глава 3
настоящее время
Феликс боиться дышать, от него веет напряжением, пока чужая рука покоиться на бедре и сжимет его. Хван молчит и от этого становиться ещё хуже. Феромон альфы прожигает ноздри, пропитывая легкие полностью. Ли страшно, он боиться своей дальнейшей жизни. Омега теперь просто шлюха для любовных утех этого Дьявола, а ведь два года назад Хёнджин показался ему хорошим человеком, как же всё-таки Феликс ошибался... Хван менял парней как перчатки и имел слишком дурную репутацию, разве у такого человека есть хоть какой-то намек на жалость? Но Ли был слишком наивным, так как отчаянно верил в то, что ему сделают хоть какую-то поблажку, ведь их же родители когда-то дружили, но, кажется, надежды рушились с каждой секундой, потому что чужая рука начала двигаться под футболку, в которой его и забрали.
— Что ты делаешь? - пищит Ли, перехватывая руку.
— А что не так? - издевается альфа, убирая чужую руку и трогая впалый животик омеги.
— Я не давал разрешение! - цедит он.
— Засунь свое разрешение себе в задницу. - грубо оттягивая за волосы, произносит Хван.
— Сука... - шипит Феликс.
— Мне не важно, что ты думаешь, от этого трахать тебя будет ещё приятние. - всё также держа за волосы, шепчет на ухо альфа.
Феликс замолкает, а по коже бегут мурашки, когда горячее дыхание проходиться по мочке уха, а потом по шее. Хёнджин прикусывает пульсирующую жилку, посасывая белоснежную кожу. Тело Ли отдает пульсацией, внутренний омега пищит, а разум просит успокоиться. Внизу мгновенно становиться мокро, омега не понимает своей реакции, это ужасно бесило. Одними грязными словами он завел его до предела, но нельзя подавать виду. Феликс не готов. Точно нет. Но тяжелое дыхание выдавало. Хван хотел что-то сказать, но его перебил телефонный звонок.
— Слушаю. - слишком грубо бросает он, а омега снова ловит страх. — Я занят, слишком срочно? - продолжает он.
Феликс всё также молчит, будто он стал немым, страх сковывал всё тело, что шевелиться было страшно, не то что открывать свой рот. Конечно хотелось сказать этому Хвану пару ласковых, но язык не поворачивался. Не замечая за собой, Ли начал открыто пялиться на профиль альфы. Красив как Дьявол...
— Скоро буду. - отвечает кому-то Хван и бросает трубку.
Ли в душе поблагодарил всех богов, что альфа покинет его ненадолго, и тот немного привыкнет к обстановке, хотя это невозможно. Но он был рад немного оттянуть момент встречи, а точнее, как он понимал своим недалеко тупым мозгом, к сексу, ведь Хёнджин его ради этого и забрал, глупо надеяться, что тот просто будет его гладить по голове каждый день и кормить за свой счет.
— У меня появились дела, Солнышко, так что будешь дома один недолго.
— Не называй меня так! - набирается смелости Ликс.
— А как? Ликсюша? - язвит Хван.
— Не смей! - вопит Феликс, так называл его только папа. Хёнджин недостоин даже произносить это прозвище.
— Прикуси язык. - хватая того слишком грубо, бросает альфа. — Приехали, Солнышко. На выход. - командует Хёнджин, вытаскивая омегу из машины.
Перед Феликсом открывается вид на невероятно огромный двухэтажный дом. Панорамные окна только дополняли антураж. Было всё слишком дорого. Именно так выглядит золотая клетка, в которую попал Ли. Хван ведет его за собой и открывает дверь.
— Твой новый дом. Попробуешь сбежать, лично найду и от тебя живого места не останется. Располагайся, скоро буду, малыш. Потом поиграем. Комната на втором этаже. - кидает альфа, а после жадно впивается в пухлые губки.
Феликс мычит в поцелуй и плотно сжимает губы, тогда как чужой язык раздвигает их и пробирается внутрь. Хван целует жадно, грязно и мокро, что у Ли немеют ноги. А после также резко отрывается, оставляя дорожку из слюны.
— Не скучай. - бросает он напоследок и уходит к машине.
Феликс остается наедине со своими мыслями внутри этого «страшного» дома. Он решает осмотреться: всё в темных тонах, лаконично и нагнетающе. Весь дом описывал его хозяина. Слишком мрачный и элегантный. Здесь всё пропитано феромоном альфы, который успел свести с ума бедного парня. Ли проходит вглубь и замечает просторную кухню. Ему становиться интересно, сколько омег уже посетило это место. Наверное тысячи. И он один из них. Справа от него была большая гостинная с камином, куда он не решился зайти. Всё пространство пугало, хотелось просто лечь спать. Помниться Хван говорил, что комната на втором этаже, значит стоит идти туда. На вялых ногах Феликс поднимается по лестнице, видя перед собой три двери. Какая из них его комната, он не знал, но проверить каждую пока что мог. Первая комната оказалась кабинетом, видимо здесь работал альфа. Дорогой стол из дерева привлёк внимание, на нем не было ничего кроме бутылки виски. Феликс посчитал неуместным рассматривать чужое место работы, поэтому быстро закрыл дверь. Вторая комната - спальня. Огромная кровать черного цвета и такой же интерьер. В комнате пахнет альфой, видимо его спальня. Здесь было всё идеально не пылинки, будто и не жил никто. Ли проходиться ещё раз глазами и закрывает дверь, не хотелось бы оказаться в ней. Хотя кого он обманывает, возможно там ему придется провести не одну ночь в мучениях. Третья комната была видимо его спальня. Не слишком вычурно, но ему понравилось. Хотя выбора у него особо и не было, теперь тут его дом, нет, лучше было сказать клетка, да именно так. Омега жутко устал, поэтому как только лег на кровать, сразу же погрузился в беспокойный сон. Ему снился Хван, он был очень устрашающим и хищно смотрел на Ли, а после грубо взял за волосы и швырнул на кровать. Начал снимать одежду, нет, срывать её. Феликс плакал и просил о пощаде, но ему было всё равно. Ли резко подрывается с постели и осматривает комнату, он надеялся, что окажется сейчас у себя дома, но реальность оказалась слишком болезненной. Феликс слышит шум внизу и понимает - Хёнджин вернулся. Страх накатывает с новой силой. Он слышал каждый шаг и жался к кровати ещё сильнее. Дверь резко открывается, и перед ним оказывается тот, кого Ли только что видел во сне. И кажется сон начал сбываться.
***
За несколько минут Хван добирается до своего казино, благо находилось оно не так далеко от дома, потому что иначе он бы точно туда не поехал. Хёнджин был на взводе, его отвлекли от такого сладкого подарка, ничего сделать сами не могут. Так ещё и не удосужились объяснить ситуацию, просто идиоты... Хотелось прострелить голову каждому, кто встанет у него на пути, и совсем не важно, что это были его люди. Он молча входит в свой кабинет, а охрана уже понимает, что кто-то отсюда живым точно не выйдет.
— Что уже блять произошло, пока меня не было? - грубо бросает Хван, в тот момент, когда все приветственно кланяются.
— Ты чего такой на взводе? - интересуется один из самых приближенных его людей - Кай.
— Вы только что отвлекли меня от мальчишки, думаете я буду за это благодарен? - резко садясь в своё кресло, отвечает Хёнджин.
— С каких пор тебя заботят шлюхи?
— А ты когда-нибудь трахал девственника, который ещё и твой истинный?
— Ахуеть, где ты такого откопал?
— Где взял, там уже нет. Ближе к делу, иначе я вернусь к своему развлечению раньше.
— Понял-понял. Ну если кратко, то мы проебали поставку наркоты.
— Что вы сделали!? - слишком громко произносит Хван, что его люди незаметно отступают, только один Кай остается на своем месте за столом.
— Нас немного перехватили, и фура оказалась пуста.
— Кай, ты совсем ебанулся? Мы проебали фуру кокаина, а ты ещё и насмехаешься?
— Нет, что ты. - также весело бросает он.
— Кто был главный по поставке?
— Я, господин. - произносит один из людей, стоявших около стены.
Не долго думая, Хёнджин достает пистолет и выстреливает точно в голову. Мертвое тело падает на пол с глухим стуком. Вот он весь Дьявол, ни грамма жалости и сожаления. Те, кто оступились хоть раз, больше не имеют шанса на прощение, да и на достойную могилу теперь тоже.
— Да ты в ударе сегодня! Так не терпится трахнуть своего омежку? - снова весело произносит Кай.
— Хочешь быть следующим? - без капли сомнения в голосе, отвечает ему Хван.
— Пожалуй откажусь.
— Сумасшедший ублюдок. За это ты мне и нравишься. Разреши этот вопрос, иначе следующую пулю я посвящу твоей голове.
— Без проблем, будет сделано. Вообще не понимаю, нахера они тебе позвонили. Едь уже к своему малышу, пусть он проклянет твой член.
— Завтра утром жду новости, которые меня порадуют. - произносит Хёнджин и покидает свой кабинет так же быстро, как и зашел.
— Бедный мальчишка... - выдыхает Кай без намека на сожаление.
***
До своего дома Хван добирается намного быстрее, чем обычно. Слишком он был нетерпелив. Так ещё и настроение слишком херовое. Хотелось выпустить пар, что альфа и планировал сделать прямо сейчас. Пройдясь по дому глазами, он не замечает нигде Феликса. Значит тот на втором этаже. Хёнджин чувствует страх омеги, ведь его феромон заполнил уже весь дом. Так даже лучше, пусть боится, ведь альфа мечтал не оставить на нём живого места. Поднявшись на второй этаж и открыв самую дальнюю дверь, он замечает полные ужаса глаза и забившийся в угол кровати комочек. Как нечтожно. Но это заставляло член снова встать колом.
— Ты ждал меня, солнышко? Возникли некие дела, поэтому я немного задержался. Скучал? - произносит он, подходя ближе.
— Не подходи! - пищит Феликс, подрываясь с кровати.
— Ты не очень то и любезен. - качает головой Хван.
— Я сказал не подходи, ублюдок! - кричит омега, когда тот делает ещё один шаг.
— А вот это было лишнее.
Секунда и Феликса держат за волосы, поднимая голову, чтобы тот смотрел в черные как смоль глаза.
— Ты мой омега, запомни это, я могу вытрахать из тебя всю душу, что ты даже встать не сможешь. Не разбрасывайся словами, о которых ты скоро пожалеешь, маленькая дрянь. Я найду применение твоему грязному рту, тебе точно понравится. - цедит альфа. Его феромон разносится по комнате слишком быстро. Он на взводе, омега вывел его из себя. Молодец, Феликс, хотел как лучше.
— Хёнджин, постой, ты ведь не такой! Помнишь меня на похоронах твоих родителей? Ты же хороший человек. - тушуется Феликс от страха за себя и свою жизнь.
— Ты совсем меня не знаешь, Солнышко. Того Хвана больше нет, перед тобой сущий Дьявол.
— Хёнджин, прошу не надо. Возьми другую шлюху на ночь, прошу!
— Зачем мне они, если есть ты? У меня слишком плохое настроение, чтобы тратить время на бессмысленную болтовню.
Ещё секунда и Ли бросают на кровать, нависая сверху. Одинокая слеза стекает по щеке Феликса. А его сон сбывается. Он вжимается сильнее в кровать, но это не помогает. Ему больше некуда бежать. Стах бьет в голову, а желание достучаться до альфы растет с невероятным масштабом.
— Прошу, не надо. Я не готов. - просит Феликс со слезами на глазах.
— Как жаль, что мне плевать. - произносит Хван.
Альфа обрушился поцелуем на пухлые губки омеги, которые были солёные от слёз. Наверное, Феликс хотел тронуть Хёнджина слезами, но увы он давно прошёл этот этап. Если он хочет, то ему плевать. Не любил нежности и долгие ласки. Ли мычал от безысходности в поцелуй, а Хвана это только возбуждало. Он целовал грубо и жадно. Кусал до крови и зализывал языком. Феликс плакал от боли. Чужой язык проник внутрь и столкнулся с омежьим. Альфа изучал каждый миллиметр, всасывая по самые гланды, что Ли начал задыхаться. С резким причмокиванием Хван отстранился и обрушился на молочную шею. Он оставлял багровые пятна и кусал кожу с обожанием, не мог насытиться её сладостью. Феликс пищал, ему было больно. Страх сковал его полностью. Но потайное желание, которое было внутри, почему-то жадно просилось наружу. Ли чувствовал, как течёт. Чертов феромон Хёнджина. Когда чужие руки потянулись снять футболку, омега вспомнил о своем страхе.
— Нет! Умоляю, прекрати, Хёнджин. Прошу тебя... - молил омега.
— Не поможет. Можешь не пытаться. Я трахну тебя, как последнюю суку, что ты встать не сможешь завтра. - бросает он и срывает футболку с чужого тела.
Феликс тяжело дышит, воздуха не хватало. Ему жутко страшно. Не так он представлял свой первый раз, точно не так. Чужие губы находят соски, альфа с болью прикусывает их, опускаясь ниже.
— Хватит! Перестань! Мне больно! - визжит омега, захлебываясь слезами.
— Это только начало, побереги горло. - жадно смотря на Ли, отвечает он.
Хёнджин отпускает парня из рук, чтобы сорвать с него спортивные штанишки, но омега сразу же дергается к изголовью кровати. Альфа рывком возвращает его обратно, придавливая собой. Он всё же снимает штаны вместе с кружевными трусиками, что Феликс начинает жалеть о своей маленькой страсти к таким вещам, и открывает прекрасный вид на аккуратный чужой член. Пальцы опускаются к колечку мышц.
— Да ты весь мокрый и говоришь не надо? - ухмыляется Хёнджин.
— Я не готов, останов... - не успевает договорить Ли, как его снова жадно целуют.
— За свои слова нужно отвечать, маленькая шлюха в моих руках. Как же приятно будет иметь тебя полностью. - расстёгивая пряжку ремня, произносит Хван.
Альфа не был терпелив, да и плевал на чувства какого-то омеги, хотелось оказаться внутри. Поэтому Хван без предупреждения и подготовки вбивает свой член до основания в узкий проход. Он знал, что перед ним девственник, но от этого становилось только приятней находиться внутри. Феликс визжит от боли, что резко пронзила всё тело. Он кажется умирает. Его распирает внутри от постороннего органа. По щекам льются слезы, которые не знают конца.
— Какой же ты узкий и только мой. - удовлетворенно произносит Хван. Вот они те самые запредельные ощущения, о которых он так мечтал.
Хёнджин делает толчок. Снова крик, голос уже осип. Было слишком тяжело и больно. Хван двигался, вгоняя свой член до основания. Получал от этого дикое удовольствие, пока омега пищал под ним. Хёнджин вколачивался в нежное тело слишком жестко, смазка хлюпала от частных движений. Как он и обещал, трахал его как гребаную суку, не обращая внимание на визги под собой. А Феликс кажется перестал существовать. Он смотрел испуганным взглядом, который просил о пощаде. Но её можно было и не ждать.
— Боже, какой же ты идеальный, я с ума сойду. - тяжело дыша, бросает альфа и снова целует.
Бедные губы омеги опухли от частых поцелуев, а он перестал что-либо чувствовать кроме боли от своего первого раза. После нескольких толчков альфа кончает, изливаясь внутри. Слишком идеально. Он мечтал об этом с того момента, когда увидел этого хрупкого парня перед собой. Хван падает рядом с Ли и втягивает воздух около шеи. Феромон омеги пленил, хотелось войти в него снова. Но он оставил это на завтра, иначе тот не выживет, а оставлять себя без таких ощущений не хотелось.
— Ну что ты разревелся совсем? Не привык отвечать за свои слова? - стирая слезу с щеки Феликса, произносит Хёнджин.
— Да пошёл ты нахер! - бросает Ли и срывается в ванную.
— Дрянь! - кричит Хван в ответ и уходит в свою комнату, хлопнув дверью.
Феликс смотрит в зеркало и не может поверить в случившиеся. Глаза пустые и красные от слёз. Губы все в ранках и жутко опухшие. По всему телу багровые пятна и следы от чужих зубов. Ему становиться противно от себя. Хочется сорвать кожу или просто умереть. По щекам снова начинают литься слёзы. Омега садиться в ванную и включает горячий душ. Льет себе на голову, глотая воду ртом. Он берет мочалку и, наливая в неё гель, начинает тереть все места, которых касался альфа. Как же противно.
— Ты грязная шлюха, Ли Феликс. - повторяет он себе, натирая кожу до покраснения.
Сегодня у него забрали девственность, но также у него забрали часть души. Ли больше не будет прежним. Что-то внутри обломилось. Нет, не из-за изнасилования, а из-за того, что он сам этого хотел. Его тело желало. Оно отдавалось альфе полностью, принимало его, текло для него. Он сущий Дьявол, а внутренний омега видел в нем потенциальное удовольствие, и это пугало. Нет, он никогда не сломается перед ним, не будет послушной игрушкой. Но также он не будет прежним. Теперь он полностью принадлежит своему Дьяволу, которого ненавидел. Хван будет делать с ним всё что угодно. И ему не убежать. Это пугало...
Около часа Феликс провел в душе, когда всё-таки решился выйти. Комната была пуста, что Ли незаметно выдохнул. Омега глянул на кровать, а перед глазами снова начали мелькать картины его изнасилования. Он так засмотрелся, что не заметил, как в комнату снова зашел Хван. Альфа резко схватил его за шею и впечатал со всей силы в стену, пол под ногами начал уходить, а воздуха становилось всё меньше. Хёнджин буквально душил Феликса, не обращая внимание на его попытки вырваться.
— Как ты смеешь говорить мне такие слова, дрянь? Думал, я спущу тебе это с рук. Отвечай. - сжимая пальцы ещё сильные, выплевывает слова Хван.
— Хёнджиннн... пппрошшшу... - задыхаясь, пытается выговорить Фел.
— Что? Не слышу? Тебе нечем дышать? Какая жалость. - продолжает он, а Ли всё так же пытается сделать хоть вздох. — Ещё раз я услышу что-то подобное, то задушу тебя окончательно. Ты понял меня?
— Ддда... - хрипло произносит омега, когда в глазах уже начинает темнеть.
Хван ослабляет хватку, и Ли падает на пол, судорожно делая вздохи и держась за свою шею. Останутся следы - это было очевидно. Пока Феликс пытается прийти в себя, дверь с хлопком закрывается, но это уже не важно. Ясно одно - выжить здесь практически нереально.
Хван Хёнджин сумасшедший человек.
мой тгк: arlixyc