Шок от тупости
Ричи первым спустился по деревянной лестнице в подземный штаб. Лестница хрустнула, как обычно, и он автоматически бросил:
— Если сейчас рухнет — это будет карма за все мои шутки! — и скатился вниз на последнюю ступень, театрально раскинув руки.
— Ты всегда как будто с горы катаешься, а не спускаешься, — проворчал Эдди, не поднимая головы.
Он сидел за импровизированным столом, перебирая аптечку и периодически тикая глазом, как будто каждый звук в штабе - попытка его довести.
Ричи хотел что-то ответить, но заметил, что у всех ребят взгляды… странные. Кто-то растерян, кто-то хмурится, а кто-то — делает вид, что ничего не происходит.
И только тогда он увидел тебя.
Ты сидела в дальнем углу штабного «зала», на старой подушке. Коленями к себе. В одной руке — пачка чипсов, в другой — твой плеер, откуда тихо шла нежная классическая музыка, совершенно не сочетающаяся с тем, как ты безэмоционально хрустишь чипсами, глядя строго в одну точку на стене.
Все остальные слушали свою музыку, гораздо громче, так что весь штаб сейчас был хаосом из двух конкурирующих треков.
Ты выглядела не расстроенной - скорее, как будто твой мозг временно «отдельно от тела», потому что увиденное ранее настолько тупое, что его можно обрабатывать только при помощи чипсов и Моцарта.
Ричи щёлкнул пальцами:
— Окей… что тут, чёрт возьми, происходит?
Эдди, не выдержав, выдохнул:
— Мы когда шли сюда, какой-то придурок возле «Тракстора» сказал, что если у девушки растёт грудь, значит она не ухаживает за собой.
— Это… — Ричи прищурился. — ЧТО?
Стэн, который сидел неподалёку и лениво перелистывал комикс, поднял глаза:
— Видимо, т/и впала в шок от такой тупости.
Ты повернула голову к ним, как будто проснулась:
— Обязательно это всем рассказывать?
И развернулась обратно к своей стене, снова подняв чипс и трагично его захрустев, будто переживаешь величайшую человеческую глупость.
Беверли, сидевшая с блокнотом, выдохнула, пытаясь не рассмеяться:
— Т/и, милая, ну… скажи хоть что-то. Мы переживаем.
Ты подняла палец, указав им подождать, доела чипс, и только тогда нехотя сказала:
— Я просто пытаюсь понять… каким образом мозг человека может работать настолько неправильно.
Билл тихо хмыкнул:
— Э-этот п-парень звучит, как р-ричи на антибиотиках.
— Эй! — возмутился Ричи. — Даже я бы ТАКОЕ не сказал! Я глупый, но не эталонный идиот!
Бэн наклонился к Майку и тихо прошептал:
— А мне казалось, что после клоуна мы уже ничему не удивимся.
Майк вздохнул:
— Это Дерри, Бэн. Здесь тупость - природный ресурс.
Ричи тем временем подошёл к тебе. Сел рядом, уставился в ту же точку на стене.
Сделал большой, театральный, «понимающий» вдох.
— Знаешь — сказал он с серьёзностью, какой от него никто никогда не ждал — если бы глупость была болезнью… этот парень бы умер при рождении.
Ты моргнула, посмотрела на него боковым взглядом, и на секунду на твоём лице появилась жизнь.
— Это… — ты пожевала чипс, — …было немного успокаивающе.
Ричи надменно вскинул подбородок:
— Я как твой личный антистресс. Пользуйся.
— Тебя бы выдали по страховке, — буркнул Эдди. — Как аварийный комплект при идиотизме окружающих.
Беверли тихо прыснула.
Ричи повернулся к ребятам:
— И вы все стояли тут… позволяли ей сидеть и страдать в одиночестве?!
— Она нас прогнала, Ричи, — спокойно заметил Стэн. — И сказала “отойди или укушу”.
— Это было до чипсов, — добавил Бэн. — После чипсов она стала спокойнее.
Ты фыркнула:
— Чипсы - это вкусно.
Ричи шепнул тебе на ухо, чтобы никто не услышал:
— Ты у меня самая ухоженная, умная и самая… ну ты поняла.
Ты слегка улыбнулась, будто сопротивляясь, но не смогла удержаться.
Ричи растаял — он всегда таял, когда видел, что твоё настроение возвращается.
И тогда он громко хлопнул ладонями:
— Так! Кто ещё хочет получить НОБЕЛЕВКУ в номинации “Самое тупое высказывание о женском теле”?
Эдди поднял руку:
— Не рекомендую. Т/и может кинуть в тебя чипсиной.
Ты тут же без эмоций выцелила и кинула чипс в Эдди. Тот увернулся в панике:
— АА! Я же пошутил!!
Майк смеялся так, что чуть не опрокинул фонарик.
Стэн выдохнул:
— О. Она в норме.
Беверли улыбнулась:
— Да, вернулась.
Ричи с довольным видом протянул тебе руку:
— Всё. Пошли отойдём от этого гения вселенской тупости.
— Куда?
— Куда угодно. Даже смотреть на стену вдвоём будет веселее.
Ты фыркнула, встала, слегка шлёпнула его по плечу:
— Ты идиот.
— Знаю, — самодовольно ответил он. — Но твой.