глава 7
Может я действительно жесток?
Феликс всё также стоит с закрытыми глазами, ему становится тяжело дышать, терпкий феромон альфы душит и пропитывает каждую клеточку тела и души. Ненавязчивая клубника будто бы и испарилась вовсе, что кажется Ли всё приснилось. Он мечтал открыть глаза и понять, что это просто плод его воображения, ничего более. Чтобы не было так больно, не было этого страшного взгляда, смотрящего прямо в душу, не было страха, что сковывал внутри, и желания, которое тайно возникало от такой агрессии со стороны своего истинного. Это безумие! Безумие, что жило внутри Феликса и уже начало вырываться наружу. Но тот всё ещё мог сохранять самообладание и достоинство тоже. Однако, открыв глаза, он понимает, что всё происходящее сейчас правда, и этому нет прощения.
— Знаешь, я не собираюсь перед тобой отчитываться и говорить с кем я был и что делал. Если я сказал, что никого не ебал, значит это так. - произносит Хван прямо в губы омеги.
— Я тебе не верю. - шипит Феликс, с трудом держась, чтобы не сдаться в руках истинного.
— А ты думаешь мне есть дело до тебя и твоих чувств? Хочешь сказать, что ревнуешь меня? Смешно. - грубо бросает он.
— Может и ревную, а может и нет? Будто тебе есть до этого дело! Знаешь, мне просто противно! Противно от того, что ты даже не удосужился помыться перед тем как трогать меня. Я знаю, что ты трахаешь всё что движется.
— Грязная сука. Ты никогда не был послушным, это дико выводит. Приди в себя наконец. - произносит Хёнджин, и омеге прилетает пощёчина. — Я не хочу слушать твои истерики. Иди в свою комнату, живо! - приказывает он.
Щёку невероятно жжёт от удара, по подбородку начинает течь небольшая струйка крови, что её железный вкус ощущается на губах, а на глазах непроизвольно собираются слёзы. Феликс пулей летит в свою комнату и закрывается изнутри. Он сползает по двери вниз, заходясь в рыданиях. Ему дико больно. Больно не от того, что его ударили, а от потенциальной измены. Да, он знал, что альфа не будет верным, но хотя бы не так открыто... Можно же было сходить в душ или ещё что-нибудь. За что ему это всё? Он только начал принимать Хвана, подумал, что он стал другим. Глупая ложь, которую он придумал для себя. Но ничего не поделаешь, странные чувства поселились внутри, а ревность сводила с ума. Он ненавидел Хёнджина. Почему ему достался именно такой истинный? Почему у него такая судьба? Почему природа не наградила его заботливым и любящим альфой? Эти вопросы крутились в голове, пока он не услышал звуки на первом этаже. В дом к альфе обычно никто не приходил, но он отчётливо слышал чужой голос. Позвал очередную омегу, потому что Ликс не может ему дать? Хотя разве Хвана когда-то заботило нежелание Ли что-то делать? Феликс хотел остаться в комнате, не его дело, чем там занимается Хёнджин, но эта ревность и желание показать, что альфа занят... Он кажется сходит с ума. Голоса становятся ближе, и Ликс выглядывает из двери. Он видит своего мучителя, а рядом с ним другого альфу. Ли видел его впервые, кто это может быть? Когда мужчины заходят в кабинет Хвана, Феликс аккуратно выходит из своей комнаты. Он тихо подходит ближе, и до его ушей долетает разговор двух альф.
— Зачем ты так с ним? Он же совсем невинен. Ты ломаешь парня полностью. Тебе не хватило того, что ты сделал с собой? Побереги хотя бы чужую жизнь, если свою не жалко. - произносит чужой голос.
— Я не умею по-другому, Бин, и ты это знаешь. - отвечает ему Хван.
— Может ты уже разрушишь эту стену, которую сам построил? Он давно в прошлом и получил по заслугам. Открой своё сердце, Феликс - твой истинный.
— Блять, Чанбин, все омеги - шлюхи. Они только и могут раздвигать ноги перед каждым альфой. И он мне это доказал.
— Ты делаешь вывод только по одному омеге. Феликс хоть раз дал тебе повод думать про него также?
— Нет, и это меня выводит из себя. Почему он такой? Я заебался. Со мной происходит что-то пиздец странное. Мой член встаёт только на него, остальные стали противны. Чужой феромон до тошноты отвратителен. Но это блядское белое вино заставляет меня делать неразумные вещи. Я выгнал сегодня шлюху, которая добровольно прыгала на меня. - раздражённо выпаливает Хёнджин.
— Ты по уши влип, брат. Не все омеги плохие, и Ли тебе это доказывает. Пересмотри свое отношение к нему. Ты буквально влюбляешься в него.
— Не неси чушь, Со. Я не умею любить.
— Ты умеешь любить только себя и его, поверь, я вижу.
— Закрой рот, Бин. Я потерял значение любви ещё два года назад, когда лишился всех, кто был мне дорог. В моем сердце не осталось и места для неё и больше никогда не будет. Любовь - это удел слабых. - грубо бросает Хван.
— Ты можешь врать себе, но мне сказки не рассказывай. Феликс бы давно лежал под таблетками в любом борделе, если бы твоё сердце правда превратилось в камень.
— В этом и проблема. Мне тошно даже думать о том, что его имеет обдолбанный альфа. Сука, я запутался.
— Я тебе блять и пытаюсь загнать это в твою голову, но ты слишком горд, чтобы понять правоту других людей.
— Всё, хватит. Я больше и слова не выдержу. - выдает напоследок Хван.
Феликс слышал всё до последнего слова и пребывал, мягко говоря, в шоке. Он залетел в свою комнату и снова закрыл дверь. Его сердце бешено билось в груди, отдавая в виски. Хёнджин правда не врал, он не изменял. Но как может быть так, что альфа, который перебрал почти всех омег в городе, остановился на одном? Этого не может быть! И кто тот он, про которого говорили альфы? Феликс понял одно - Хёнджина сломала не только смерть родителей, был ещё некий кто-то... Может стоит пересмотреть своё отношение к альфе... Но кто же всё-таки тот таинственный «он» про которого Фел услышал только что? Ликс окончательно запутался. В горле резко пересохло, жутко захотелось пить. Эмоции, что поменялись в секунду, давали о себе знать. Голова гудела, горло саднило. Он не хотел выходить из комнаты, но желание попить холодной воды возрастало с каждым вздохом. Феликс осторожно выходит из комнаты и спускается вниз на кухню. Омега молился всем богам и не только лишь бы не встретить никого. Но его никто не услышал или просто не захотел слышать. На кухне оказался тот самый незнакомец, как его там звали? Чанбин вроде.. От альфы приятно пахло ежевикой, но для Феликса это было что-то обычное. От феромона парня не кружило голову, а дышать было приятно, точно не сложно. Именно в этот момент омега понял, что терпкое красное вино Хвана - самое лучше, что он когда-либо мог чувствовать.
Ну почему он стал таким... зависимым?
— Феликс? Приятно встретить тебя. - разрезает тишину незнакомец.
— А? - выпадает из мыслей он.
— Я Со Чанбин, можно просто Бин, кузен Хёнджина. - протягивая руку парню, произносит незнакомец.
— Я Ли Феликс, приятно познакомиться. - пожимая руку, отвечает омега.
— Да, я в курсе. Ты очень милый. - бросает Чанбин.
— Спасибо, я знаю. - в своей манере отвечает ему Феликс.
— Хван рассказывал о тебе. Как поживаешь? Сильно братец обижает тебя? - зная всю правду, всё равно спрашивает он ради приличия.
— Всё нормально.
— Удивительно, что ты продолжаешь покрывать его, хотя я вижу твою разбитую губу. Но в любом случае Хёнджин любит верных ему людей.
— Он умеет любить? Не смеши.
— Знаешь, он не всегда был таким. Просто найди его слабое место. Хотя его сердце уже открывается тебе. Но я тебе ничего не говорил. - тихо произносит Бин и переводит взгляд за спину омеги.
Всем своим нутром Феликс чувствует Хёнджина сзади. От этого становится не по себе. Он же сказал сидеть в комнате, а тот непослушно вышел. Ну не умирать же ему от обезвоживания, правильно? Хотя сейчас ему действительно хотелось умереть, ну или хотя бы провол
иться под землю. Однако с большей вероятностью рано или поздно он и откажется в могиле. Если не Хван его убьет, так справится сам. Не такие уж и стальные нервы у него всё-таки.
— Уже познакомились. - констатирует факт Хван и опускает свою ладонь на плечо омеги.
— Да, Феликс просто душка. - отвечает ему Со.
— Ну вот и отлично, Бин, тебе пора, уже поздно. - холодно бросает Хёнджин.
— Да, ты прав. Приятно было познакомиться, Феликс, надеюсь, скоро увидимся снова.
— Ага. - отвечает ему Ликс вежливости ради.
Чанбин проходит мимо пары в сторону выхода. Тяжёлая рука пропадает с плеча Ли, и Хван уходит следом провожать гостя. Феликс наливает себе стакан воды и жадно выпивает всё до последней капли. Рана на губе начинает неприятно саднить, но он старается не обращать на это внимание. Ведь в голове всё ещё крутились слова Чанбина, а сердце бешено билось. Входная дверь хлопнула, и тяжёлые шаги стали слышны ближе. Хван вошёл на кухню и одарил омегу странным взглядом. Понять, что он означает, Феликс так и не смог. Всё-таки омега ещё не до конца понимал все тонкости поведения Хёнджина. В моменте альфа оказывается непозволительно близко и обрушивается на чужие губы. Он целует напористо, запуская язык. Всасывает нижнюю губу, а затем верхнюю. Феликс отвечает на поцелуй, тихо постанывая в него от запредельных ощущений. Хёнджин подхватывает омегу и усаживает на столешницу. Он устраивается между разведенных бёдер, не отрываясь от жадного поцелуя. Руки уже блуждают под футболкой, трогая чувствительные места. Феликс начинает безбожно течь, проклиная себя за слабость.
— Извини, сильно болит? - замечая рану, спрашивает альфа.
— Пройдет, не страшно. - всё ещё с затуманенным разумом отвечает ему Ли.
— Страшно, я сделал тебе больно. Мне не нужен этот ебливый клубничный омега. Я тебе не врал, веришь?
Феликс кивает, тяжело дыша. Он опять повелся на безбожные провокации, но как же они ему нравились всё-таки...
— Умничка, а теперь идём спать. - отстраняясь, произносит Хёнджин.
— Ты серьёзно? - возмущается Феликс, но быстро прикусывает язык.
— Я бы очень хотел засадить тебе по самые яйца, но отвратно себя чувствую. Идём. - опуская омегу на пол и переплетая пальцы рук, произносит альфа.
— Я и не хотел. - бросает Ликс непринужденно.
— Правда? - язвит Хван.
— Да! - слишком громко произносит омега.
Хёнджин одаривает его странным взглядом, а Феликс молчит в ответ, он и так сказал слишком много за сегодня. Ли хочет пойти в свою комнату, но его быстро останавливают.
— Ты куда? Мы спим вместе, забыл?
— Ты сам сказал идти мне в комнату.
— Забудь.
Деменцией Феликс пока что не страдал, но сделал вид, что предпосылки были. Как бы он не обижался на альфу, всего один поцелуй растопил его сердце, за что Ли мысленно дал себе пощечину. Нельзя было так доверять Дьяволу, но почему-то ему хотелось отдать ему не только свое тело, но и душу. Каждый раз разум пытался это остановить, но справлялся он слишком херово. В любом случае внутренний омега хотел ощущать тепло своего альфы, как и было задумано природой, поэтому он был не прочь остаться сегодня с ним.
***
Всю ночь Феликс, сам того не понимая, прижимался к своему альфе, а тот в свою очередь был очень даже не против. Ему было до жути приятно ощущение Феликса рядом, но дикая слабость оставалась ещё с вечера, которой Хван не знал объяснения. Поэтому он быстро погрузился в беспорядочный сон. На утро Феликс проснулся первым. На его лице просияла радостная улыбка, которая в секунду спала. Он мигом трогает чужой лоб, который жутко горит.
— Боже, Хёнджин, просыпайся, у тебя жар! - будит альфу Ли.
Хван мычит и еле открывает глаза. Феликс же обеспокоенно смотрит на своего альфу.
— Сколько время? - мычит Хёнджин.
— Девять утра. - смотря на часы, отвечает ему он.
— Мне нужно на работу. - пытается встать Хван, но Ликс садиться сверху на бедра альфы, не давая это сделать.
— Нет, я не пущу тебя! - слишком громко произносит он.
— Хочешь утренний секс? Тогда я могу и задержаться. - ухмыляется Хёнджин.
— Боже, Хван, нет! Мне вообще не до шуток, ты весь горишь. Тебе лежать надо, а не по работам шляться. Я не позволю уехать.
— Будешь сидеть на мне весь день?
— Если нужно будет, то да! - выпаливает Феликс и снова закусывает язык. Звучало двусмысленно...
— А мне нравится такая перспектива. - произносит Хван с полуулыбкой.
— Нужно вызвать врача. Папа всегда так делал, думаю да, стоит. - больше размышляет Ликс, чем обращается к альфе.
— Какого врача? Ты ебанулся? Мне на работу нужно. - уже без намека на шутки, выпаливает Хёнджин.
— Я сказал тебе - никакой работы. Я тебя привяжу, если не согласишься.
— Ты мне отец что ли?
— Блять, Хван, хоть раз послушай меня. Лежи на месте, я скоро буду. - поднимаясь с чужих бёдер, произносит Феликс и выходит из комнаты.
— Что ты сказал? - бросает ему вслед альфа, но ответа так и не получает.
Тело дико ломит, а на лбу выступила испарина. Ему правда херово. Может работа подождёт? Когда перед тобой такой милый омежка, можно и дома полежать. Не долго думая, Хван берет в руки телефон и набирает контакт своего секретаря. Альфа просит отменить все запланированные встречи и переделать его расписание, дает ещё пару указаний и сбрасывает трубку. После звонит Каю и также сообщает о своем отсутствии сегодня. Тот же спрашивает в чем дело, но после короткого: «а тебя это ебать не должно», Хёнджин сбрасывает.
— Гону! - кричит Ли на весь дом.
— Чего тебе надо, не ори. - выходя из кухни, бросает бета.
— Вызови врача. - более спокойно произносит омега.
— Что случилось?
— Блять, вызови врача, а не задавай дохера вопросов. - выпаливает Феликс и возвращается обратно.
Ли подходит к кровати и опускается на край. Маленькая ладошка находит чужой лоб. Так всегда делал папа, когда Феликсу было плохо, и совсем не важно сколько ему было тогда лет. Говорят, мы - это воплощение наших родителей. Только вот Хван совсем не был похож на ребенка, однако помочь ему хотелось не меньше. Поэтому омега делал для этого всё, что было у его силах.
— Сильно плохо? - с теплотой в голосе спрашивает он.
— Ты пришёл - стало лучше. - отвечает ему альфа.
— Тебе не идёт быть милым. Гону вызвал врача, подожди немного.
На что Хван просто кивает. Он такой доступный и домашний что ли... От этого становилось не по себе. Разве человек, который носит прозвище «Дьявол» может быть настолько открытым? В это было тяжело поверить, но Ликс начал понимать: такой он только с ним. Может быть он просто усмирил своего Дьявола? Хотя на омеге до сих пор не было метки, он скорее всего ему просто не нужен. Наиграется и бросит. Но сейчас он отбросил все мысли и хотел помочь альфе. Может это омежьи инстинкты? Или он правда влюбился... Но пока Ли сидел вместе с Хёнджином, внутри было тепло, а душа болела за его состояние. Феликс переживал, но не хотел показывать этого. Он должен хорошо заботиться о Хване, ведь больше некому.
— Посиди со мной. - разрезает тишину хриплый голос Хёнджина.
— Я не уйду, не волнуйся. Поспи немного, станет легче.
Хван закрывает глаза, которые в секунду потяжелели, и погружается в тревожный сон. Ему сниться Феликс, его омега. Хёнджин радостный идёт к нему, в руках цветы, в которых он не видел смысла, а на лице улыбка - это так несвойственно для него... Он заходит в дом и зовёт парня, но ответа нет. Альфа поднимается на второй этаж в комнату и видит его. Феликса трахает какой-то альфа, а он извивается и кричит от удовольствия. А после замечает Хвана и ухмыляется. Его взгляд буквально кричит: «смотри и наслаждайся, мне так хорошо, но не с тобой». Цветы падают на пол. А ненависть возрастает с каждым вздохом. Всё повторяется снова...
— Нет! - подрывается Хван.
— Тише, Хёнджин, что случилось? Я рядом, тише. - беспокойно спрашивает Феликс и начинает успокаивать его.
Альфа резко заключает в объятия омегу и вдыхает родной феромон. Это всего лишь сон. Сон. Но на душе так отвратительно, будто бы Феликс такой же как Тэян, также изменит, также предаст. Но ведь он сейчас перед ним, заботиться и переживает, хотя пытается это скрыть. Не стоило себя накручивать, однако отголоски прошлого давали о себе знать.
— Пообещай мне, что никуда не уйдёшь. - произносит в шею Хван.
— Тебе совсем плохо? Куда я уйду? Ты же запер меня здесь. - не понимает альфу он. На него так температура влияет?
— Нет, пообещай, что будешь только моим.
— Боже, Хён, если тебе так станет легче, то обещаю. - выдыхает Феликс.
— Спасибо.
Нет, на Хвана точно влияет жар, иначе Ли не мог объяснить его поведение. Вначале он кричит во сне, теперь просит дать обещания, а главное для чего? Может у него мозг отказал?
Их объятия прерывает стук в дверь.
— Можно? - открывая дверь, спрашивает мужчина бета.
— Да входите. - отстраняясь от альфы, отвечает Ли.
— Доброе утро, я личный врач семьи Хван. Меня зовут Ян Мин.
— Приятно, я Ли Феликс. - любезно произносит омега.
— Что случилось у вас? - интересуется бета, смотря на пару слишком уж подозрительно.
— У Хёнджина жар. - с волнением отвечает Ли.
— Да нормально всё со мной, Феликс драматизирует. - вклинивается в разговор Хван.
— Так, лежи, я сказал. - оборачивается к нему Ликс.
Хёнджин цокает, а доктор Мин пребывает в шоке. Он знал Хвана с детства и всегда был рядом, даже после смерти его родителей. К доктору Мину было стопроцентное доверие, которое строилось годами. Хёнджин доверял ему, как старому и самому верному другу. Мин видел как изменился парень, который раньше был просто душкой, жизнерадостный и любопытный мальчишка стал сущим Дьяволом с черствой душой. Но почему рядом с этим Ли Феликсом он начинал таять, возвращаясь в былые времена? Истинность творит с людьми чудеса, меняет их до неузнаваемости. Это даже умиляло в какой-то степени.
— Обычная простуда, ничего удивительного. Лекарство я вам оставлю, но присутствие истинного рядом будет самым лучшим лекарством, вы же понимаете. - произносит Мин после осмотра.
— Но как вы? - спрашивает Ликс.
— Я слишком хорошо знаю твоего альфу, да и живу уже не первый год. - отвечает мужчина.
— Что ж спасибо вам.
— На здоровье, лечитесь. - загадочно произносит Мин и, оставляя мазь для ран, уходит.
Феликс смотрит лекарство, что оставил врач на столе, и рекомендацию к применению. После его взгляд падает на мазь, которая лежала отдельно, и понимает - для него. Ян Мин очень внимательный, это заставило омегу улыбнуться.
— Иди сюда. - бросает Хёнджин.
— Подожди, тебе нужно выпить таблетки.
— Какие таблетки, Солнышко, мне они не нужны.
— Хёнджин, ты опять? Я сказал таблетки. - грубо произносит Феликс.
— А не много ли ты себе позволяешь, Солнышко?
— Ага, потом трахнешь меня до потери сознания? Знаю, проходили. Пей таблетки. - протягивая лекарство и стакан с водой, отвечает ему омега. Хван послушно выпивает, а после валит Ликса на себя. Тот звонко смеётся и бьёт альфу по плечу.
— Хёнджин, отпусти, что ты делаешь? - сквозь смех спрашивает Феликс.
— Лечусь, забыл слова врача? - улыбаясь, отвечает ему он.
— Дурак.
— Что ты сказал? - в моменте меняет эмоции на противоположные альфа.
— Ничего, давай свой телефон сюда. - ложась рядом с Хваном, произносит Феликс.
— Зачем?
— Сброс настроек сделаю. - серьёзно бросает Ли. — Боже, Хван, покажу тебе, что я присмотрел пока тебя не было. Мой телефон в другой комнате. - видя озадаченность на лице альфы, выдыхает он.
Хёнджин же достает свой телефон и протягивает Феликсу. Он заходит на сайт дорогого бренда и со звездочками в глазах рассказывает о сумке из новой коллекции. Хван наблюдает за тем, с каким интересом омега это делал. Душа дизайнера давала о себе знать, жаль он не закончил универ. Альфа продолжал смотреть, но его мысли были далеко не здесь, ему плевать на дорогую сумку, он может купить таких сколько захочет. Они были сосредоточены на Ли. Он такой красивый, такой невинный, такой его... Может быть ему стоит дать шанс? Не все омеги шлюхи... Феликс тому подтверждение.
— Хёнджин, ты слушаешь меня вообще? - спрашивает Феликс, но замечает, что альфа уже спит.
Он целует мокрый лоб и накрывает его одеялом. Сегодня был особенный день для него. Сегодня он понял свои чувства.
— Я люблю тебя, Хёни. - произносит он, смотря на изящное лицо.
***
Проснулся Хван первым, когда он открыл глаза и увидел свое «Солнышко», что мирно спало на его груди, внутри стало так тепло, будто Ли и стал этим солнцем. Он готов дать Феликсу шанс. Шанс стать его омегой. Но всё равно не сможет первое время относиться к нему с полным доверием. Прошлое так просто не уйдёт, как бы ты этого не хотел. К сожалению, оно всегда будет с нами, всегда будет преследовать нас и напоминать о себе. Такова правда жизни. Можно напиться до беспамятства, но разве это поможет? Думаю, что вовсе нет. Хёнджину правда тяжело. Мы меняемся... нет, люди не меняются. Мы взрослеем. Да, именно так. Мы взрослеем резко, и не от хорошей жизни. Каждый хочет оставаться ребёнком с юношеским максимализмом, но судьба у всех разная. У кого-то она сложна и заставляет повзрослеть слишком рано, снимает глупые розовые очки. Хотя может это и к лучшему? В жизни альфы всё было именно так. Он не хотел быть другим, а именно тем, кем являлся сейчас. Но разве его кто-то спрашивал? Точно нет. Феликс же увидел в нём тот скрытый свет, готовый принять его. Но сможет ли сам Хван сделать это?
— Ты уже проснулся, как себя чувствуешь? - открывая глаза, пристаёт с расспросами Ликс.
— Мне уже лучше, Солнышко. - улыбается Хван. Он такой живой что ли рядом с омегой.
— Я рад, и температуры вроде бы нет. - трогая чужой лоб, произносит Феликс.
— Солнышко, я правда в порядке, мне нужно на работу. - заправляя светлые волосы за ушко, отвечает ему альфа.
— Опять ты про свою работу?
— Феликс.
— Хорошо, едь, но не допоздна, ладно?
— Я постараюсь. - целуя висок парня, отвечает Хван.
Хёнджин встаёт с кровати и сразу же идёт в душ, ему срочно нужно было освежиться. Феликс же отправился на кухню, чтобы проконтролировать приготовление завтрака. Повар уже был на своём месте, а рядом с ним и Гону. Кажется, Феликс забыл попросить, чтобы его уволили.
— Как хозяин? - спрашивает бета.
— А тебя это ебать не должно.
— А тебя должно? Не зазнавайся, ты тут никто, так, подстилка. - выплевывает слова Гону.
— Гону! - слышится грубый голос Хвана. — Повтори, что ты сказал. - спускаясь вниз, продолжает он.
— Н-н-ничего, хозяин. - трясётся бета.
Хёнджин подходит к Феликсу со спины и обнимает, его голова покоиться на плече омеги, а внутренний альфа защищает своё. Ли чувствует себя победителем.
— Солнышко, сходи пока в душ, мне нужно поговорить. - произносит Хван на ушко Ли.
— Конечно, Хёни. - внутренний омега жутко ревнует.
Хван делает вид, что он не удивлён, но это прозвище привело его в некий ступор. Хёни. Он назвал его Хёни.
Феликс быстро уходит наверх, оставляя своего альфу с этим Гону, чтоб его.
— Повтори, что ты сказал о Феликсе. - грубо бросает Хван.
— Ну хозяин, он же действительно обычная шлюха, которая не достойна вашего внимания.
— А ты достоин? Ты грязнее его в миллион раз. Он хотя бы не раздвигал ноги перед ебливыми альфами, пока я не достал тебя оттуда. Я говорил тебе относиться к Феликсу с уважением, но ты не стал слушать меня. Пора возвращаться на родину. Собирай свои манатки и съёбывай нахуй отсюда. Если я приеду, а ты здесь, то ближайший бордель твоё будущее. Я достаточно доходчиво разъяснил?
— Я вас п-п-понял. - дрожащим голосом отвечает Гону.
— Проваливай. Не хочу тебя видеть.
Боясь большего гнева своего, уже бывшего, хозяина, бета убегает в свою комнату собирать вещи. По его щекам бегут слёзы, а ненависть только растёт. Он ненавидит Ли Феликса. Когда в чемодан летит первая футболка, его голову посещает слишком гениальная идея. И он её обязательно осуществит.
Феликс спускается на первый этаж, чтобы наконец-то позавтракать. Его альфа сидит на своём месте и пьёт кофе, смотря в свой телефон. Ликс опускается на стул напротив, и перед ним оказывается тарелка с едой. Он с удовольствием принимается за трапезу, под взгляд Хвана, который пристально смотрел на него.
— Что? - не удержался Феликс.
— Ничего. - отвечает альфа.
Ликс пожимает плечами и продолжает завтрак. Он просто божественный. А после провожает Хвана на работу, коротким поцелуем в губы. Кажется, он самый счастливый омега на планете.
***
Ликс как обычно скучал дома. Хотелось чего-то попить. Сок, что стоял в холодильнике, был очень кстати. Налив его в стакан, он отвлёкся на сообщение в телефоне и отошёл в гостиную. Вернувшись, омега выпил содержимое и поставил стакан в раковину. Убирать было слишком лень. Через пять минут тело начало ломить, а спать хотелось невероятно сильно. Ликсу стало жутко плохо. Он хотел написать альфе, сказать, что неважно себя чувствует, но не успел, его отрубило в той самой гостиной.
Хёнджин ехал домой с улыбкой на лице, он купил цветы своему омеги и ту самую дорогую сумку, о которой тот так долго говорил ему. Хотелось порадовать Феликса просто так, ни за что. Альфа заходит внутрь дома. Тишина. Может Ли спит? Он поднимается наверх, все комнаты пусты. Сбежал. Злость подкрадывается очень незаметно, внутри всё кипит, а цветы летят в ближайшую стену. Он только начал доверять омеге, а тот оказался маленькой блядью, которая сбежала при первой же возможности. Конечно, притворялся славным ангелочком, а в итоге что? Вскружил голову и упорхнул. Сука, как же заебало. Он достанет его из под земли и лично убьёт. Будет настолько жесток, что тот будет молить о пощаде. Феликс - его истинный омега, шлюха, которая сбежала от самого Хвана.
— Бин, эта маленькая дрянь сбежала, подними всех. Он не должен уйти так далеко. - произносит альфа в трубку брату.
— Кто? - не понимает Чанбин.
— Феликс блять, мне нужен он сегодня. - грубо выплевывает слова Хёнджин.
— Брат, успокойся, ты камеры смотрел? Феликс не из тех, кто будет сбегать.
— Ты его слишком покрываешь.
— Камеры, брат, камеры.
Хёнджин идёт в комнату охраны и буквально отшвыривает от себя альфу, что сидел за камерами. Он зол. Нет. Он в ярости. Хван начинает просматривать камеры.
— Бин. Я переверну весь город, но найду его. - произносит он в трубку.
— Что там с камерами? - интересуется Чанбин.
— Я убью эту шлюху лично. - на этой фразе он бросает трубку.
Шагая из одного угла в другой, Хёнджин не может найти себе место. Но альфа обещает себе, что займется поисками лично, плевал он на работу и прочую херню. Следовало позвонить Каю, что Хван собственно говоря и сделал.
— Какими судьбами, дорогой? - как обычно произносит он.
— В ближайшее время всё казино, все поставки на тебе. - на эмоциях произносит Хён.
— Пиздец, что случилось? Ты решил жениться? Или тебя похитили? - больше смеется Кай.
— Хуже, я ищу человека. - грубо бросает Хван.
— Бедный этот кто-то, что ж моя помощь нужна?
— Нет, занимайся делами, я тебе доверяю.
— Похвально. Позвони, когда надо будет закопать тело. - также весело отвечает ему Кай. Сумасшедший.
— Обязательно.
мой тгк: arlixyc