон на диван.
Ну замечательно.
Во-первых, у меня все тело болело так, будто по мне камаз проехался.
Во-вторых, там будет Кислов.
А если кто-нибудь опять увидит нас вместе, то Вика снова что-нибудь придумает.
Аня Огнева. 18:46
— Прости, я не пойду. Не могу.
Борис Хенкин. 18:47
— Давай выходи сама, а то у тебя сейчас будут гости.
— Господи...
Я потерла лицо ладонями.
Это просто пиздец.
Нельзя было, чтобы хоть кто-то узнал о том, что произошло. А тем более они все.
Аня Огнева. 18:48
— Ладно, 5 минут.
Я нехотя поднялась с дивана. От резкого движения бок снова прострелило болью.
Натянула свитер, спортивки, кое-как расчесала волосы и посмотрела в зеркало. Выглядела я, мягко говоря, херово. Бледная, с синяками под глазами.. Накинув куртку, я тихо вышла из квартиры.
Только я вышла из подъезда, сразу заметила троих парней. Мел что-то листал в телефоне. Хэнк ковырял носком кроссовка асфальт. Кислов стоял чуть в стороне и курил.
— Ну... привет.
— Ну наконец-то, — тут же выдал Кислов. — Пошлите уже. Заебался ждать.
Я посмотрела на него.
— Если так недоволен, могли меня вообще не звать.
— Я и не звал. Это Хенкалина уломал нас за тобой пиздовать.
Я перевела взгляд на Хэнка. Тот почему-то сразу отвел глаза.
Странно.
Очень странно.
Но спрашивать ничего не стала.
Мы пошли в сторону гаража. Парни что-то обсуждали между собой, а я плелась чуть позади. Каждый шаг давался тяжело. Через пару минут Хэнк обернулся.
— Ты че так медленно идешь?
— Да просто чувствую себя не очень...
Он внимательно посмотрел на меня. Слишком внимательно. Но ничего не сказал. Только отвернулся и продолжил идти.
До гаража мы все-таки добрались. Мел открыл дверь ключом. Внутри было тепло и привычно пахло сигаретами, пивом и чем-то железным.
Я сразу плюхнулась на диван и облегченно выдохнула. Наконец-то можно было сесть.
Кислов рухнул рядом.
Слишком рядом. И случайно задел мой бок локтем. Я тут же согнулась пополам и болезненно промычала.
— Блять...
— Ой, — он удивленно посмотрел на меня. — Я ж не так сильно задел. Сори.
— Все нормально.
Ничего не нормально. Я прижала ладонь к боку, пытаясь переждать вспышку боли. И только тогда заметила, что все трое смотрят на меня. Даже Мел оторвался от телефона.
Повисла тишина.
— Либо рассказываешь, — наконец сказал Хэнк, — либо из гаража не выйдешь.
— Да не могу я вам рассказать! Вообще никому не могу!
— Почему?
— Потому что не могу!
Голос сорвался чуть громче, чем я хотела. Меня уже начинало бесить это все. Я не хотела ничего рассказывать. Не хотела снова вспоминать. Но Хэнк не отставал.
— Мы ничего не сделаем никому.
— Не хочу ничего рассказывать.
Я отвернулась.
Кислов продолжал смотреть на меня.
Хэнк тоже.
Мел снова уткнулся в телефон, но было видно, что слушает. Тишина становилась все более неприятной. И в какой-то момент я просто сдалась.
Да все равно. Что будет, то будет.
— Да блять, Королева это все!
— Королева? — одновременно переспросили Хэнк и Кислов.
— Да. Ебаная Королева со своими подружками отпинали меня сегодня.
В гараже мгновенно стало тихо. Даже Мел поднял голову. Я посмотрела на Кислова.
— А ты вообще, блять, даже не смотри на меня. Из-за тебя на меня Вика накинулась со своими гиенами.
— Из-за меня? Я хули сделал?
— Потому что эта конченная любит тебя и вчера видела тебя со мной. Еще и про куртку знает. За это, блять, и получила.
Кислов удивленно моргнул. Хэнк непонимающе посмотрел сначала на него, потом на меня.
— Вчера? Куртка? Что было?
Я раздраженно закатила глаза.
— Вчера Кислов провожал меня до дома. Мне было холодно, он дал мне свою куртку. Кто-то увидел и рассказал Королеве.
После этих слов Хэнк как-то странно посмотрел на Кислова. Словно ему эта информация вообще не понравилась. Я уже не первый раз замечала за ним что-то такое. Но понять не могла.
— Довольны? — буркнула я.
Кислов потер шею.
— Бля, Огнева, я че-нибудь придумаю с этой чиканушкой.
— Только, блять, попробуй, Кислов.
Он вопросительно поднял бровь.
— Вообще ни слова о том, что вы что-то знаете. Поняли все? Я сама свои проблемы решу.
— Ань...
— Нет.
Я посмотрела на каждого по очереди.
— Серьезно. Не лезьте.
Парни замолчали.
Просто смотрели на меня.
И от этого становилось только хуже. Потому что я понимала: они хотят помочь.
А еще я понимала другое. Если сейчас кто-нибудь полезет разбираться с Викой, то потом мне достанется еще хлеще.